На фейсбуке с сыном - Януш Леон Вишневский

От Израиля и иудаизма, по крайней мере с географической точки зрения, это достаточно далеко, что идеологически положительно повлияло бы на многочисленных антисемитов, а кроме того, Килиманджаро — самая высокая отдельно стоящая гора в мире. Декалог, объявленный с такой вершины, — это еще и аналогия с Синаем, с маркетинговой точки зрения она лучше вписывается в Ветхий Завет, чем какой-нибудь Эверест. Это Ты сам как выпускник экономической школы должен признать. Да и транспортировка изгнанных из Египта иудеев в Непал была бы слишком сложным мероприятием. А Танзания — прекрасный выбор. Виз иудеям в Танзанию не нужно, ну а уж прививку от желтой лихорадки они могут себе позволить. Да и само название — «Килиманджаро» — уже в себе магию содержит. Ведь в переводе с прекрасного языка суахили оно означает «эта гора»[85]— выражение, Ты не можешь не признать, сыночек, определенно мистическое. Не какой-то там замусоленный Синай. Да, «Декалог 2.0» должен быть объявлен на «этой» горе.

Конечно, для Моисея такое перемещение может представлять некоторое неудобство, его, бедолагу, на картинах всегда изображают в сандалиях на босу ногу, а на вершине Килиманджаро всегда лежит снег, независимо от времени года. Но и это на пользу Богу можно повернуть! Если, конечно, сценарий как следует продумать. Пускай Моисей сандалии снимет и побредет своими обгоревшими под египетским солнцем ногами по колено в снегу, тем самым обращая и убеждая в правильности новой версии Десяти заповедей эскимосов, чукчей и другие северные народы, что живут в вечном снегу.

В новой версии исчезнут из употребления «невольницы», «прислужники», а также «волы и ослы». Ну, это же мегачушь. Особенно по отношению к эскимосам и другим новообращенным северным народам, которые ни волов, ни ишаков в глаза не видывали. Или что, им так, что ли, переводить: «Не возжелай Иглу ближнего своего, ни слуги его, ни невольницы, ни северного оленя, никакой его вещи, которая ему принадлежит» — умереть же со смеху можно.

В обновленной версии Декалога, явленной на вершине Килиманджаро мзунгу (так на суахили обозначается белый человек), таких бредней не будет. К интеллектуальной радости моего любимого профессора Лешека Колаковского и нелюбимых мною феминисток, которые наконец-то «настоят на своем», да и к твоей, Нуша, спокойной радости — оттого, что дождался разумной религии и веры, достойной большой части человечества. Йозеф Тышнер,[86]безгранично мною уважаемый, Божий слуга по призванию, в душе поэт, а по профессии — священник и профессор. Еще, возможно, временами жуткий женоненавистник, но это можно понять и простить по причине его происхождения. Если бы я не знала Леона, то от Тышнера хотела бы иметь ребенка, а лучше — сразу двоих, однояйцевых близнецов. И больше ни от кого. Очень я переживаю, что Тышнер гены свои дальше не передал, потомства не оставил. Это очень большая потеря для мира. Но это я так, к слову.

Бог, создавая Десять заповедей, ориентировался на обстоятельства, которые были в то время актуальны. Это была версия 1.0, а любая версия 1.0, как Ты, сыночек, имея высшее образование в области информатики, знаешь, несет в себе столько недостатков и недоделок, что сразу после выхода версии 1.0 нужно готовить к выходу версию 1.1, чтобы версия 1.0 заработала. Но этого никто Господу Богу нашему не сказал, да и некому было. Эти-то первые Десять заповедей, которые Бог создал, — они по-настоящему первыми были, до них не было никаких заповедей, значит — на что же Господь Бог мог ориентироваться как на образец? Ни на что. Если даже, чисто гипотетически, существовали какие-то заповеди в других реальностях и параллельных мирах — никогда бы Бог не оконфузился и не унизился до плагиата, а уж тем более в таком важном деле. Он же создавал Десять заповедей, а не писал кандидатскую или докторскую диссертацию, не пытался получить ученую степень или должность профессорскую — так зачем Ему плагиат? Не говоря уж о том, что Он в честности своей беспределен. И как всевидящий и всезнающий Бог мог ссылаться на каменные скрижали другого, параллельного Моисея? В Декалоге, насколько могу судить, ни ссылок, ни примечаний не имеется.

Бог мог создать только рабочую версию 1.0. Как любой программист — а Он, разумеется, Программист. Мог себе позволить и «раба» туда записать, и скотину — почему нет? И это свидетельствует о Его своеобразном отношении к женщине лучше всего.

Тут у нас существует расхожее мнение, что большего мизогиниста,[87]чем Бог, днем с огнем не сыщешь.

И я Его, сыночек, в чем-то понимаю. Все эти суфражистки без трусов и корсетов на баррикадах… феминистки… магистр Казимира Щука — такое в голову не могло никому прийти. И, кстати, жаль, очень жаль, потому как это женщина мудрая и образованная, ученой степени доктора, правда, не имеет, но кому сейчас это важно — ученая степень… К тому же магистр Казимира ловко целует мужчинам руки, что свидетельствует о ее прозорливости и хитрости, а в прежние времена на вершине Синая это ценилось бы необыкновенно, учитывая господствовавший тогда патриархат. Если бы магистр Казимира Щука помогала Богу в создании Десяти заповедей — мир был бы другим. В шестнадцатом веке вместо инквизиции была бы, наверное, сексуальная революция, но к восемнадцатому веку все альфа-женщины уже либо вымерли бы, либо были бы перемещены в резервации на Мадагаскар и все вернулось бы — приблизительно, конечно — в старое русло. Передовые женщины восемнадцатого века, освобожденные от альфаизма, поняли бы, что без мужчин получается отнюдь не все, да и приятнее с мужчинами-то, чем без них.

Но вернемся к тому, что написано в Десяти заповедях. Их содержание больше связано с религией, чем с Богом. И по моему мнению, с философией в чистом виде. А как сказал один философ еще в прошлом веке, фамилию вот его не помню, да и имя из головы вон — а ведь хорошо сказал, самую что ни на есть правду: «Ошибки в религии опасны, ошибки в философии — только смешны». Моисей поведал о Десяти заповедях, а о сопровождающих их исполнительных актах ничего не сказал. И этим немедленно занялась Церковь. То, что церковь сделала с Десятью заповедями, — вопиет к Небесам. Если встречу в аду — а зная его биографию, это весьма вероятно — доктора Леха Фаландыша, профессора права, я спрошу его, глядя прямо в глаза, может ли Бог, имеет ли право уволить всю церковь, целиком! — если Сам же ее и создал.

Я тут знакомлюсь из любопытства с толкованиями Десяти заповедей, и порой они вызывают у меня недоумение. Некий святой Григорий Нисский,[88]который мог быть знаком с Августином Блаженным, ибо жил примерно в то же время, ожидая, когда его заберут на Небеса, объясняет замысел Бога очень конкретно и с большим сочувствием: