Кирпичи 2.0 - Данияр Сугралинов

– Засунь куда подальше своего товарища с его блогом. Выйду из больницы – напишу служебную записку о том, как ты прикарманиваешь представительские. И попрошу перевести меня к Косте Панченко. Я думаю, ему будет интересно узнать кое-что о тебе.

Кровь прилила к лицу. Такой подлости я не ожидал. Аж в ушах зазвенело. Я открыл бумажник, вытащил пачку денег и оставил на тумбочке.

– Деньги за лечение и твой новый телефон.

– Ты меня не купишь своими подачками, урод.

– Ни одно доброе дело не должно остаться безнаказанным, – горько сказал я.

Выходя из палаты, я думал, что Юра не понимает человеческого отношения и просто не в состоянии поверить: иногда поступки совершаются просто так, ни за что.

* * *

Вечером я встретился с Лехой. Он, похоже, собирался на мероприятие: приехал в смокинге и черном галстуке-бабочке. Было заметно, что он устал и без настроения. Он сел за столик и хмуро сказал:

– У меня есть час. Решил вопрос с деньгами?

Я, не скрывая, рассказал ему, что взял кредит. Он чертыхнулся:

– Болван.

– Почему?

– Влюбленный болван.

– Да что я не так сделал?

– Серег, – Леха наклонился ко мне и посмотрел в упор. – Девочки – они такие. Пока на своем опыте не поймешь, учиться на чужом – бесполезно. Просто запомни мои слова: это не последний раз. Дам тебе один совет. На будущее.

Я сосредоточился, стараясь запомнить.

– Я даже не буду тебя спрашивать, были ли у вас непонятные и нелогичные ссоры до того, как она попросила о помощи. Уверен, что да, после чего ты в недоумении стоял на улице, не понимая, в чем дело, и стыдился, что ты ее обидел. Ты винил себя и клял последними словами. Было?

– Хм… Да.

– Это первый признак того, что ей от тебя что-то нужно. Потом она плакала. Плакала, но не говорила, в чем проблема. Рыдала, обильно орошая слезами твое крепкое мужское плечо? А ты, супергерой, летящий на крыльях ночи, готов был душу отдать, лишь бы она перестала плакать. Ведь каждая ее слезинка откликалась болью в твоем сердце.

– Плакала, – признал я. – А я переживал за нее!

– И когда она сказала, что ей нужны деньги, ты не раздумывая пообещал помочь?

– Да! Леха, я люблю ее!

– Не спорю. Я тоже свою жену люблю, поверь. Но научился, э… распознавать, скажем так. В общем, ты, Серега, прошел три стадии женского манипулирования мужчиной. Женщины вгоняют нас в стыд, заставляют винить себя, а потом и угрожают чем-то, в зависимости от того, какие у тебя болевые точки.

– А если бы я отказал?

– Тогда в ход пошел бы последний прием из их почти безотказной системы манипуляции. Ты был бы измерен, взвешен и признан непригодным к дальнейшему использованию ввиду неумения обеспечивать потребности своей женщины. О чем тебе бы сразу и сообщили, в мягкой или жесткой форме, в зависимости от характера девушки.

Я задумался, отметил кое-какие соответствия, исходя из прошлого опыта, но никак не мог все это принять применительно к Ксюше.

– Да и черт с ним, – весело сказал Леха. – Помог и помог. Я в твоем возрасте и не такие глупости совершал. Что нового на работе, золотая рота[29]?

Я рассказал Лехе о Юре. И чем больше я рассказывал, тем он больше хмурился. Под конец он выматерился.

– Я про стажера даже говорить не хочу, с ним все понятно. Такие вот мелочные, забитые, озлобленные, мстительные неудачники не умеют мыслить широко. Ты правильно заметил: они не верят в бескорыстие. Скорее ты бы опустился до его уровня, чем поднял его до своего. Да дай ты ему миллион долларов – он, нищий духом, все равно не станет чистоплотнее, добрее, понимаешь? Вспомни соседа своего, как его там… Который мусор в подъезде оставляет.

– Артур? – уточнил я, вспомнив нувориша-соседа.

– Да, этот такой же. Он уже привык жить в грязи. Ты же вроде умный человек, Серега. На кой черт связался с этим парнем?

– А ты со мной?

Леха промолчал. Я устыдился своего вопроса, сравнив себя с Юрой.

– Знаешь, займись собой. Тренировки ты пропускаешь, как докладывает разведка. Влез в долги, с девушкой у тебя отношения непонятные. Плюнь на стажера: не думаю, что он будет на рожон лезть и тебя подставлять. Потраченное верни в компанию, и все. А вот зачем ты душу открыл перед ним – этого я не пойму. То есть понимаю: хотел воодушевить своим примером, показать, что все достижимо. Но по факту – ты разве чего-то достиг? Много ребят уже отлично говорят по-английски, прекрасно выступают на публике и ведут переговоры, жмут по полтора центнера. Ты просто сейчас всплываешь с того дна, на котором сидел, как рак-отшельник, чтобы быть на одном уровне с общей массой планктона. То, что ты воспринимаешь как невероятные успехи, для многих обыденность.

Второй раз за день кровь прилила к лицу. Леха, не жалея, бил наотмашь.

– Ты хороший парень, Серег. Но мало быть хорошим парнем, чтобы чего-то добиться. Повторяешь ошибки раз за разом на эмоциях… Знаешь, это вообще свойственно слабым людям. Сделаешь усилие – шаг вперед, потом почиваешь на лаврах. Так ты, пока на лаврах, на два шага назад отступаешь. Разочаровал ты меня.

Леха встал и ушел, а я еще долго сидел, слушая пульсацию крови в висках.

* * *

На работе стало известно, что Юра оказался в больнице не без моего участия. Причем версия происшедшего сильно искажала реальность. Об этом мне сообщил Миха, решивший выяснить подробности из первых уст. Подробностей я ему не сообщил, сказав только, что мы действительно с Юрой выпили вместе пива, после чего я посадил его на такси и отправил домой.

– Бывает, – сказал Миха и как-то странно посмотрел на меня.

– Что? – не выдержал я его взгляда.

– Да ничего, – пожал он плечами. – Просто говорят, что ты специально на него гопников натравил, чтобы с шеи скинуть. Ну, знаешь: стажер с возу, менеджеру легче.

– Даже так? Интересно. А ты зачем лезешь в это? Хочешь, чтобы и на тебя натравил? Здоровья много?

– Да пошел ты, – сказал Миха и ушел делиться полученной информацией.

В офисе кипели страсти. Кацюба расщедрился и для новогоднего корпоратива снял роскошный клуб. В пятницу Гараян почти подрался с Бородаенко, неудачно пошутившим об армянах, причем имея в виду грузин. Милка Чердаклина, присутствовавшая при инциденте, рассказывала, что бой закончился примирением сторон и незамедлительным распитием армянского коньяка и грузинского вина. Догонялись противоборствующие стороны украинской горилкой.

На корпоративную вечеринку мы приехали с Ксюшей.