Самый лучший папа - Мейв Бинчи

— Ах да, знаю. Он в очень плохом состоянии, — сообщил Деклан. — Хозяйка жила как отшельница.

— Тогда она должна уступить, — радостно воскликнула Мойра.

Улыбка делала ее намного привлекательнее.

— Ноэль в порядке? — спросила она.

— Боюсь, Мойра, что вы видитесь с ним чаще, чем я, — ответил Деклан.

— Да, вы правы. Это моя работа. Но иногда он бывает раздражителен, вы не находите?

— Раздражителен? Нет, никогда не замечал.

— На днях он выбил у меня записи и накричал на меня.

— А из-за чего все это произошло?

— Из-за какого-то Динго Дуггана, которого он просил нянчить ребенка. Я начала расспрашивать о нем, а Ноэль накричал на меня, назвал его простым, но недалеким малым и вывалил в мой адрес кучу бранных слов. Это было нестерпимо.

Деклан угрюмо смотрел на нее. Так вот почему Ноэль слетел с катушек в тот вечер. Деклан не решался что-то сказать.

— Деклан, что с вами? — спросила Мойра. — У меня такое ощущение, что вы чего-то недоговариваете.

Деклан едва подавил гнев. Скоро он будет далеко от Мойры, Ноэля и всей Сент-Иарлаф-Крещент. Ему удалось удержать себя в руках — негоже напоследок ругаться и портить о себе впечатление.

— Уверен, вы справились с этой ситуацией, Мойра, — сказал он. — Ведь вы, наверное, привыкли к переменам в настроении своих клиентов — как и мы привыкаем к своим пациентам.

— Хорошо бы иметь перед глазами полную картину, — сказала Мойра. — А пока что я уверена — от меня что-то скрывают.

— Когда вы выясните, что именно, поделитесь со мной, пожалуйста.

Деклан изобразил подобие улыбки и отправился по делам.

Он зашел в благотворительный магазин, где работала его мать, и поцеловал в лоб сынишку, который сидел в коляске рядом со своей подружкой Фрэнки. Эта парочка малышей отлично подходила для съемки в рекламе детской одежды — они все время держались за руки.

— А кто у нас папочкин сыночек? — заигрывал с малышом Деклан.

Его голос казался чужим. Молли Кэрролл озабоченно посмотрела на своего сына.

— Деклан, ты зачем пришел? Что-то хотел? — спросила она.

Зашел просто увидеть ребенка и наследника и поблагодарить свою дорогую матушку и подругу Эмили за то, что вы облегчаете нашу жизнь.

Он улыбнулся. Теперь его улыбка была искренней.

— Ну, это самое простое, что я могу для тебя сделать, — довольно проворковала Молли. — У меня есть все, о чем мечтает любая мать. Мой сын и внук живут со мной. Когда я думаю о тех родителях, которые годами не видят детей или внуков, я понимаю, насколько Бог милостив ко мне.

Так будет длиться недолго, подумал про себя Деклан.

Он отправился к дому Матти и Лиззи. Они спорили, как следует встречать Джессику, которая сегодня утром должна прийти к Матти в первый раз.

— Я приготовила лепешек к чаю, но Матти считает, что ее следует хорошенько накормить обедом. А что ты думаешь, Деклан?

— Думаю, что для первого раза достаточно лепешек. А в следующий раз вы можете угостить ее чем-то посерьезнее, — ответил Деклан.

— Она замужем? — спросил Матти.

— Вдова. Ее муж умер три года назад.

— Пусть ему земля будет пухом. Наверное, ей тяжело, — сказала Лиззи, забывая, что скоро тоже окажется вдовой.

— Да, но у Джессики доброе сердце. Она полностью и целиком отдается своей семье и работе.

— Очень мудро, — одобрила Лиззи. — Надеюсь, у них тогда был хороший врач, как у нас, — и она с теплотой посмотрела на Деклана.

— Скажи это еще раз, — улыбнулся Матти.

— Прекрати, Матти, а то я сейчас начну зазнаваться, — пошутил Деклан.

— Так есть с чего! Я всем рассказал об этом мистере Харрисе, который отказался брать у меня деньги, потому что ты его коллега по работе, а я — твой приятель.

Деклан почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. К тому времени, как Матти умрет, они с Фионой будут жить в другой части Дублина. Не только Матти и Лиззи останутся без своего врача, но и его родители останутся без сына и внука.

По дороге на работу он заскочил к Джози и Чарльзу Линчам.

— Я слышал, что рядом с вами продается домик? — спросил он.

— Да, но объявление повесят только завтра. А ты откуда знаешь?

— От Мойры, — буркнул Деклан.

— О Боже, эта женщина знает о каждом чихе в этом районе, — удивилась Джози.

— Она заходила к нам, чтобы проверить, нет ли у нас собачьей шерсти. Интересные у нее представления, неужели она и вправду думает, что у собак не выпадает шерсть? — возмущенно покачал головой Чарльз.

— Она собирается купить дом по соседству, — криво усмехнулся Деклан.

— Не может быть! — воскликнула Джози. — Она и так практически поселилась у нас.

Чарльз снова покачал головой.

— Ноэлю это не понравится. Совсем не понравится.

— Нам всегда на помощь приходит Деклан, — улыбнулась Джози.

Это ненадолго, подумал про себя Деклан.

Когда он наконец оказался в отделении, все пациенты будто сговорились: вспоминали прошлое и те случаи, когда врач им помог. Если бы Деклан доверял хотя бы половине тех лестных слов, которые прозвучали в его адрес, у него бы уже нимб засиял над головой. Доктору Кэрроллу хотелось, чтобы все это ему говорили не сегодня. Только не сегодня, когда он решился изменить свою жизнь и уехать.

На обед он забронировал столик в ресторане у Антона. Он хотел сообщить Фионе о полученном предложении в приятной обстановке, а не дома, где его родители могли услышать разговор.

— Откуда вы узнали о нас, сэр? — поинтересовался швейцар в ресторане.

Деклан хотел было сказать, что Лиза Келли упоминала о нем, но передумал.

— Из газет, — ответил он.

— Надеюсь, мы оправдаем ваши ожидания, — изрек Тедди.

— Я тоже надеюсь, — сказал Деклан.

День тянулся очень медленно. Казалось, семи часов, когда должен заехать Динго, им никак не дождаться.

Пару недель назад водитель фургона был на вечеринке в греческом ресторане и танцевал на битых тарелках, после чего Деклану пришлось вытаскивать мелкие осколки из ступней бедняги. О деньгах не было и речи, особенно в случае с Динго. Они договорились, что пациент отплатит несколькими ходками на своем фургоне, когда Деклан будет переезжать. Это означало, что можно отметить с Фионой радостную новость бутылкой шампанского.

Когда Кэрролл собирался уходить из больницы, к нему зашел Ноэль.

— Деклан, пожалуйста, удели мне несколько минут.