Однажды в Америке - Гарри Грей

— Парни, а наш друг уже немного переспел, — сказал Макс.

Мы аккуратно вынесли мистера Мура и положили его в ящик.

— Фу, «Шанель номер пять»! — пробормотал Макс.

— Гораздо крепче, — усмехнулся я. — Он воняет, как по меньшей мере номер семь.

Макси серьезно спросил:

— Ты хорошо его уложил? Мистер Мур не будет мешать движению туалетной бумаги?

— Все в порядке, Макс. Я раздвинул его ноги в разные стороны, так что он не помешает.

Мы плотно закрыли крышку.

Макси покрутил ручку. Из отверстия поползла лента туалетной бумаги. Макс изобразил старшего Химмельфарба, плюясь слюной и восклицая:

— Чудесно! Волшебно!

Косой сказал:

— Парни, хотел бы я быть там, когда они начнут крутить и увидят эту дерьмовую бумагу.

— А потом откроют крышку, чтобы посмотреть внутрь, — засмеялся Патси, — и увидят, что на них смотрит мистер Мур!

— Готов поспорить, они сами умрут от страха, как этот мистер Мур, — сказал Косой.

Мы оставили ящик стоять на полу.

Макси сказал:

— После такой работенки самое время что-нибудь выпить.

Косой высунул голову в бар и прокричал:

— Выпивку!

Мо пришел с подносом виски. Патси некоторое время потренировался с боксерской грушей. Макс поработал со своим револьвером, выскакивающим из рукава. Косой тихо играл на гармонике. Я практиковался с ножом, рассекая им свистящий воздух.

Джейк Проныра, Труба и Гу-Гу пришли ровно в десять. Как обычно, они появились в том же порядке, один за другим. Сначала вошел преувеличенно развязный Джейк, потом Труба, похожий на улыбающегося хорька, и под конец Гу-Гу, который качался из стороны в сторону и все время оглядывался назад, как будто ждал неожиданного удара.

— Что-нибудь выпьете? — спросил Макс.

Вопрос был чисто риторический, поскольку я не помнил, чтобы они когда-нибудь отказывались.

Косой мотнул головой в сторону бара:

— Обслужи их, Мо.

Мо их обслужил, принеся поднос с выпивкой. Джейк и его ребята не сводили глаз с ящика. Наконец Джейк спросил:

— Что за дерьмо ты держишь в этом ящике, Макс?

Тот небрежно ответил:

— Я вам сейчас покажу; это новый товар на рынке. — Макси взял газету и разорвал ее на длинные полосы примерно в четыре дюйма шириной. Он вставил одну из пол ос в приемное отверстие машины. Потом стал крутить ручку, сопровождая появлявшуюся из щели туалетную бумагу серьезным комментарием: — Это новейшее изобретение столетия — машина по производству бумаги для дерьма.

Я сказал:

— Да. Это самое крупное из последних изобретений. Каждая семья захочет иметь ее у себя дома.

Джейк Проныра закивал и глубокомысленно произнес:

— Ребята, представляете, сколько люди сэкономят денег, особенно в больших семьях, если смогут делать туалетную бумагу из старых газет?

Я сказал:

— В науке это самое крупное событие после изобретения Эдисоном электрической лампочки.

Макси серьезным тоном заявил:

— Этот аппарат изобрел Маркони. Вы когда-нибудь слышали о Маркони, который придумал беспроводную связь?

Гу-Гу ответил:

— Да, мы слышали о нем — он умный итальянец.

Макси сказал:

— А теперь слушай внимательно, Джейк. Я расскажу, что вы должны сделать, только не надо задавать мне всякие глупые вопросы.

Джейк выглядел задетым. Он обиженно спросил:

— Разве мы когда-нибудь задавали тебе лишние вопросы, Макс?

— Ладно, ладно, не надо быть таким обидчивым. Вы знаете фабрику братьев Химмельфарб?

Джейк кивнул.

Гу-Гу прибавил:

— Да, Макс, у меня там двоюродный брат работает.

— Вот и хорошо. Я хочу, чтобы вы сегодня вечером отвезли туда этот аппарат, а вместо него взяли точно такой же ящик, который там сейчас стоит. Честный обмен, понятно?

Джейк переспросил:

— Сегодня вечером? Но они закрываются в семь. А сейчас уже одиннадцатый час.

Макси нетерпеливо сказал:

— Если бы я хотел доставить груз в их присутствии, то нанял бы обычных перевозчиков, а не тебя, Проныра.

Лицо Джейка расплылось в счастливой улыбке.

— А, понял. Ты хочешь, чтобы мы сделали это незаметно?

Макси улыбнулся:

— Умнеешь на глазах. У вас найдется небольшой грузовичок?

Джейк ответил:

— Да, мы можем одолжить его у Клеми, чистильщика ковров.

Макси усмехнулся:

— Клеми одалживает свой грузовик всем подряд, верно? Когда-нибудь он на этом погорит.

— Мы тоже сделали ему немало одолжений, — сказал Труба.

Гу-Гу с надеждой спросил:

— А мы можем почистить заведение, когда будем там?

— Не знаю. — Макси был в сомнении. — Вот что я вам скажу. Не трогайте никаких материалов или готовую продукцию, но если найдете где-нибудь деньги, они ваши.

Джейк сказал:

— Спасибо, Макс.

Я посмотрел на него, думая, нет ли в его тоне иронии. Но он был серьезен — сказал то, что думал.

Макс объявил:

— Все, можно начинать.

Джейк обернулся к Гу-Гу и сказал:

— Отправляйся домой к Клеми и скажи ему, что нам нужен его грузовик.

Гу-Гу быстро опрокинул стаканчик и пустился в путь.

Пока мы ждали, когда Гу-Гу вернется с грузовиком, Груба и Джейк возбужденно о чем-то шептались друг с другом. Труба настаивал:

— Спроси у него. Спроси у него. Говорю тебе, спроси.

Наконец я вмешался:

— О чем вы там шепчетесь, Джейки? Выкладывай, не стесняйся.

— Я не стесняюсь, Лапша.

Джейк прочистил горло и на мгновение задумался; потом он произнес извиняющимся тоном:

— Мы вот с Трубой подумали. — Он снова замолчал.

Макс подсказал:

— Подумали о чем?

Джейк решился идти напролом.

— Мы хотели бы войти в этот бизнес, — сказал он и указал на ящик.

Макс не понял:

— В какой бизнес?

— По изготовлению туалетной бумаги, — с чувством сказал Труба.

— Господи Иисусе! — Макси не мог поверить своим ушам. — Вы это серьезно?

Я подумал — боже ты мой! Перед нами двое крутых, прожженных парней из Ист-Сайда, парней, искушенных во всех мошеннических проделках, которые когда-либо изобретало человечество, и вот теперь они так легко попались на один из экспромтов Макси. Барнум[19]был прав.