Однажды в Америке - Гарри Грей

— Это превосходно. Замечательно. Чудесно.

Макси наклонился, чтобы прикурить сигару. Он тихо сказал мне:

— От этого ублюдка нужно закрываться зонтиком.

Я прошептал в ответ:

— Как насчет твоих двадцати штук?

Макси кивнул. Он спросил небрежным тоном:

— Химмельфарб, старина, вы положили мои двадцать тысяч в надежное место?

— Разумеется, — ответил Химмельфарб. — Я же деловой человек. Я сделал вклад в Национальном банке, а завтра я выпишу на имя Профессора чек на всю сумму, о которой мы договаривались. Правильно?

Мы с Патси переглянулись. Мне было интересно, как Макси справится с этой неожиданной проблемой, но для него она не составила никакого труда. Он заявил напрямик:

— Никаких счетов, никаких чековых книжек. Все расчеты должны происходить наличными, или я куплю эту машину сам. — Макси говорил дерзко и вызывающе. — Тридцать пять тысяч наличными должны быть завтра в вашем цехе в четыре часа дня. Профессор привезет туда свою машину. Не забудьте — наличные, или сделка не состоится.

— Конечно, конечно. Это не важно. Как скажете, компаньон. Я приготовлю наличные. — Химмельфарб заискивающе улыбнулся. — И еще одно. Профессор продемонстрирует нам действие машины? — Он вопросительно поднял брови. — Может быть, он даст нам гарантию на год?

Старший Хаммельфарб улыбнулся и оглянулся на братьев, ожидая их одобрения. Те тоже улыбнулись в ответ, восхищенные его предусмотрительностью.

Макси спокойно ответил:

— Вы получите все — и хорошую демонстрацию, и, возможно, раз уж я ваш партнер, двухгодичную гарантию от Профессора. — Он встал. — Прекрасно, джентльмены. Мы все обсудили. А теперь меня ждут дела. Итак, до завтра?

Макси проводил всех троих до двери с видом занятого человека, вежливо выпроваживающего своих визитеров.

Мы попрощались:

— До свидания. До завтра.

— Фу, — сказал Макси со вздохом облегчения. — Эти ублюдки — просто какой-то трехголовый член.

— Трехголовый кто? — спросил Косой.

Мы засмеялись.

Косой вытащил свою гармонику и начал наигрывать «Дарданеллу».

Патси покачал головой:

— Эй, Косой, имей хоть немного уважения к нашему гостю, — он указал пальцем на туалет, — мистеру Муру.

Косой перестал играть и постучал гармоникой по ладони.

— А как тебе это? — спросил он и заиграл «Меланхоличную малышку».

Патси улыбнулся и кивнул:

— Да, лучше уж что-нибудь погрустнее.

Мы сидели за столом, курили, прихлебывали из бокалов и вели неспешную беседу.

Патси сказал:

— Я слышал, что этот макаронник, переодетый детектив, все никак не угомонится. Он арестовывает игральные автоматы в Гарлеме. Какого черта? Неужели Фрэнк не может его достать?

Макси пожал плечами:

— Откуда мне знать? Может быть, он хочет подать жалобу на арест игральных автоматов.

Патси сказал:

— Фрэнк с ним живо разберется, уладит дело и зашлет этого шмака куда-нибудь на Стэйтен-Айленд. Пусть им займется наш человек из юридического отдела. У нас там есть один умный парень, верно, Макс?

— Да. — Макси лениво пыхнул сигаретой. — Он один из лучших. Бывает в разных местах. У районного префекта, например, у окружного прокурора, даже у мэра.

— Насчет разных мест… — Косой перестал играть, встал и широко зевнул. — Может, съездим в какое-нибудь место, Макс?

— Я не против, — ответил тот с полным равнодушием. — Могу предложить три варианта на выбор — вечеринка с блондинками в гостинице у Эдди, трубочка зелья у Джои или тихая и спокойная ночь в банях.

— Гостиница Эдди, — проголосовали Патси и Косой.

— Бани, — сказал я.

— Отлично. — Макси улыбнулся и подмигнул. — Победило большинство. Мы поедем в бани. — Он рассмеялся при виде вытянувшегося лица Хайми. — Твоя проблема, Косой, в том, что ты жжешь свечу с двух концов.

— Вовсе не с двух, Макс, — ответил тот с обидой.

Когда мы выходили, я сказал:

— Мистер Мур будет скучать без нас.

— Предлагаешь взять его с собой в бани? — сухо спросил Макс.

Я ничего не ответил.

Когда мы сели в «кадди», Косой спросил:

— В бани Латки?

— Нет. Бани отеля «Пенсильвания». Там чисто, спокойно, никаких бандитов, никаких гомиков, — сказал я.

Макси со мной согласился.

Патси покрутил головой:

— Мне не нравятся, когда бандитов ставят на одну доску с гомиками.

Я спросил:

— Почему, Пат? Ты считаешь себя бандитом? Но ты ошибаешься. Мы — типичные деловые люди, мы занимаемся бизнесом — торгуем бриллиантами и печатаем десятидолларовые банкноты.

Косой от души расхохотался.