Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Балиан понимал, что ничего такого в семье Кристиана быть не могло. Но игнорирование со стороны отца было лишь немногим лучше. Демиан чувствовал, что его присутствие для него совсем незначительно или даже нежелательно, и потому постепенно замыкался в себе. Балиан прикинул, что из Демиана вырастет лет через пять. И представленное ему совсем не понравилось.

– Давай сбежим в Эндерглид, – предложил Балиан. – Научу тебя сражаться.

Демиан удивленно посмотрел на него.

– Правда?

– А то!

Но огонь, загоревшийся было в глазах мальчика, почти сразу угас.

– Я бы очень хотел, – проговорил он едва слышно. – Но, конечно, никак не получится.

– Почему?

– Вряд ли мама тоже сбежит, – Демиан тяжело вздохнул. – Без нее ведь нельзя. И меня не пустят в Эндерглид. Ведь я градеронец.

– Забудь об этом, – велел Балиан. – Посмотри на себя в зеркало! Какой ты градеронец?

– Вроде обычный, – Демиан еще больше погрустнел.

– Прекрати убиваться, – поморщился Балиан. – Реши для себя, что хочешь, и делай, как хочется. Хочешь быть градеронцем и остаться тут – пожалуйста. Хочешь в Эндерглид – другое дело.

– Разве от моего решения что-то зависит? – робко поинтересовался Демиан.

– Ну, если будешь до конца жизни здесь прятаться ото всех, то не зависит.

– Но если я уйду, все будут волноваться, и…

– Да я не о том! Не вздумай один убегать, – предупредил Балиан на всякий случай. – Я к тому, что сидишь вечно, молчишь, как рыба, и это… как его… Расстраиваешься в одиночку. Вот.

В этот момент вернулась Рейта с подносом в руках. Демиан хотел уйти – он привык выходить из комнаты, когда собирались взрослые, – но взгляд Балиана буквально пригвоздил его к месту, и он остался стоять. Он понимал, что ему хотели сказать, но претворять собственные решения в жизнь было ох как непросто. Демиан вспомнил, как хотел, невзирая на запрет, научиться владеть мечом – ничего не вышло…

Балиан с трудом сел, схватился за протянутый поднос, но тут же ругнулся и отдернул руку.

– Горячо? – удивилась Рейта, аккуратно опустив поднос ему на колени.

– Нет, – но Балиан помахал пальцами, словно и впрямь обжегся. – Чего-то больно.

– Лед, – вздохнула Рейта и посмотрела на его обледеневшее запястье. – Пока незаметно. Но, наверное, немного увеличивается.

– Очень приятно, – пробормотал Балиан и принялся за еду.

– А тебе… Тебе совсем не страшно? – набравшись храбрости, спросил Демиан.

– Страшно мне было, когда Кристиан там, в пещере, заявил, что ты – его сын, – проворчал Балиан. – По сравнению с этим, лед полная ерунда.

Неожиданно из коридора послышался шум – скрипнула дверь, раздались голоса. Спустя минуту на пороге комнаты возникли Кристиан и Арес.

– Балиан! – Кристиан улыбнулся. – Слава богу, ты очнулся, – и без перехода обратился к Рейте: – Тебя ждет Руэдейрхи. Сказал, что надолго.

– Что-то случилось? – спросила Рейта. Руэдейрхи вызывал ее таким образом только если поступало много раненых и без ее помощи было не обойтись.

– Кажется, ему нехорошо. Просил прийти лично к нему.

Рейта побледнела.

– Демиан, пойдешь со мной, через пять минут мы уходим. Так, – она одним движением отобрала у Балиана поднос.

– Эй! – тот поперхнулся. – Я не доел!

– Подождешь. Сиди прямо и не дергайся, – Рейта стала разматывать бинты.

Буквально за пару минут она сделала все, что нужно, и торопливо вышла из комнаты. Демиан, понурив голову, поплелся следом. Он сохранил слова Балиана в сердце, но сейчас ситуация была безвыходной – только и оставалось, что в одиночку расстраиваться. Не станешь же кричать на всю комнату – «Отец, я здесь! Посмотри на меня!» Впрочем, после того раза, когда Демиан подошел к Кристиану сразу после возвращения в Градерон, мальчик совсем не был уверен, что хочет, чтобы на него смотрели. Вдруг взгляд снова окажется таким же страшным? Страшнее любого удара. Да и возражать против похода к Руэдейрхи не хотелось.

Несмотря ни на что, Демиан любил его, хотя если бы кто-нибудь спросил его об этом, он бы замялся и ничего не сказал. Любить Руэдейрхи было страшно – слишком тот был величественен. Демиану почему-то казалось, что любить такого человека нельзя, иначе он разозлится и немедленно покарает за такую неслыханность. Но все равно мальчик чувствовал, что привязан к правителю и брату своей матери, и искренне за него переживал. Когда ему требовалась помощь, Рейта почти всегда брала Демиана с собой, опасаясь, что Кристиану тоже придется уйти, и мальчик надолго останется один.

– Мегера! – возмутился Балиан. – Даже еду не вернула.

– Вот твоя еда, чего раскричался? – Арес подвинул к нему поднос.

– Не обращай внимания, – Кристиан чуть улыбнулся. – Кричать ему жизненно необходимо.

– Хоть кто-то меня понимает, – пробормотал Балиан, возвращаясь к прерванной трапезе.

Пока Кристиан провожал Рейту и Демиана, он справился с остатками еды и, сытый, улегся поудобнее. Арес продолжал сидеть рядом, но на него не смотрел. Пользуясь этим, Балиан внимательно его изучил. Недлинные волосы странного фиолетового цвета, а, впрочем, рожденным или, в случае Балиана, долго жившим в Эндерглиде даже черные волосы казались противоестественными. Длина их спустя десять лет совсем не изменилась. Темные глаза, конечно, тоже. Лицо еще сильнее посерьезнело, но, в общем, осталось прежним. Повторялась ситуация с Кристианом и Тристаном – Арес сильно изменился, но в то же время явных отличий от прежнего него не находилось. Стал старше на десять лет, и все тут.

Насмотревшись на него, Балиан задумался – а что он, собственно, здесь делает?

– Чего надо? – спросил он.

– От тебя – ничего, – лаконично ответил Арес.

– Ну так сиди где-нибудь в другом месте!

Арес и бровью не повел. Точь-в-точь такой же, каким Балиан запомнил его у Врат Рассвета: невозмутим, в меру холоден, вежлив, не лишен человеческих качеств. Как ни крути, достойный характер, но почему-то сейчас, когда он вроде как считался товарищем Кристиана, Балиану очень захотелось его поддеть.

– Юана на тебя нет, – сказал он.

Он попал в точку – Арес вздрогнул, и на мгновение вид его приобрел какой-то затравленный оттенок, будто бы он ждал, что сейчас сзади на него набросится Юан.

– Слушай, – Балиан с любопытством проследил за этой метаморфозой. – А чего ты такого сделал, что он так к тебе пристал? Только о тебе и талдычит все время.

– Спроси у него, – Арес обреченно махнул рукой с таким видом, словно по ошибке подписал себе смертный приговор, который уже никак нельзя отменить.

В комнату вернулся Кристиан. Он присел на край кровати и пробежал по Балиану обеспокоенным взглядом.