Полночь в кафе «Черный дрозд» - Хэзер Уэббер

– Может, останешься? Пебблз, наверное, ненадолго.

– Не могу: велосипедная прогулка ждет.

– Ну хорошо.

Гидеон вышел, а я открыла дверь Пебблз.

– Он очень мил, правда? – с хитрой улыбкой заметила старушка.

– Да? – как можно невиннее перепросила я. – Что-то не замечала…

Пебблз усмехнулась. Она явно видела меня насквозь.

– Вы, конечно, удивлены, что я зашла так рано?

– Конечно. Что-то случилось?

Пебблз с подозрением огляделась.

– Хотела попросить вас об одолжении.

Я посторонилась.

– Проходите.

* * *

Спустя пару часов я подошла к мистеру Лейзенби – подлить кофе. Сегодня на нем была классическая рубашка с короткими рукавами и галстук-бабочка в черно-белый горошек. Как обычно, мистер Лейзенби сидел в дальнем конце общего стола, рядом с Фейлин и напротив Пебблз, и все утро надсадно кашлял.

– Давайте я принесу вам что-нибудь от кашля, мистер Лейзенби? – предложила я, когда он в очередной раз закашлялся, прижимая к губам платок. – От лекарственного чая из корня лакрицы вам сразу станет легче. Он помогает очистить легкие.

– Не надо мне никакого чая, – убрав платок, отказался мистер Лейзенби. – Со мной все в порядке, просто вчера косил газон и надышался пыльцой, вот сегодня и саднит в горле.

Я заметила, что он не съел ни кусочка пирога «Черный дрозд». Только разломал его, раздавил все ягоды и раскрошил корочку. Зато с яичницей и картофельным пюре мистер Лейзенби расправился быстро, значит, не так уж сильно он болен.

– Вам не понравился пирог?

В его слезящихся глазах отразилось недовольство.

– Да, мэм. В нем голубика.

– Правильно, она поспела на прошлой неделе, и я испекла пирог по новому рецепту, с начинкой из ягодного ассорти: голубики, ежевики и малины.

– Напрасно. От добра добра не ищут! Я терпеть не могу голубику, а Джина сказала, что пироги с нормальной начинкой уже распроданы.

– Ничего, Отис, проживешь денек без пирога, – прервала его Фейлин и повернулась ко мне: – Не обращай на него внимания, лапонька. Не стоит убирать пирог из меню. Всем остальным он пришелся по душе, так? – Она поднялась и громко вопросила: – Пирог с ягодным ассорти просто вкуснятина, верно?

Посетители кафе согласно загудели, а Фейлин уселась обратно и, постелив на колени салфетку, взяла чашку с кофе.

– Вот видите!

Я улыбнулась. Фейлин всегда идет напролом.

– Не говори, чего не знаешь. Ты пирог даже не пробовала. С чего ты взяла, что это вкуснятина? – выделив последнее слово, передразнил ее мистер Лейзенби.

– Ну, я пробовала и могу сказать, Анна-Кейт, что пирог получился – пальчики оближешь, – вмешалась Пебблз. – Никогда ничего вкуснее не ела.

Мистер Лейзенби возмущенно насупился.

– Не надо на меня так смотреть. Небольшие перемены еще никому не помешали, – заявила Пебблз и поднесла к губам чашку, манерно оттопырив мизинец.

– А мне мешают! – рявкнул мистер Лейзенби.

Пебблз отодвинула чашку и гневно уставилась на него.

– Держи свое плохое настроение при себе и не смей отыгрываться на Анне-Кейт! Она с ног сбивается, чтобы всех обслужить. Еще не взяла ни одного выходного. Где же твоя благодарность? Если тебе нужен пирог с какой-то конкретной начинкой, почему ты пришел не к открытию, а на два часа позже? Да к этому времени пирогов могло вообще не остаться!

Закончив отчитывать мистера Лейзенби, Пебблз энергично кивнула головой. Ее высокая прическа «улей» качнулась, и я даже испугалась, что она сейчас развалится, но Пебблз, видимо, пользовалась каким-то особым лаком для волос.

В ответ на мой выразительный взгляд Пебблз невинно похлопала ресницами.

Разумеется, она была в курсе, во сколько мистер Лейзенби появился в кафе. Она-то как раз с самого открытия сидела здесь, сжимая чашку кофе, и в ожидании мистера Лейзенби нетерпеливо поглядывала на дверь.

А еще Пебблз прекрасно знала, куда делись все пироги с другой начинкой: она сама их скупила, чтобы якобы из гостеприимства угостить своих постояльцев-орнитологов. Навешала мне на уши лапшу, мол, она очень ценит дополнительный доход, который от них получает, тем более что скоро пора будет платить налоги, и хочет сделать им приятное. Но теперь-то я понимаю: Пебблз просто не желала, чтобы пирог достался мистеру Лейзенби. Наверняка ей известно, что он терпеть не может голубику, поэтому она и не стала покупать пироги с ягодным ассорти.

Пебблз улыбнулась мне и спокойно отпила кофе. Вот хитрюга!

– На два часа позже? – переспросила Фейлин. – Отис, на тебя это не похоже. Ты что, проспал? Или уговорился с кем-то повидаться? Или потерял кошелек? А может, заплутал и очутился на другом конце города?

– Я заблудился всего однажды, потому что на меня так подействовало новое лекарство от аллергии, – возмутился мистер Лейзенби. – И хватит припоминать мне тот случай.

Прислушиваясь к их разговору, я подлила кофе посетителям за соседним столиком. Мне тоже показалось странным, что мистер Лейзенби, вопреки обыкновению, явился в кафе к десяти, но я так закрутилась, что даже не задумалась, почему он припозднился.

– Стало быть, сегодня приключилось что-то другое? – переспросила Фейлин.

Мистер Лейзенби окинул ее уничижительным взглядом, но Фейлин не смутилась.

– Да, – неохотно буркнул он, гоняя по тарелке сочные ягоды.

Мне пришлось отойти, чтобы поменять опустевший кофейник на новый, убрать со столика на двоих грязную посуду и протереть его. Я очень торопилась, чтобы не пропустить продолжение беседы.

– Сгораю от любопытства, – заявила Пебблз. – Что же тебя задержало?

Мистер Лейзенби отложил вилку и вздохнул.

– Вообще-то, вас не касается, ну да ладно. Розмари велела мне не появляться в кафе раньше девяти.

Пебблз, застонав, откинулась на спинку стула и закатила глаза. Правда, кроме меня, никто этого не заметил.

Фейлин погладила мистера Лейзенби по руке.

– Помоги тебе бог.

Собирая с их столика грязные тарелки, я беспардонно встряла в разговор:

– Розмари?

– Моя жена, – печально пояснил мистер Лейзенби.

Покойная жена.

– Значит, Розмари попросила вас прийти на два часа позже?

– Так и есть. – Старик напрягся. – А что?

– Просто… мне казалось, что послания с того света более… – Я замешкалась, подыскивая нужное слово.

– Задушевные? – подсказала Фейлин.

– Ну да. Я всегда считала, что умершие с помощью черных дроздов выражают близким свою любовь. – Я указала на надпись под потолком. – Под полуночным небом песни черных дроздов нам подарят любовь…