Короче говоря - Джеффри Арчер

Когда кортеж тронулся, почётный караул вытянулся по стойке смирно. Они медленно ехали по улицам Сент-Джорджа. Повсюду, размахивая флажками, стояли дети — их отпустили из школы, чтобы они могли поприветствовать своего вождя, которому предстоял долгий путь на родину.

Генри удобно устроился в машине, приготовившись к пятичасовому путешествию в горы. Иногда он проваливался в сон, который грубо прерывался всякий раз, когда они проезжали мимо какой-нибудь деревни, где дети выстраивались как на парад, торжественно и шумно приветствуя своего президента.

В полдень кортеж остановился в небольшой деревушке высоко в горах, где местные жители приготовили обед для своего почётного гостя. Час спустя они снова тронулись в путь. Генри с тревогой думал, что аборигены, скорее всего, принесли в жертву почти все свои запасы на зиму, чтобы набить желудки солдат и чиновников, сопровождавших президента в его паломничестве.

Когда кортеж выехал из деревеньки, Генри крепко заснул. Ему снились Бермуды, где, он был уверен, нет нужды строить бассейн.

Он проснулся, словно от толчка. Ему показалось, что где-то прозвучал выстрел. Или приснилось? Открыв глаза, он увидел, как его водитель выскочил из машины и помчался в густые заросли джунглей. Генри спокойно открыл заднюю дверь, вышел из лимузина и, увидев, что впереди творится что-то неладное, решил подойти поближе и узнать, в чём дело. Он сделал всего несколько шагов и наткнулся на грузное тело президента. Он неподвижно лежал на обочине в луже крови. Вокруг стояли солдаты. Внезапно они повернулись, заметив представителя Верховного комиссара, и подняли винтовки.

— На плечо! — скомандовал резкий голос. — Помните, что мы не дикари.

Из толпы вышел армейский капитан в элегантной форме и отдал честь.

— Прошу прощения за причинённое неудобство, первый секретарь, — произнёс он чётким голосом выпускника Сандхерстского военного училища, — но будьте уверены, мы не причиним вам вреда.

Генри молчал, не отрывая глаз от мёртвого президента.

— Как видите, мистер Паскоу, с президентом произошёл несчастный случай, — продолжал капитан. — Мы останемся с ним и похороним со всеми почестями в деревне, где он родился. Уверен, он бы этого хотел.

Глядя на распростёртое тело, Генри в этом сомневался.

— Могу я предложить вам, мистер Паскоу, немедленно вернуться в столицу и доложить вашему начальству о том, что произошло?

Генри по-прежнему молчал.

— Возможно, вы также захотите им сказать, что новым президентом стал полковник Наранго.

Генри так ничего и не сказал. Он понимал, что должен как можно скорее передать сообщение в министерство иностранных дел. Он кивнул капитану и медленно пошёл обратно к своей машине без водителя.

Он сел за руль и с облегчением увидел, что ключи остались в замке зажигания. Он завёл мотор, развернул машину и пустился в долгий обратный путь по извилистой дороге. Он доберётся до Сент-Джорджа только к ночи.

Проехав пару километров и убедившись, что за ним не следят, он остановил машину у обочины, достал мобильный телефон и набрал номер своего кабинета.

Трубку сняла секретарша.

— Это Генри.

— Ой, я так рада, что вы позвонили, — сказала Ширли. — Столько всего произошло сегодня. Во-первых, только что звонила миссис Дэвидсон. Похоже, церковная благотворительная ярмарка соберёт не меньше двухсот арангских фунтов. Она спрашивала: не могли бы вы заехать к ним на обратном пути, чтобы они вручили вам чек? И, кстати, — добавила Ширли, не успел Генри вставить и слово, — мы все уже слышали новость.

— Да, именно поэтому я и звоню, — сказал Генри. — Мы должны немедленно связаться с министерством иностранных дел.

— Я уже им звонила, — сообщила Ширли.

— Что вы им сказали?

— Что вы по служебным делам уехали с президентом и свяжетесь с ними, как только вернётесь, Верховный комиссар.

— Верховный комиссар? — не понял Генри.

— Да, это уже официально. Я решила, что вы звоните по этому поводу. Из-за вашего нового назначения. Поздравляю.

— Спасибо, — небрежно поблагодарил её Генри, даже не спросив, куда он получил назначение. — Ещё новости есть?

— Нет, у нас тут ничего не происходит. Обычная тихая пятница. Вообще-то, я думала, нельзя ли мне уйти пораньше сегодня вечером? Понимаете, я обещала Сью Паттерсон помочь в подготовке к пятидесятилетию её мужа.

— Конечно, почему нет? — стараясь сохранять спокойствие, ответил Генри. — И передайте миссис Дэвидсон, что я постараюсь приехать на ярмарку. Двести фунтов существенно меняют дело.

— Кстати, как там президент? — поинтересовалась Ширли.

— Собирается принять участие в земляных работах, — сказал Генри, — так что мне пора.

Он нажал красную кнопку и сразу же набрал другой номер.

— Билл Паттерсон у телефона.

— Билл, это Генри. Ты уже обменял наш квартальный чек?

— Да, примерно час назад. Поменял по самому лучшему курсу, но, к сожалению, местная валюта всегда набирает силу, когда президент отправляется в официальную поездку к месту своего рождения.

«И смерти», — хотел добавить Генри, но вместо этого просто сказал:

— Я хочу, чтобы ты перевёл всю сумму обратно в фунты стерлингов.

— Я бы не рекомендовал этого делать, — возразил Билл. — За последний час арангский фунт поднялся ещё выше. И в любом случае такие действия должен санкционировать Верховный комиссар.

— Комиссар сейчас в отпуске в Дорсете. В его отсутствие миссию возглавляю я.

— Вполне возможно, — сказал Билл, — но мне придётся направить полный отчёт на имя Верховного комиссара по его возвращении.

— Ничего другого я от тебя и не жду, Билл, — ответил Генри.

— Генри, ты точно знаешь, что делаешь?

— Абсолютно точно, — последовал немедленный ответ. — Да, и кроме того, мне нужно, чтобы ты также перевёл в стерлинги все арангские фунты, которые хранятся на счету непредвиденных расходов.

— Не думаю… — начал Билл.

— Мистер Паттерсон, полагаю, мне не нужно напоминать вам, что многие другие банки Сент-Джорджа мечтают открыть у себя счёт британского правительства.

— Я в точности выполню все ваши распоряжения, первый секретарь, — ответил управляющий банком, — но официально отмечу, что я был против.

— Это ваше право, но я хочу, чтобы вы провели эту транзакцию сегодня до закрытия банка, — распорядился Генри. — Я ясно выражаюсь?

— Яснее не бывает, — ответил Билл.

Генри добрался до столицы через четыре часа. Все улицы Сент-Джорджа опустели, и он решил, что власти уже объявили о смерти президента и ввели комендантский час. Его несколько раз останавливали на контрольно-пропускных пунктах — слава богу, на капоте развевался британский флаг, — и приказывали немедленно следовать домой. Значит, ему не придётся заезжать на ярмарку миссис Дэвидсон за чеком.