Куда ты пропала, Бернадетт? - Мария Семпл

Моего заклятого врага отправляют в психушку?! Я должна была торжествовать. Вместо этого я сидела на кушетке, и меня трясло. Все исчезло, кроме правды: Бернадетт не переезжала мне ногу. Я все это симулировала. А оползень? Бернадетт выкорчевала ежевику, в точности выполнив мою просьбу.

Прошел, наверное, целый час. Я не шевелилась. Просто тяжело дышала, глядя в пол. Жалко, что меня не снимали на камеру: можно было бы посмотреть, как выглядит женщина, внезапно осознавшая правду. Правда была такой: из-за моей лжи и преувеличений мать семейства запрут в дурдоме.

Я упала на колени. «Господи, помоги, – взмолилась я. – Скажи, что мне делать».

И на меня снизошел покой. Этот покой хранит меня вот уже месяц. Я дошла до круглосуточного супермаркета, скопировала все до единого документы в папке, включая записки, и успела убрать оригиналы в сумку Су-Линь.

Хотя в этих документах была правда, это была не вся правда. Я решила дополнить ее своими документами. Наутро я обшарила наш дом и отыскала все, какие смогла, е-мейлы и записки, касающиеся оползня и моей «травмы», и весь день раскладывала их и письма Бернадетт из папки ФБР в хронологическом порядке. Я знала, что моя дополненная история полностью оправдает Бернадетт.

Но что ей грозит? О чем договорился Элджин c психиатром? Каков их план?

В четыре часа я вернулась к Су-Линь. Линкольн и Александра были в бассейне. Кайл, разумеется, сидел, как зомби, в подвале перед компьютером и играл. Я встала перед монитором.

– Кайл! Если я хочу прочесть почту Су-Линь, что мне надо сделать?

Кайл заворчал, но пошел наверх к бельевому шкафу. Там обнаружился пыльный системный блок, гигантская клавиатура и монитор, похожий на ящик. Кайл расставил их в гостевой комнате на кровати и воткнул модем в телефонную розетку.

Загрузилась древняя версия Windows, с бирюзовым экраном – странный привет из прошлого. Кайл посмотрел на меня.

– Ты, наверно, хочешь, чтобы она не узнала?

– Это было бы лучше всего.

Кайл зашел на сайт «Майкрософта» и скачал программу, позволяющую удаленно управлять чужим компьютером. Он послал на свой компьютер пароль Су-Линь и ее ID. Затем ввел кучу цифр, перемежающихся точками, и через пару минут на экране перед нами появился рабочий стол ноутбука Су-Линь.

– Похоже, она отошла от компа, – сказал Кайл, хрустя пальцами. Он набрал что-то еще. – Написано, что ее не будет в офисе весь вечер. У тебя есть время.

Я не знала, обнять его или отшлепать, поэтому просто дала ему денег, велела дождаться Линкольна с Александрой и увести их есть пиццу. Кайл уже спускался по лестнице, когда у меня возникла идея получше.

– Кайл, ты же знаешь, что Су-Линь – админ? Как ты думаешь, а мы сможем проникнуть, например, в комп ее босса?

– То есть отца Би?

– Да, отца Би.

– Зависит от того, – сказал Кайл, – есть ли у нее доступ к его ящику. Надо проверить.

Уоррен, я не шучу: через пять минут передо мной был компьютер Элджина Брэнча. Кайл проверил его ежедневник.

– Он сейчас ужинает с братом, у тебя есть по крайней мере час.

Я как подорванная читала переписку Су-Линь, Элджина, его брата и психиатра. Нашла план интервенции, назначенной на завтрашнее утро. Хотела добавить к моему исчерпывающему рассказу копии новых документов, но не было принтера. Когда все уснули (кроме Су-Линь, которая позвонила и сказала, что не придет ночевать), Кайл открыл два аккаунта на Hotmail и научил меня, как делать нечто под названием «скриншот» и посылать его с одного аккаунта на другой… или как-то так. Я знаю только, что это сработало. Я распечатала все файлы с компьютера в том же супермаркете.

Интервенцию собирались провести в офисе доктора Неергаарда. Встревать в работу ФБР я не хотела, но не могла допустить, чтобы Бернадетт из-за моего вранья упекли в психбольницу. В девять утра я отправилась к дантисту. По дороге я по наитию поехала мимо «Стрейт-гейт».

У дома стояла полицейская машина и «субару» Су-Линь. Я припарковалась в переулке. Мимо пронеслась знакомая машина. За темными стеклами я различила Бернадетт. Я должна была передать ей папку. Но как пробраться мимо полиции?

Дыра в заборе! Ну конечно!

Пробежав по переулку, я протиснулась сквозь дыру и полезла вверх по голому склону. (Примечание: ежевика снова пошла в рост. Такие труды – и впустую!)

Пробираясь по жидкой грязи, я достигла фотинии Бернадетт. Ухватилась за ветки, подтянулась и очутилась на газоне. За домом спиной ко мне стоял полицейский. Я доползла по газону до дома. Плана у меня никакого не было. Были только я, заткнутый за пояс штанов бумажный конверт и Бог.

Я, как десантник, скользнула вверх по широкой лестнице вдоль стены дома и попала на заднее крыльцо. Все сидели в гостиной. Слышно ничего не было, по языку тела было понятно, что интервенция в разгаре. И тут кто-то прошел в дальний угол комнаты. Бернадетт. Я сбежала по лестнице. В маленьком боковом окошке на высоте около двенадцати футов зажегся свет. Участок там круто уходит вниз, так что второй этаж с задней стороны дома расположен очень высоко. Пригнувшись, я побежала к окошку.

Тут я обо что-то споткнулась. Будь я проклята, но это оказалась лестница. Лежала прямо посреди двора, словно ее положил туда сам Господь.

С этого момента я почувствовала себя неуязвимой. Знала, что Он меня хранит. Подобрала лестницу и приставила ее к стене. Без колебаний влезла по ней и забарабанила в окно.

– Бернадетт, – шепнула я, – Бернадетт.

Окно открылось, и показалось ее ошарашенное лицо.

– Одри?

– Вылезай.

– Но…

Она не знала, какое из зол выбрать: пойти со мной или быть запертой в психушке.

– Живо! – Я слезла на землю, и Бернадетт послушалась. Но сначала закрыла окно.

– Пойдем ко мне домой.

Она снова заколебалась.

– Зачем ты это делаешь?

– Потому что я христианка.

Хлюпнула рация: «Кевин, что видел?»

Мы с Бернадетт рванули по газону, волоча за собой лестницу. Съехали по глинистому склону прямо на наш задний двор. Рабочие, настилавшие полы, с удивлением наблюдали явление двух покрытых грязью существ. Я отослала их по домам.

Я отдала Бернадетт досье, к которому успела добавить свежую статью о ее архитектурной карьере, найденную Кайлом в интернете.

– Ты бы хоть сказала, что выиграла грант Мак-Артура. Я, может, не так бы тебе доставала, если бы знала, что ты гений.

Я оставила Бернадетт с документами, а сама приняла душ. Принесла ей чаю. Она читала с непроницаемым лицом, только лоб морщила. Заговорила только раз, сказав:

– А ведь я бы это сделала.

– Что?