Грязная работа - Кристофер Мур

— А-а, мясо крепкое, — прошипела она.

— Спасибо, я хожу в спортзал.

Она укусила его в шею — больно, — и Чарли сжал ей грудь и ткнулся промежностью ей в руку. Женщина закинула одну ногу ему на поясницу и резко притянула к себе.

В мошонку Чарли болезненно вонзилось что-то острое, и он попробовал отстраниться. Женщина прижала его к себе ногой еще крепче. Она была невероятно сильна.

— Новое Мясо, — сказала она.

— Не дрыгайся, а то я их вырву.

Чарли почувствовал коготь у себя на яйцах, и дыханье замерло у него в гортани. Ее лицо было в каком-то дюйме, и он взглядом поискал ее глаза, но вместо них узрел лишь обсидиановую тьму, где отражались блики уличных фонарей.

Женщина поднесла свободную руку к его носу, и у Чарли на глазах из кончиков ее пальцев, поблескивая тертым хромом, проросли когти — дюймов до трех. Она их нацелила ему в глаза; Чарли потянулся к трости, но тварь пинком отбросила его оружие, и когти возникли у него перед глазами снова.

— О нет, Мясо. Не сейчас. — Когтем она зацепила его за ноздрю. — Вогнать его тебе в мозг? Так быстрее всего, но мне быстрее не хочется. Я так долго этого ждала.

Она разжала хватку на его мошонке, и Чарли, к своему ужасу, понял, что у него все равно стоит. Тварь принялась поглаживать стояк, придерживая когтем ноздрю, чтобы Чарли не дергался.

— Я знаю, знаю — когда ты кончишь, я продену коготок тебе в ухо и дерну. Я так однажды полголовы мужику снесла. Тебе понравится. Тебе повезло — если бы послали Немайн, ты бы уже сдох.

— Курва, — удалось выдавить Чарли.

Она ласкала его все жестче и жестче, а он проклинал свое тело за такое предательство. Пытался вырваться, только нога, обернутая вокруг, сдавила его так, что стало нечем дышать.

— Ты сначала кончишь, а потом я тебя убью.

Тварь извлекла коготь у него из ноздри и поднесла к его уху.

— Удовлетвори же меня, Мясо, — произнесла она однако в тот миг, когда ее коготь проволокся по его виску, Чарли изо всех сил двинул ей под ребра обоими кулаками.

— Ебучка! — заверещала она.

Нога ее упала; тварь отбросила Чарли за пенис в сторону, отстранилась и замахнулась когтями, целя в лицо. Чарли попробовал принять удар на локоть, но тут что-то грохнуло, и кусок ее плеча разлетелся кляксой по стене, а саму ее закрутило и отшвырнуло прочь.

Пенис Чарли отпустили, и торговец метнулся подальше. Тварь отпрыгнула от стены — когтистые лапы тянулись к его лицу. Еще один выстрел — и ее вновь отшвырнуло назад. На сей раз ее развернуло к улице, и не успела она изготовиться к прыжку, как еще две пули врезались ей в грудь. Она завизжала. Вопль был такой, будто сразу подожгли тысячу разгневанных воронов.

Еще пять быстрых выстрелов прогнали ее танцевальным шагом назад. Но, отступая, тварь менялась — руки становились шире, плечи сужались. Еще два выстрела; хриплый визг ее даже отдаленно не походил на человеческий. Чарли увидел ворона — тот громадиной взмыл в ночное небо, теряя перья и разбрасывая брызги жидкости, которая, может, и была кровью, вот только черного цвета.

Чарли поднялся на ноги и доковылял до устья переулка, где по-прежнему в позе стрелка стоял инспектор Альфонс Ривера. Он целился в темное небо из 9-миллиметровой «беретты».

— Я вообще хочу знать, что это за хуйня? — спросил он.

— Вероятно, нет, — ответил Чарли.

— Завяжите пиджак на талии, — посоветовал инспектор.

Чарли опустил голову и увидел, что весь перед джинсов раскромсан, точно бритвой.

— Спасибо, — ответил он.

— Знаете, — произнес Ривера, — всего этого можно было избежать, если б вы согласились на счастливый конец, как все остальные.