Суринам - Олег Радзинский

— Да я и не думал, — удивился Эдгар. — Я астрофизик, а План построен на теории туннельной ионизации. Это квантовая физика, как раз то, чем Дези занимается в Массачусетском технологическом институте. С научной точки зрения, План — это вообще его идея.

Дези? Дези?! Мрачный шофёр, не говорящий ни слова по-английски?! Илья посмотрел на Дези и только сейчас заметил, что тот одет в шорты хаки и голубую рубашку поло, совсем не так, как одевался раньше. Дези смотрел на него своим обычным тяжёлым взглядом. Затем он моргнул, и его глаза стали другими: в них начал отражаться свет.

— О’кей. — Руди был доволен, что всё наладилось и скандала не будет. — Мы с Эдгаром пойдём посмотрим на Дилли, а вы тут поговорите о плазме и приходите к нам.

Он кивнул Илье и прошёл из комнаты в маленькую дверь в углу, куда до этого ушли Кассовский, Дилли и Алонсо. Он был очень высокий и неприятный. Илье он никогда не нравился.

— Всё не съешьте, — сказал Дези вдогонку Руди и Эдгару. Он сказал это по-английски, с американским акцентом. — Оставьте хоть что-нибудь.

Он повернулся к Илье, и они какое-то время смотрели друг на друга, словно никогда не виделись. Затем Дези подошёл к плетеному дивану и сел. Он показал рукой на кресло рядом, приглашая Илью сесть поближе. Илья покачал головой и сел там, где сидел.

— Эдгар уже извинился. — У него был мягкий культурный английский Восточного побережья США, в котором слышалась едва заметная твёрдость его родного голландского. — Считайте, что он извинился и за меня. Я — Дези Гроесбек, профессор квантовой физики в МТИ. Я не знаю, насколько вы знакомы с предметом, поэтому постараюсь объяснить всё предельно доходчиво.

— Я крайне тронут, — сказал Илья. — Уж пожалуйста, постарайтесь по-доходчивее. А то я и раньше не отличался особой сообразительностью, а после того, как на меня в джунглях набросился ваш друг Ам Баке, мне как-то особенно трудно понимать квантовую физику. Он, кстати, тоже профессор?

Дези не улыбнулся. Илья взглянул на Адри. Она сидела в кресле с поджатыми ногами и смотрела куда-то мимо всех.

— Нет, — сказал Дези. — Ам Баке — колдун, маг. Он не учёный. Он колдун.

Илья понял, что шуток не будет. Дези был серьёзный человек. Настоящий профессор.

— Основной задачей Оскара, — Дези называл Кассовского по имени, и это сразу отделяло его от Адри и Руди, — было богоискание: как вернуться к Прабогу, к первоначальному источнику энергии, частью которого были пнеумы, пока они не спустились в материальный мир. На самом деле, — сказал Дези, — все религии об этом: как вернуться к богу. Путь был всегда, просто люди не там искали. Путь был завуалирован, зашифрован метафорами религий. Но физика — конкретное знание — помогла нам понять суть за занавесью метафоры.

Первый шаг к объяснению был сделан Эдгаром: он пришёл к выводу о том, что материя — тяжёлая субстанция, а…

— Дези, — перебила его Адри, — я уже всё это рассказала, и про слайды тоже. Мы подошли к плазме. Я как раз начала говорить про плазму, когда вы приплыли.

— Очень хорошо. — Дези говорил спокойно, не торопясь, как на лекции. С ним всё было понятно, потому что он говорил по плану, который — невидимый — сразу повис в воздухе, как будто был написан на чёрной школьной доске. — Итак, плазма — это четвёртое состояние материи. Плазма — это газ, но ионизованный газ, который пропускает электрические разряды. Наша вселенная заполнена плазмой. — Он на секунду задумался: — Правильнее будет сказать, что вселенная на девяносто девять процентов состоит из плазмы.

Как всякий учёный, Дези стремился к точным определениям.

— Если мы ставим задачу вернуться к своему первоначальному состоянию — быть чистой энергией, нам нужно трансформировать себя в плазму, то есть стать одним со вселенной. Стало быть, — Дези взглянул на Илью, проверяя, понимает ли тот его, — наша задача — это ионизировать материю, из которой мы состоим. Существуют два способа ионизации, — продолжал Дези. — Первый — это классическая ионизация: электрон должен накопить энергию равную или большую, чем энергия потенциального энергетического барьера, который удерживает его внутри атома, рядом с протоном. Если он сможет накопить эту энергию, то электрон преодолеет барьер, и обычный газ станет плазмой, материалом вселенной. Обычный газ, третье состояние материи, станет одним с космосом.

Из столовой донёсся смех Дилли, а затем Руди что-то громко сказал по-голландски. Дилли снова рассмеялась — будто рассыпали речную гальку.

— Узнаёте? — спросил Дези. — Классическая ионизация — это классический путь религий. Замените накопление энергии на послушание религиозным установлениям, и вы получите свой любимый иудео-христианство-ислам: делайте то-то и войдёте в Царство Божие. Человечество старалось много веков, и ничего не получилось. То есть, — поправился Дези, — не получилось массово. Кто-то, отдельные люди, святые, возможно, накапливали энергию таким образом и уходили, но это не массовый путь. Потом люди поняли, что этика, мораль — просто символы, и стали искать суть. Они вспомнили про энергетические практики, про прямой путь накапливания энергии, чтобы преодолеть притяжение плоти. Чтобы стать лёгкими, текучими. Но и это долгий, не массовый путь. Йога не спасёт шесть миллиардов людей, — вздохнул Дези. — Они просто не станут ею заниматься.

Илья ждал. Он знал — сейчас.

— Но есть и второй способ, — теперь Дези говорил тихо, невнятно, словно о чём-то неважном, — это туннельная ионизация. Туннельная ионизация, открытая квантовой физикой.

Дези замолчал: он хотел, чтобы Илья приготовился услышать, что он сейчас скажет. Илья приготовился; неожиданно ему снова захотелось есть.

— Туннельная ионизация, — Илья заметил, что Дези предпочитает говорить законченными предложениями — привычка от тех дней, когда английский ещё не стал для него родным, — это когда свободные электроны с большим количеством энергии могут пробивать туннель в энергетическом барьере и за ними через этот туннель могут пройти другие электроны. Понимаете?

— Понимаю. — Илья кивнул. — А где взять эти свободные электроны с большим количеством энергии?

Дези улыбнулся.

— Вот для этого вы нам и нужны, — сказал он. — Вы и есть ответ на этот вопрос.

Илья не понимал. Он взглянул на Адри, потом на Дези. Что-то было не так. Они больше не улыбались. Они смотрели на него, ожидая следующего вопроса. Илья решил промолчать.

— Теперь мы подошли к Плану. — Дези встал и расправил плечи: он устал сидеть. — Об этом с вами поговорит Оскар. Я просто хотел рассказать научную сторону, а про План лучше расскажет Оскар.

Дези улыбнулся и пошёл к маленькой двери в столовую. Он остановился у выхода и поглядел на Илью.

— Я вам очень завидую, — сказал Дези. — Я редко кому завидую. Но вам завидую.

Он открыл дверь, и голоса в столовой сразу стали громче. Дези вышел.

Илья посмотрел на Адри. Она смотрела в ответ и, казалось, ждала, что он к ней подойдёт.