Пловец - Ираклий Квирикадзе

На эстраде играет джаз-оркестр.

Анна, с лисой на шее, но не в крепдешиновом платье, а в простом, с мушкой у губы, без вульгарного грима времен ограбления на даче, входит в ресторанный зал под руку с Эрвином Кристофером.

Они садятся за столик, где пьют работники Американского Красного Креста.

Удивленный Джером смотрит на Анну Шагал.

Переводит взгляд на Эрвина, тот улыбается:

– Это Анна.

С Анной здороваются, ей представляются. Она всем кивает в ответ:

– Мы знакомы.

На эстраду выходит рыжеволосая пышногрудая девица. Это Наташа Филиппова, Анна узнает свою давнишнюю подругу. Сегодня – день неожиданных встреч.

Дирижер оркестра объявляет:

– Наташа споет нам «Чатануга-чучу».

Оркестр играет музыку из фильма «Серенада солнечной долины».

Наташа поет, ловко движется по эстраде, копируя американских певцов из фильма. Оркестр ей подпевает.

Завершив пение под аплодисменты, Наташа сходит со сцены и быстро удаляется из зала.

Наташа быстро идет по красной ковровой дорожке мимо пальм, бронзовых скульптур, мимо молодых бесцветных мужчин, явно не случайно гуляющих по коридору. В глубине коридора Наташа открывает дверь. Вишневый бархат, старинная мебель, зеркала, гора пустых бутылок из-под шампанского.

– Александр Сергеевич!

Наташа вбегает в спальню, где на широкой кровати, в брюках галифе, синей майке, лежит мужчина лицом к стене.

Мужчина поворачивается. В нем мы узнаем генерала Александра Сергеевича Галахова.

– Что случилось, Наташа?

Лицо у генерала мятое, но тело – борца-тяжеловеса, собранного из тяжелых упругих мышц.

– Дорогой генерал! – Наташа смеется. – Должна вас обрадовать…

– Я тебе говорил: когда сплю, не буди меня… Что случилось?

– Анна Шагал! Внизу, в ресторане…

Галахов вскочил, подошел к вешалке, снял генеральский китель, вошел в ванную. Наташа слышит, как он с шумом выпустил из себя газы. Наташа хихикнула.

Застегивая генеральский китель, Галахов сел на стул. Поднял сапоги, дал знак Наташе помочь надеть их.

– Нализался?

– Нализался… Крепко…

Они вышли из гостиничного номера.

Оркестр играет веселую мелодию «Брызги шампанского». На паркетном полу кружатся танцующие пары. Все стараются танцевать нарочито театрально, дамы прижимаются к кавалерам, кавалеры делают резкие па, перекидывая дам с одной руки на другую.

Такие танцы входят в моду. А в «Метрополе» все на волне мировой моды.

Только одна пара, генерал Галахов и Анна Шагал, – диссонанс в раскованном, веселом танцевальном топтании. Генерал напряженно смотрит в лицо Анны:

– Очень хорошо. Очень хорошо, ты не исчезла… Очень хорошо…

Анна смотрит в сторону.

Московская квартира Анны. Утро. На подушке голова Эрвина и голова Анны.

Анна открывает глаза и смотрит на потолок, улыбается, потом просовывает руку под подушку. Достает морскую раковину, подносит к уху:

– Дзинь! Дзинь!

Эрвин открывает глаза, просовывает руку под подушку. Достает вторую раковину, подносит к уху:

– Алло!

– Попросите, пожалуйста, Эрвина Кристофера…

– Эрвин слушает…

– Это я, Анна…

Эрвин улыбается. Он не смотрит в сторону Анны, голова которой прижалась к его голове. Они говорят по «телефону».

– Вчера было так хорошо!

– В ресторане?

– В ресторане плохо. Когда пришла сюда… очень хорошо.

– Правда? Я люблю тебя!

– Ты хороший, Эрвин. Но я боюсь… генерала!

– Не бойся генерала, никого не бойся, когда я с тобой…

– Вчера я тебе все рассказала, ты так хорошо меня слушал, Эрвин, но ты не знаешь, какие это страшные люди…

В другой комнате всхлипнула девочка. Анна откинула морскую раковину, поднялась, голая пошла в другую комнату. Эрвин тоже встал. Надел рубашку, пошел за Анной. Девочка спит. Лицо спокойно. Рядом кукла.

– Это во сне, пошли…

– Я должен идти, Анна, никого не бойся…

Эрвин обнимает Анну, целует ей грудь, живот, становится на колени, целует пах…

– Иди, Эрвин…

Днем к подъезду дома Анны Шагал подъезжает машина. Из нее выходит Наташа Филиппова. Открывает заднюю дверцу машины, достает большой букет роз. Встряхивает цветы. Входит в подъезд. Звонит в дверь. Дверь открывает Анна. Наташа вручает розы растерявшейся Анне:

– Я привезла тебе цветы. Это от Александра Сергеевича!

Наташа входит в комнату, осматривается:

– Как ты живешь в этой дыре? Ай-ай-ай… Посмотри на меня…

Наташа оглядывает Анну:

– Ноги те же самые, жопа ничего, грудь тоже ничего, но кожа на лице никуда не годится, руки… Скажи своему американцу, чтобы он французский крем достал… И вообще, тебя надо купать в молоке. Будешь ходить в «Метрополь», все будет о’кей. А сейчас поехали… Генерал ждет!

– Я не могу – у меня девочка болеет…

– Что за девочка? Твоя?

– Да.

– В лагере заимела?

– Про лагерь откуда знаешь?

– Все знаю… Девочку не с кем оставить?

– Есть соседи, но они только вечером возвращаются.

– То, что с американцем водишься, это хорошо… Александр Сергеевич давно хотел с ним познакомиться. Но он какой-то тихоня. Чем он занимается? Красный Крест?

– Наташа, может, ты заберешь цветы и уйдешь?

– Нет. Цветы я не заберу. Вечером приедет машина и заберет тебя в «Метрополь».

Вечером в Большом театре поют «Чио-Чио-сан». Эрвин и Анна сидят в зрительном зале. Белотелая примадонна поет арию, которую пела Анна на выпускном концерте музыкальной школы города Зубы. Анна слушает и тихонько напевает про себя. Эрвин в темноте сжимает руку Анны. Медленно поднимает ее к своим губам и целует ей пальцы. Анна улыбается, смотрит на Эрвина и шепчет:

– Знаешь, как легко из посредственной, запуганной женщины сделать нормальную, счастливую? Надо полюбить ее.

Целует Эрвина.

Ночь, в квартире Анны Эрвин заводит электрический патефон, кладет пластинку. Вновь звучит музыка из «Чио-Чио-сан». Из комнаты, где лежит немецкая девочка Берта, раздается голос Анны:

– Надо делать укол…

Эрвин входит в соседнюю комнату.

– Она уже привыкла к твоим уколам…