Бунтарка. Клиент всегда прав? - Бенуа Дютертр

А Элиана продолжала:

– Перед вами мадам Ольга Ротербергер, самое что ни на есть холодное воплощение современного капитализма. Нет, эта особа не пытается выдать себя за художественную натуру! Она существо по-бухгалтерски рациональное. И она, будучи правой рукой своего начальника, спихнула его с места…

Менантро, не без удовольствия видя, что безжалостная немка тоже загнана в угол, обратился к ней:

– Не пугайтесь, Ольга, у нашей дорогой Элианы небольшой кризис. Она созвала нас, чтобы потребовать объяснений.

Новый генеральный директор ВСЕКАКО была не из тех, кто впадает в панику, но ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что за нелепая церемония происходит в этом битком набитом затихшем кафе.

Бунтарка продолжила обвинительную речь:

– И для полноты этого зверинца – негодяй самого низкого разбора! Тип, способный ради выгоды выдавать себя за «зеленого», обеспокоенного потеплением климата на планете, и за влюбленного, преисполненного благородных чувств. Теперь он, как видите, в кресле на колесах – несомненно, чтобы разжалобить своих кредиторов…

Барон, корчащийся на кресле, решил внести поправку:

– Нет, Элиана… Кресло – это не притворство. У меня был настоящий инсульт.

Бунтарка не слушала его:

– Итак, перед вами Сиприан де Реаль. Бывший активист крайне правой…

В глубине бара закричали:

– Позор!

Довольная произведенным эффектом, Элиана повторила:

– Активист крайне правой партии завернул на этот остров, где он мечтает поставить две сотни ветроустановок, чтобы поправить свое финансовое положение. Я лгу?

Барон пытался улыбнуться еще шире, а она, чуть ли не крича, обратилась к нему:

– Так я лгу или нет?

Обвинительница точно направила удар. Какой-то яхтсмен вскочил, приведенный в ужас представшей ему картиной – лесом ветроэлектрических мачт на вандейском острове. Глядя на Сиприана, он пронзительно свистнул в два пальца, и другие отдыхающие последовали его примеру, освистывая Сиприана и выкрикивая что-то невразумительное, а Элиана вскинула руку, скандируя:

– Нет – ветроустановкам на острове Йе!

Сидящие в зале переглядывались. Какой-то юнец в футболке с лозунгом, требующим запрета генетически модифицированных продуктов, еще колебался, опасаясь грядущего глобального потепления, однако представил себе, какой будет кошмар вблизи родительского дома после осуществления этого проекта, и присоединился к остальным, которые кричали, стуча в такт кулаками по столу:

– Нет – ветроустановкам на острове Йе!

Растерянный барон подумал, что у него нет выбора. Он поднял здоровую руку и полунасмешливо стал скандировать, как бы присоединяясь к большинству:

– Нет – ветроустановкам на острове Йе!

Когда крики стихли, он первым похвалил свою бывшую любовницу:

– Браво, Элиана, браво, моя дорогая! То, что вы тут организовали, страшно забавно!

– Ах вот как! – воскликнула Элиана. – Притворяетесь, будто вам весело. Так вот, я вам сообщаю, что вы обычный говноед.

Артюр дернул ее за руку, чтобы она успокоилась:

– Мама, прошу тебя, без грубых слов!

– Я знаю, что говорю, мой мальчик.

И, вскинув голову, она обратилась ко всем, кто был в кафе:

– Впрочем, моя программа еще не кончена. И сейчас я приглашаю вас последовать за мной, чтобы принять участие в краткой церемонии… скажем, в перформансе, который лучше, чем любые слова, продемонстрирует мою точку зрения на это общество. – И, указав пальцем по очереди на Марка, Фарида, Ольгу и Сиприана, она уточнила: – На их общество. Вы увидите, что такое подлинная смелость.

Элиана опять обратилась к Флёр и Артюру, пригласив их встать. Она указала на выход, предложив молодежи, сидевшей вокруг нее:

– Идемте, вам это будет интересно. Тут ходу минут пять, не больше.

Обладатели проколотых ушей и носов озадаченно переглядывались. Несколько человек, тех, что были ближе всего к ее столику, наконец решились, а к ним потянулись и другие из разных углов кафе. Бунтарка совершенно спокойно бросила Менантро, словно для того, чтобы он тоже решился пойти:

– Вы увидите, что это имеет некоторое отношение к Рембо.

Марк выразил полную готовность последовать за ней. Как только его бывшая сотрудница заговорила про «перформанс» и «смелость», он испугался, как бы она не задумала публично совершить самоубийство, что имело бы крайне неприятные последствия. Эта женщина – сумасшедшая, нужно помешать ей сделать непоправимую глупость. И он пошел следом за Элианой, пригласив с собой Ольгу и Фарида. К ним присоединились студенты, проводящие здесь каникулы, и несколько туземцев, которым было нечего делать. Инструктор парусной школы подхватил кресло Сиприана и покатил его по набережной Пор-Жуэнвиля в неизвестном направлении, которое было ведомо пока только бунтарке.