Поцелуй меня первым - Лотти Могач

Так ли уж важно, что он женат, размышляла я. Может, они с Кристиной «остаются в браке ради детей». Кармен, одна из подруг Тессы, которой не повезло с мужем, как-то писала ей: «Мы “остаемся в браке ради детей”, как это принято говорить». Возможно, он жертвует личным счастьем и не разводится с Кристиной по тем же соображениям? А Тессе не сказал, подозревая, что в таком случае она не станет иметь с ним дела. В Новый, 2009 год она дала себе зарок – «больше никаких женатиков».

Люди ведь разводятся, правда? Если влюбляются в других, которые не замужем?

Внезапно у меня в голове прояснилось. Я должна безотлагательно поговорить с Коннором, и чем скорее, тем лучше.

Я решила поймать его в обеденный перерыв на следующий же день, в понедельник. Я проснулась рано и, не в силах коротать время в четырех стенах, отправилась в Темпл пешком. Первый раз в жизни я ходила так далеко. К реке я дошла по дороге, которую показал Джонти, и перебралась через Тауэрский мост на северный берег Темзы. Люди в строгих костюмах, заполонив улицы, спешили по своим делам. Глядя на них, я думала: вы тоже что-то скрываете? Неужели все без исключения врут друг другу?

Я быстро дошла до Темпла и достигла своей привычной скамьи в 10:30 утра. Коннор выйдет за сандвичем через целых два с половиной часа. Тут мне пришло в голову, что больше не надо искать повода «случайно столкнуться» с ним. Можно войти в контору и попросить, чтобы его позвали. Перейдя улицу, я направилась к черной двери и нажала кнопку звонка. Ответил женский голос. Я громко и отчетливо произнесла, что мне нужно видеть Коннора Девина. Дверь с жужжанием отворилась, и я очутилась в небольшой скромной приемной. Женщина за стойкой с любопытством оглядела меня и спросила, договаривалась ли я о встрече. Я ответила, что пришла по срочному делу частного характера, и она сняла трубку телефона. У меня подгибались колени, захотелось где-нибудь присесть, но я решила оставаться на ногах. Немигающим взглядом я сверлила внутреннюю дверь, и через минуту появился Коннор.

Он недоуменно посмотрел на меня и перевел взгляд на секретаршу, будто переспрашивая «это она?». Секретарша кивнула, и он снова глянул на меня.

– Извини, мы знакомы? – осведомился он.

– Да, – ответила я, – нам надо выйти на минуту.

Коннор поморщился, но вышел на улицу следом за мной. Я отошла в сторону от входной двери и повернулась к нему.

– Извини, – снова начал он, – мы встречались?

– Да, – ответила я.

Он пытливо изучал мое лицо, явно сбитый с толку.

– Ты сестра Тобиаса?

– Нет. Я не знаю, кто это. Меня зовут Лейла. – Я вдруг поняла, что совершенно не продумала, с чего начать. – Я знаю Тессу.

Его лицо на секунду будто смягчилось, но затем он насторожился, огляделся вокруг и переступил с ноги на ногу.

– Кто ты такая?

– Я уже сказала, – проговорила я. – Подруга Тессы.

– С ней что-то случилось?

– Нет. Ну, вообще-то да. Мне нужно тебе кое-что рассказать.

С чего же начать?

– Давай присядем. – Я кивнула в сторону скамьи.

Коннор сел справа от меня. На нем были брюки в тонкую полоску. Он положил руку на колено, и только тогда я разглядела на безымянном пальце обручальное кольцо. Коннор носил его не снимая, или мне показалось, что раньше кольца не было?

– Ты читал последние новости про Адриана?

– Какого Адриана? – недоуменно спросил он. – Послушай, я понятия не имею, о чем ты. Я очень занят. Что-то случилось с Тессой?

– Адриан Дервиш. – Лицо Коннора оставалось непроницаемым. – Который якобы доводил людей до самоубийства. Тот, что организовал «онлайн-секту».

Жестом я заключила последние слова в кавычки, как это делали ведущие на телевидении.

– Ах, да, вспомнил, – откликнулся Коннор. – Ну и что?

– Видишь ли… – Я решила, что не стоит рассказывать все с самого начала, и выпалила: – Тесса умерла.

Затаив дыхание, я всматривалась в его лицо. Брови как будто немного дернулись, но больше ни одна черточка не шелохнулась на его лице.

– Что?

– Она покончила с собой.

– Когда? – приглушенно сказал он.

Мой час настал. Я повременила, осознавая, что это – поворотный момент, после которого ничто не будет, как прежде.

– Четыре месяца назад.

Коннор недоуменно взглянул на меня. Глаза его сузились, словно он улыбался, только сейчас ему было не до смеха.

– Не может быть. Вчера она прислала мне письмо.

– Ты писал не ей, – ответила я. – То есть не так. Я хочу сказать, ты писал ей, но твои письма читал другой человек. И отвечал на них тоже он. То есть я.

Коннор молча смотрел на меня в упор.

– Что за хрень ты несешь? – напряженно прошептал он. – Кто ты такая?

Его тон меня задел. Во мне поднялось возмущение, помноженное на воспоминания о его предательстве.

– Я же тебе сказала. Я друг Тессы – и уж получше, чем ты. Я знаю ее в сто раз лучше. И хрень, которую я несу, – о том, что в точности выполнила ее волю.

– Ты ее убила?

Коннор резко встал и попятился, не отрывая от меня взгляда, будто перед ним сидела бешеная собака.

– Нет! Я помогла ей! – воскликнула я, чувствуя, что вот-вот расплачусь, и умоляюще попросила: – Сядь, пожалуйста.

Коннор нерешительно опустился на скамью. Отвернувшись от меня, он немигающим взглядом смотрел прямо перед собой.

– Понимаешь, я выполняла ее просьбу. Она хотела умереть, но боялась причинить горе своим родным и друзьям, и поэтому я должна была заменить ее, чтобы она могла тихо и незаметно…

– …убить себя? – закончил Коннор.

– Да, – ответила я.

– И ты ей позволила?

– Я не могла ей ничего позволить или не позволить.

Я вкратце рассказала про Адриана и про сайт, и про проект «Тесса».

– Она сама приняла решение, – заключила я. – Она была в здравом уме. Ты не видел ее девять лет. Так что я знаю ее намного лучше, чем ты.

Несколько секунд Коннор хранил молчание, затем повернулся ко мне и, как будто его только что осенило, проговорил:

– Ты хочешь сказать, что все это время я писал не ей, а тебе?

Я кивнула и выжидающе всмотрелась в его лицо. Сейчас кажется наивным, но в тот момент во мне еще теплилась надежда, что, возможно, он обрадуется. Ведь он считал, что его любимая женщина далеко в Канаде, хотя она сидела прямо перед ним, доступная и свободная. А ведь он не знает, что я не замужем, промелькнуло у меня. Наверняка он решил, что у меня кто-то есть.

– Я… я ни с кем не встречаюсь, знаешь ли, – уточнила я. – Я свободна.