Доверие - Пенелопа Дуглас

На его губах играет едва заметная улыбка. Джейк берет грабли и начинает распределять гравий.

Я открываю водительскую дверцу, залезаю в пикап. Вдруг рядом появляется Ной и, забрав ключи, подталкивает меня к противоположному концу сиденья. Пока я двигаюсь, распахивается пассажирская дверь. Это Калеб. Мы смотрим друг другу в глаза. Он дергает подбородком, приказывая мне освободить место. Мои нервы сразу же напрягаются. Я усаживаюсь посередине, а мальчики – по бокам.

Ной заводит машину, Калеб кладет руку на спинку сиденья позади меня.

Оглянувшись на Джейка через заднее стекло, пытаюсь вернуть непринужденность, которую ощущала всего несколько минут назад.

– Надолго не пропадайте! – выкрикивает он, стягивает футболку, сует ее в задний карман и возвращается к работе. – Мне помощь понадобится!

Не произнеся ни слова, его младший сын фыркает и трогается с места. Вероятно, теперь он намерен задержаться как можно дольше.

Мы петляем по лесу, спускаемся с горы по узким дорогам. Солнце мелькает сквозь листву.

Чтобы переключить рычаг старой коробки передач, Ною приходится протягивать руку мне между колен.

А я все думаю о вчерашних словах Джейка.

Особенно этой зимой.

Сейчас они веселятся на всю катушку, потому что знают: какое-то время доступа к развлечениям не будет, но…

Если бы Джейк не отстранился прошлой ночью, мы бы не остановились.

То есть он прав, полагаю. Нам обоим одиноко, поэтому мы поддались порыву. В семье я нуждалась гораздо больше, чем в сексе и, доведи мы дело до конца, это бы усложнило ситуацию. Джейк правильно поступил, прервав происходящее.

Так ведь? Я до сих пор ощущаю вкус его шепота на своих губах. Ты красивая, и оторваться от твоего тела сейчас было больнее всего на свете.

Тру ладони, лежащие на бедрах, друг о друга, в то время как в животе порхают крошечные бабочки.

Не знаю. Утром я проснулась в отличном настроении, осознавая, что не сделала то, о чем могла бы пожалеть, однако… если это повторится, все же сомневаюсь, что инициатива остановиться будет исходить от меня.

– Ну, у вас с отцом все в порядке? – спрашивает кто-то.

Моргнув, понимаю – вопрос прозвучал слева.

Я смотрю на Ноя.

– Чего?

Почему мы должны быть не в порядке? Он что-то знает?

Стараясь не отвлекаться от дороги, парень мельком бросает взгляд в мою сторону.

– После вашей небольшой… – намекает он, – …перепалки в пикапе вчера вечером?

Мне требуется несколько секунд, прежде чем я вспоминаю наш спор. Когда Джейк пригрозил отшлепать меня.

– Он настоящая заноза в заднице, – продолжает Ной. – Серьезно. Не обращай внимания на его нотации. Я не перестаю удивляться, как у него стояк продержался достаточно времени, чтобы сделать нас.

После этого мой кузен смеется, переключившись на более высокую передачу. Ветер гуляет по салону пикапа.

Уголки моих губ приподнимаются в улыбке, и я опускаю голову в попытке ее спрятать. Прошлой ночью у него с этим не было никаких проблем.

Прикусываю нижнюю губу, сдерживаясь изо всех сил. Протянув руку, включаю приемник и ловлю городскую радиостанцию, по которой звучит Gives You Hell. Ной прибавляет громкость, Калеб опускает стекло своего окна. Я начинаю расслабляться, слушая музыку.

Зеленая листва деревьев, растущих вперемешку с хвойными, приобретает желтые оттенки. Вскоре они сменятся оранжевыми и красными тонами, а потом яростные зимние ветра оставят деревья голыми. Самый высокий пик штата уже замело снегом, но здесь воздух по-прежнему пахнет сеном и едой, приготовленной на кострах. Эти ароматы напоминают мне об опавших яблоках в «Бринморе», которые оставались перегнивать на земле. Похоже на чувство предвкушения, когда ты чего-то ждешь.

Я запрокидываю голову назад и закрываю глаза. Ной подпевает треку. Ветерок ласкает мои обнаженные руки.

Вдруг пикап резко тормозит. Мое тело по инерции летит вперед, однако я во что-то ударяюсь грудью. Поморщившись от боли, распахиваю веки. Машина выезжает на дорогу прямо перед нами.

– Ох, да ладно! – рявкает Ной, стоя на холостом ходу посреди трассы.

Автомобиль, вывернувший с подъездной дорожки, едет дальше. Водитель словно не заметил, что едва не столкнулся с нами.

Глубоко вздохнув, вспоминаю о болезненном ощущении в груди. Опускаю взгляд и вижу перед собой руку Калеба. Он перехватил меня, не позволив врезаться головой в лобовое стекло. В центре сиденья мне не досталось ремня безопасности.

Я смотрю на него. Парень хмуро наблюдает за удаляющейся машиной. Не удостоив меня взглядом, он опускает руку и снова сосредотачивается на своем телефоне.

Хм.

Ной трогается с места, а я каждые несколько секунд мельком поглядываю на его брата. Значит, он в курсе, что я существую.

Проехав по городу, мы сворачиваем влево к «Фергс Фриз». Из спикера окошка обслуживания «на ходу» раздается женский голос, пока я быстро знакомлюсь с меню.

– Чизбургер, – говорю кузену, высунувшемуся на улицу.

– Хорошо, семь чизбургеров, – заказывает он.

Семь?

Ной вновь поворачивается ко мне.

– Тебе бекон добавить?

Я киваю.

– Все с беконом, – сообщает парень кассиру. – Три… нет, четыре… больших картофеля-фри.

– Мне не нужен картофель-фри, – уточняю я.

– Я съем твою порцию. Еще четыре молочных коктейля, два ванильных, один клубничный и…

Ной оглядывается на меня через плечо.

– Тоже клубничный.

– Два клубничных, и «Колу» добавьте.

Она объявляет ему общую сумму заказа, и я откидываюсь обратно на спинку сиденья. Мы проезжаем дальше вслед за другим автомобилем, ожидая своей очереди.

Бросив взгляд на Калеба, замечаю, что он до сих пор пролистывает ленту новостей. Пытаюсь рассмотреть, чем же парень так заинтересовался, и улыбаюсь.

– Я там была, – говорю, указав на фото, мелькающие на дисплее его сотового. – Этот отель в Орегоне сделан в форме домика на дереве. Мне нравится, когда они включают подсветку. Красиво выглядит, почти волшебно.

Он молча смотрит на меня.

Вероятно, Калеб сердится из-за моего любопытства. На этой неделе я каждое утро готовила ему завтрак, который он уплетал за обе щеки, но по какой-то причине практически не попадала в поле его зрения, только если парень не был… голоден.

– Ты когда-нибудь путешествовал за пределы Колорадо? – пробую инициировать разговор.

Разумеется, Калеб не отвечает.

Пикап останавливается, слышится жизнерадостный голос: