Паприка - Ясутака Цуцуи

Тосими Конакава примчался к Ацуко домой вместе со старшим суперинтендантом Кикумурой. Его потряс рапорт инспектора Убэ, который пытался разбудить подключенную к психотерапевтической установке Тибу, но, сколько ни тряс ее, она никак не просыпалась и при этом выглядела очень странно. Когда они вошли, Косаку Токида в гостиной уплетал бутерброд и запивал его кофе. Выглядел он намного лучше, но на вопросы почти не реагировал.

В спальне перед тускло мерцавшим монитором, уткнувшись лбом в консоль прибора, спала Ацуко. Она то постанывала, то печально что-то бормотала, то тихо плакала, временами содрогаясь всем телом. С первого взгляда было ясно, что с нею не все в порядке. Конакава видел ее в таком состоянии впервые.

– Если госпожа Тиба сейчас видит сон,- показывая на экран, сказал Убэ,- то он, похоже, очень страшный. И длится… уже долго.

На экране опасно раскачивался подвесной мост через глубокое ущелье. Сталь местами потрескалась, доски настила местами провалились. Внизу, в долине текла красная река.

– Совершенная картина ада,- произнес Конакава, представляя, что, должно быть, переживает во сне Ацуко.

– Если ее тотчас не разбудить…

– Я пробовал побрызгать на лицо холодной водой. Не подействовало.

– Ну, это телячьи нежности.

– Знаете, если зажать нос, человеку станет нечем дышать и он проснется,- предложил Кикумура.

– С ума сошел! Ей только приснится, что она задыхается. Умереть не умрет, а вдруг это не пройдет бесследно? Что мы тогда будем делать? – осадил увлекшихся подчиненных Конакава.- Так нельзя! Способ выбраться из сна – в ней самой.

Кикумура не сумел скрыть удивления – это было видно по глазам.

– Неужели других способов нет? Что же тогда делать? Конакава раздвинул волосы Ацуко – МКД не было.

– Это ты снял с нее МКД? – спросил он Убэ.

– Да, часов в семь утра. Подумал, что эта штука, наверное, мешает ей проснуться. Что, не надо было трогать? – Он вынул из кармана МКД.

– Почему ты так подумал? – спросил Конакава, беря из рук Убэ маленький серебристый конус.

– Поздно ночью, когда госпожа Тиба упомянула об опасности уснуть крепким сном прямо во время проникновения, ее встревожил мой вопрос о МКД, и она умолкла. Мне кажется, она догадывалась о воздействии модуля на сон и подозревала при этом, что сон становится глубже.

– Правильный вывод,- похвалил Конакава. Вот же память у молодого инспектора Убэ – и до чего он наблюдателен! – Если даже это не так, пока на ней остается МКД, противнику проще к ней подключиться и загрузить… как ее там… глючную программу.

Разумеется, они не догадывались, что Убэ, сняв с Ацуко МКД, лишил Осаная возможности отнять у нее этот модуль.

– Точно.- Убэ достал из другого кармана еще один МКД.- Госпожа Тиба сжимала это в руке. Видимо, сняла от греха подальше. Я и подумал – пусть полежит у меня.

– Погоди.- Конакава взял с ладони Убэ МКД и присмотрелся.- Зачем для лечения Токиды ей понадобился еще один МКД?

– Она держала его про запас вот в этом ящичке.- Открыв ящичек под консолью, Убэ вскрикнул: – А! Есть! Здесь тоже есть. Шеф! Того, третьего МКД у нее раньше не было. Выходит, она отобрала во сне еще один.