Безумный спецназ - Джон Ронсон

После возвращения в Англию я, к своему облегчению, обнаружил, что за несколько месяцев до видения Пруденс всех лондонских слонов перевели в бесклеточный зоопарк Уипснейд, что расположен в сельском районе графства Бедфоршир, примерно в тридцати милях к северу от Лондона. Каким же образом «грязная» бомба будет мучить слонов в лондонском зоопарке, если их там вообще не осталось?

Меня занимал вопрос, доводилось ли министерству внутренней безопасности при Джоне Эшкрофте когда-либо объявлять генеральное предупреждение о предстоящей террористической атаке, руководствуясь сведениями, полученными от экстрасенсов. На поиски ответа я потратил несколько недель. Однако все мои звонки не принесли никаких результатов, я сдался и выкинул парапсихологов из головы.

Я не вспоминал о них вплоть до того момента, когда мне неожиданно позвонил один человек и заявил, что готов раскрыть некий секрет, — на условии, что я пообещаю сохранить его имя в тайне.

— О’кей, — сказал я.

— Вы слышали о дальновидении? — спросил он.

— Вы имеете в виду шпионов-экстрасенсов?

— Да-да, — подтвердил он. — Этим направлением опять очень заинтересовались.

— Это-то мне известно, — ответил я и рассказал ему про Эда, Пруденс, Ури и загадочного Рона. — Кстати, вы что-нибудь знаете о Роне? — затем спросил я.

— Я говорю не о тех дальновидцах, — возразил он. — Сейчас в деле участвуют новые ребята, и они применяют дальновидение совершенно иным образом.

— Вот как?

— Теперь дальновидение осуществляется за пределами офиса.

— То есть… Как-как? — не понял я.

— Я говорю: теперь дальновидение осуществляется за… пределами… офиса.

— А! О'кей. Спасибо.

Я понятия не имел, что он имеет в виду, но на увлекательный секрет это никак не походило.

— Понимаете, нет? — раздраженно спросил мой источник. — Дальновидение больше не базируется в офисе.

— М-м, — сказал я.

Очевидно, он начинал подозревать, что выбрал не того журналиста, чтобы раскрывать свой секрет.

— Не сердитесь, но я не настолько смышлен, чтобы понять ваше зашифрованное сообщение, — присовокупил я.

— А что вообще вам известно из истории дальновидения? — медленно спросил он.

— Я так понимаю, что оно базировалось в офисе.

— Вот именно.

— Но сейчас все по-другому? — спросил я, прищурив глаз.

— Господи, да что ж… Короче, если оно больше не базируется в офисе, то…

Он сделал паузу. Перед ним стоял выбор: либо продолжать раскрывать свой секрет в туманном ключе — и этот метод явно действовал нам обоим на нервы, — либо выложить все открытым текстом.

— Экстрасенсы-убийцы! — объявил он. — Не слабо, да? В общем, сейчас готовят убийц для «черных операций». Парни из Форт-Брэгга будут в полевых условиях отслеживать и ликвидировать террористов. Вот их и учат, как стать такими экстрасенсами. Раньше разведка опиралась на агентурные и технические службы, однако времена меняются. Разведданные слишком часто оказываются некондиционными. Вот они и решили вернуться к силе мысли.

— И как эта система работает? — спросил я.

— Мы выбрасываем спецоператора где-нибудь в джунглях, — ответил он. — Или в пустыне. Или на границе. Допустим, нам известно, что до целевого объекта не больше нескольких миль, но мы не знаем его точные координаты. Что делать? Поджидать разведывательные самолеты? Или надеяться, что какой-нибудь заключенный расколется на допросах? Понятное дело, мы занимаемся такими проблемами, но теперь у нас есть возможность подкрепить эту деятельность силой мысли.

— То есть, — сказал я, — убийцы в ожидании разведданных паранормальным образом выясняют местонахождение цели и немедленно начинают ее выслеживать?

— Именно. Сейчас сила человеческого разума полным ходом возвращается в Форт-Брэгг.

15 июля 2004 года

Сегодня прорезался Гай Савелли. Он возбужден, и я подозреваю, что произошли некие радикальные подвижки в его предстоящей контралькаидовской операции по ловле на паранормального живца. Когда мы с ним общались последний раз, он был погребен под лавиной телефонных звонков от юных энтузиастов боевых единоборств из стран «оси зла», которые желали узнать, как убивают козлов путем пристального разглядывания. С тех пор Гай все ждал, когда наконец ему дадут «добро», чтобы он смог начать обучать террористов смертельному взгляду, одновременно с этим выступая шпионом от имени разведслужб, — а команда все не поступала.

Я предположил, что он хочет рассказать о последних новостях в этом деле, однако он заявил, что произошло нечто иное, нечто из ряда вон выходящее. Ему позвонили из Форт-Брэгга. Не мог бы он прибыть «немедленно» и продемонстрировать свои способности новому командующему, который «видит духовную сторону явлений»?

— Я отправляюсь в ближайший уик-энд, — говорит Гай.

— Какое-нибудь животное берете с собой? — спрашиваю я.

— Ну да. Они хотят, чтобы я захватил с собой какое-нибудь животное.

— Козла?

— Мои ресурсы ограничены.

— Хомячка?

— Не важно, — говорит Гай. — Могу лишь сказать, что в операции в той или иной форме примут участие животные.

— В форме ма-аленького зверька, которого можно легко и дешево купить? — предполагаю я.

— Верно, — подтверждает Гай.

— Стало быть, хомячок, — заявляю я.

Молчание.

— Да, — наконец говорит Гай. — Я везу туда хомячка, чтобы у них глаза на лоб вылезли.

Тут он произносит что-то неразборчивое в сторону.

— Это они! — затем сообщает Гай возбужденно. — Ждут на другой линии! Я потом перезвоню.

— Гай! — кричу я в трубку. — Спросите их, а можно я тоже приеду?

19 июля 2004 года

Вот уже четыре дня от Гая нет вестей. Я отправляю ему электронное письмо с вопросом, были ли какие-то подвижки, и наконец он перезванивает.

— Похоже, лед тронулся.

— Вы уже возили хомячка в Форт-Брэгг?

— Дело не только в хомячке, — отвечает Гай. — Меня хотят засекретить. Перевести на более глубокое военное положение.

— Как-как? — переспрашиваю я.

— В смысле, они хотят чтобы я поездил по разным местам. На Ближнем Востоке, между прочим.

Я прошу Гая просветить меня подробнее, что он и делает.

После того как Джим Чаннон разработал «Полевой устав Первого Земного батальона», командование предложило ему создать настоящее подразделение из Боевых Монахов, которые в случае необходимости путешествовали бы по миру, применяя свои сверхъестественные способности. Джим отказался, поскольку был достаточно рациональным человеком, чтобы понимать, что прохождение сквозь стены и тому подобные феномены могут хорошо выглядеть на бумаге, но в реальной жизни такие навыки приобрести ох как нелегко.