Скука, или Любовь до гроба - Андрей Райдер

– Ну хорошо. Вопрос только сначала, – хитровато посмотрела на Дарью Ксения. – Как, на твой взгляд, зовут самых опасных, самых коварных, самых подлых тварей, которые запросто могут разрушить всю твою жизнь?

– Ну… не знаю даже, – замялась та.

– Да просто все на самом деле. Этих тварей зовут «лучшие подружки».

– Ха! Ну ты даешь!

– Точно, точно! И не сомневайся. С них-то у меня все и началось. С трех моих закадычных подружек.

– И как?

– В один прекрасный день, во время нашего очередного чаепития, мне по секрету было сообщено про любовницу моего мужа. Мол, из самых лучших дружеских намерений меня желают предупредить. Переживают, волнуются, сочувствуют и поэтому хотят помочь.

– Ох уж эти подружки, – усмехнулась Дарья.

– Не говори. А я в то время была настоящей идеалисткой. Верила в то, что единственная, и что муж мой просто идеал. В общем, ох, ах, хотелось думать, что это ошибка.

– Все мы сказки любим.

– Это точно. Вот и решила я проверить. Проблем с этим сейчас никаких, и через одну знакомую наняла я сыскное агентство. И что ты думаешь? Через месяц сказка оказалась фильмом секс-ужасов. Для меня в тот момент, как понимаешь. Оказалось, что, кроме постоянной любовницы, мой муженек еще содержит двух студенток. Парочку лесбиянок в качестве хобби, и примерно раз в неделю они устраивают любовь на троих. То есть я в этом гареме четвертая, главная, так сказать, жена.

– Неплохо устроился, поганец!

– Ага. И учинила я ему грандиозную разборку.

– Повинился?

– Куда там! Глазом не моргнул.

– Вот пес!

– Да все, говорит, так живут, не парься, родная. Говно, мол, вопрос.

– Охренеть!

– А если, говорит, не веришь, пусть твое же агентство это и подтвердит.

– И как ты?

– Проверила. Из всей нашей кампании выбрала две самые любящие пары. Мужики – лапушки, жены – зайки.

– И что?

– П…ц полный. Лапушки оказались погаными кобелями. Не поверишь. Один из них едет с семьей отдыхать на Бали. Любимая женушка, счастливые детишки, колясочка в парке, куличики из пляжного песочка, семейные вечера на закате… А днем – любовница, живущая в соседнем отеле и привезенная одновременно с семьей.

– Вот ублюдок!

– А мой муж считал, что фигня. Гарем, говорит, типичная русская тема. Их не содержат только те, у кого проблемы со здоровьем или деньгами.

– И что ты в ответ?

– Условие поставила. Или я единственная, или гарем без меня.

– А он?

– Выбрал второе.

– Н-да, – почесав затылок, возмущенно сморщилась Дарья.

– И в принципе я, конечно, понимала, на что иду. Ясно было, что ни на какие «единственные» он не согласится. Но понимаешь, в чем дело… В процессе всех этих разборок, а они длились полгода, я поняла, что и он-то мне надоел уже. Видно, правило семи лет сработало. Не только же мужикам свежего в жизни хочется. А поэтому вопрос так специально поставила, чтобы как бы именно он стал виной развода. В результате мне многое досталось, квартира эта, в том числе. На совесть его надавила.

– Ну ты даешь! Лиса, и только!

– А что? Коли у них такие нормы в жизни, что церемониться… А дальше еще интересней стало. Теперь уже с подружками.

– Ой, как интересно!

– Еще бы! Слушай дальше. Только в обморок не падай. Закусила я удила. Копаю глубже. Азарт у меня появился. Прошлое стала ворошить.

– И что?

– Удивишься… Выяснилось, что из трех моих лучших подружек две с моим мужем тоже раньше трахались.

– Вот это да-а. Ну и сучки!

– Не говори. И вложила мне его изначально одна из них. Из зависти, думаю. Муж мой с ней перестал встречаться, другую любовницу завел. Отомстила ему, мол, так, а на самом деле мне нагадила по полной. Жила бы я себе, ничего не ведала и счастлива была.

– Вот гадюшник, так гадюшник.

– Это точно, – криво усмехнулась Ксения. – Никогда не надо обсуждать с подружками свою личную жизнь. Сама, наверное, знаешь. Рассказывая им, как ты счастлива, всегда вызываешь только одно чувство – зависть. А зависть – это всегда желание нагадить. И ковыряться в интимной жизни мужа тоже не надо, выискивать там что-то. Ничего хорошего ты там точно не наковыряешь. Нормально все у тебя, счастлива и радуйся. В общем, выяснила я все это и задумалась в итоге. Полгода, считай, размышляла – страдала. И тут на одной тусовке муженек одной из тех двух подружек глазки мне строить начинает.

– «Какою мерою мерите, той и вам отмеряется», – покачала головой Дарья.

– Это точно. Не мы придумали, не нам и отменять, – вновь усмехнулась Ксения. – И мелькнула у меня мысль. А что если и мне так начать жить? Завести себе мужской гарем. Причем преимущественно из женатых мужиков. И относиться к ним так же. Сортировать, использовать, отлучать от тела за вину или наоборот, премировать. В общем, точно так же, как и они, но в другие ворота.

– А почему женатых-то?

– Так ими манипулировать проще – это раз, и рисков меньше – это два.

– Почему?

– Ну как? Запалиться боятся, на деньги щедрее, наезжать насчет измены права не имеют, насчет здоровья опасений меньше. И потом, ворованное всегда слаще. Одни плюсы.

– Но ты же тогда, вроде, чужие семьи рушишь.

– Не рушу, а укрепляю. Я-то их ни у кого отбивать не собираюсь. Даром не надо. А проблему с сексом мужик с моей помощью полностью решает. Я наоборот их всех уговариваю семьи не рушить. Просто становлюсь еще одной женой. Причем не просто женой, а любимой женой.

– Ну ты даешь!

– А что? Только я жена не для хозяйства, детей и формальных выходов, а для любви. Потому как по мне – стоит на тебя у мужика – значит, любит, а не стоит – значит, нет.

– Вот так все просто? – скептически усмехнулась Дарья.

– Так это ж природа! Сложным все люди делают. Чего только любовью не называют. Каких только любовей не придумывают. Что только этим словом не оправдывают. А в природе-то все однозначно: любовь – это секс… – молча слушая Ксению, Дарья не стала с ней спорить. Похоже, ее взгляд на отношения был еще почище, чем у Андрея. – Вот и набрался у меня в результате гарем, – упоенно продолжала та. – Кто-то сам ко мне подкатил, а кого-то я в свои сети заманила. А потом друзья друзей пошли, случайных людей нет. Ну а Москва, сама понимаешь, город маленький.

– А те двое мужиков, мужья твоих подружек? Соблазнила их?

– Конечно! Из принципа. Потом, правда, отставила обоих со временем. Слабоватые любовники оказались оба. Мне ведь абы кто не нужен, я девушка требовательная.