Insomnia, или Поиски Механической Вороны - Марина Клингенберг

Должно быть, я отрубилась прямо в коридоре, причем в обнимку с коробкой писем, потому что когда проснулась, в щеку мне упирался жесткий картонный угол, а над головой раздавались голоса. Тиран и Светополь беседовали между собой. Сама эта ситуация – я на полу, рядом разговаривают о моей скромной персоне – ужасно что-то напоминала, и поскольку некоторое время я пыталась понять, что именно, то вслушиваться в разговор стала далеко не сразу.

– Неважно, – услышала я Светополя, начиная, наконец, вникать в беседу. – Главное то, что этого не должно повториться.

– Но это повторится, – голос Тирана звучал, как всегда, мрачно и резко. – Прошло уже достаточно времени.

– Хорошо. Тогда возьми и выкини ее отсюда. Прямо сейчас. Ну?

Впору было бы обидеться, но в голосе Светополя слышалась усмешка. Он заранее знал ответ.

– Нет.

– Вот именно, нет. Так что вывод напрашивается сам собой. Кто бы мог подумать, что все так получится, да? – Светополь хихикнул. – Уму непостижимо. Ну ладно… Ох, бедная Проволока.

– Раньше ты так не считал.

– Это другая Проволока. Понимаешь разницу?

Светополь присел рядом со мной и легонько коснулся моего плеча. Я попыталась приподняться.

– Очнулась! Ты как? Тиран, отнеси ее в комнату.

Немало удивив меня, Тиран послушно подхватил мое обмякшее тело и отнес в мою комнату, где вполне аккуратно положил на кровать. Но я все равно поморщилась от боли и попыталась было закатать джинсы, однако Светополь со словами «чего мы там не видели» просто стянул их с меня. Как я и предполагала, обе коленки были разбиты вдрызг.

– Я… – язык слушался плохо, в голове царил полный сумбур, но я вопреки всему пыталась объяснить: – Я вышла… Письма… А там… Вопль… Муфлон…

– Конечно, Муфлон, – Светополь ласково погладил меня по голове, заставив почувствовать себя умалишенной, с которой лучше во всем соглашаться. – Больше не выходи. Подожди, я сейчас.

Он вышел из комнаты. Тиран остался. Он сидел, сложив руки на груди, глядел на меня и сильно хмурился. Его разговор со Светополем подтвердил мое предположение, что они общались по крайней мере на равных, но это совсем не значило, что Тиран на самом деле мягче, чем кажется.

И все-таки я нашла в себе храбрость спросить:

– Что произошло?

Тиран в ответ только передернул плечами, ясно показывая, что вопрос глупее некуда. Я немного смутилась. Действительно, нашла, о чем спрашивать. Сама грохнулась, сама начала плести бог знает что о каком-то там Муфлоне и сама же интересуюсь, в чем, собственно, дело.

Вернулся Светополь, неся в руках бинты и бутылку с прозрачной жидкостью, на которую, прежде чем пустить ее в ход, бросил такой неуверенный взгляд, что я поторопилась прочитать надпись на этикетке, а то, не ровен час, мои раны промоют чем-нибудь непотребным. Но нет, это оказалась обычная перекись водорода.

– Ага! – Светополь перехватил мой взгляд и удовлетворенно кивнул. – Значит, все правильно.

Он присел на край кровати и принялся аккуратно обрабатывать мои расшибленные колени. Действовал он ловко, но все равно чувствовалось, что для него это дело совсем не привычное. Я в очередной раз подметила, что они с Тираном как с другой планеты свалились и, насмотревшись по телевизору, как ведут себя земляне, пытались повторить увиденное.

– Ты, главное, не волнуйся, – Светополь закончил священнодействовать над моими ушибами и, как следует закрепив бинт, заботливо прикрыл меня одеялом. – Пока ты с нами, тебе ничто не угрожает.

Тиран недоверчиво хмыкнул. Я это поняла так, что лично он меня особо оберегать не собирается.

– Главное, больше не выходи за порог одна, – продолжал Светополь.

– Значит, вы знаете, что произошло? – осторожно поинтересовалась я.

– Мы? – Светополь несказанно удивился. – Что мы? Ты ведь сама сказала – Муфлон.

Было очень странно слышать, как кто-то говорит о Муфлоне не как о моем видении, вызванном незнамо чем, но как о реально существующем создании. Я растерялась.

– Вы знаете о Муфлоне?

– Что за идиотский вопрос, – бросил Тиран.

– Вопрос действительно неумный, – улыбнулся Светополь. – Конечно, знаем. Ведь ты сама сказала.

– То есть вы просто принимаете на веру все, что я говорю? – уточнила я.

– Нет, почему? Мы принимаем на веру все, что видят люди, потому что это, как ни крути, правда. Человек не может увидеть что-либо несуществующее, понимаешь? В тот момент, когда он видит, это уже существует. Нельзя увидеть что-то из ниоткуда.