Исповедь недоумка - Филип Киндред Дик

— Да, ей нравится тут. Но если будет нужно, она откажется от дома. Я думаю, что такой момент наступит очень скоро. Вряд ли Фэй по силам содержать особняк тем более что Чарли не оставил ей денег. В каком-то смысле речь идет не о банкротстве, а о поддержании социального статуса, к которому она привыкла.

Поднявшись с кресла, Энтайл зашагал по гостиной.

— Я понимаю тебя, Джек. В таком доме действительно хочется жить. Но для его содержания требуется большое состояние. Ты должен быть готов к ежемесячным выплатам огромных сумм. Относительно бедный человек может стать заложником дома и положить всю жизнь на оплату счетов и страховок. Лично я не хотел бы оказаться в таком положении. Надеюсь, что этого не произойдет.

Казалось, что он вел не диалог, а монолог и просто излагал вслух свои мысли.

— Вы с Фэй решили пожениться? спросил я.

Натан кивнул.

— Только сначала мне нужно оформить развод с Гвен. Если мы с Фэй зарегистрируем брак в Мексике, нам не придется пережидать положенный срок траура.

— Чарли почти не оставил ей денег. Ты не собираешься переходить на полный рабочий день, чтобы содержать Фэй и девочек?

— Детей поддержит опекунский фонд. А Фэй хватит доходов от завода и ее собственности во Флориде. Во всяком случае в долги она не влезет.

— Знаешь, Нат, я не хочу отказываться от своей доли. Мне нравится жить в этом доме.

— Не сходи с ума, повернувшись ко мне, заявил Энтайл. Бог мой, здесь три ванные и четыре спальные комнаты. Неужели ты хочешь жить один в огромном особняке? Его строили для семьи в пять-шесть человек. Тебе сгодится комната в каком-нибудь меблированном доме.

Я не знал, что ответить.

— Ты здесь спятишь, продолжил Натан. Все время один и один. Когда Чарли попал в госпиталь, Фэй едва не свихнулась от одиночества. А ведь с ней были девочки.

— И ты, добавил я.

Он не стал комментировать мое замечание.

— Видишь ли, Натан, я должен остаться здесь.

— Почему?

— Потому что это мой долг.

— Долг? Перед кем?

— Перед ним, не подумав, ответил я.

Слова сами вырвались изо рта, и он без труда догадался, о ком я говорил.

— Ты хочешь сказать, что чувствуешь себя обязанным Чарли? За то, что он оставил тебе половину дома? И поэтому ты вынужден жить здесь?

— Не совсем так.

Я не хотел говорить ему о своем тайном знании. О том, что Чарли по-прежнему жил в особняке.

— Джек, на самом деле не важно, долг это или не долг. Ты не можешь оплачивать счета. У тебя просто нет выбора. Ты должен отказаться от своей половины дома. Есть только два варианта: либо ты продашь ее и получишь какие-то деньги, либо все потеряешь и влезешь в долги. Приняв от нас тысячу долларов, ты прекрасно устроишься в городе. Мы будем посылать тебе ежемесячные переводы. Ты снимешь комнату, купишь стильную одежду, будешь питаться в хороших ресторанах. Прогулки по вечерам! Веселье с друзьями! Разве это плохо? И еще ты можешь использовать деньги, оставленные тебе для психиатрического лечения. Пройдешь курс терапии, станешь здоровым и умным парнем. Оцени перспективы!

Фразу «Оцени перспективы!» он позаимствовал у моей сестры. Интересно наблюдать, как словарный запас одного человека передается другим. Каждый, кто общался с Фэй, в конечном счете начинал повторять «Бог мой!» и «за всю свою жизнь». Не говоря уже о ругани.

— Мне не хочется покидать этот дом, ответил я.

И тут мне вспомнилось нечто, о чем я едва не забыл.

Смешно сказать, но Нат Энтайл вообще не знал об этом. И даже если бы знал, то не смог бы принять как весомый довод. В конце апреля наступал конец света. Глупо было заботиться о том, что случится дальше. Мне требовалось продержаться здесь около месяца не вечность, а определенное количество дней. И потом никто уже не будет приставать ко мне с разговорами о счетах за электричество и на содержание дома.

—

Я сказал Натану, что еще не принял окончательного решения. Мне действительно нужно было обдумать его. Энтайл уехал, а я просидел в гостиной почти всю ночь, размышляя над ситуацией.

Наконец, около четырех часов утра, решение сложилось окончательно. Я ушел в студию, лег в кровать и заснул. Этот сон был нужен мне. Он освежил мой разум и наполнил меня новыми силами. Проснувшись в восемь часов, я принял душ, побрился, оделся, съел хлопья с сорокапроцентным содержанием отрубей, затем полакомился тостом и джемом. Все это стоило недорого. Выйдя на дорогу, я поймал попутку и добрался до Инвернес-Вай. Там находилось одно заведение, в котором мне могли бы предложить чудесную работу. Я имею в виду ветеринарную лечебницу не ту, где лечат больных собак и кошек, как в городе, а ту, где оказывают помощь овцам, лошадям и крупному рогатому скоту. Это была ветлечебница для сельской местности. И поскольку я однажды работал в подобном месте, мне казалось, что у меня имелись неплохие шансы на трудоустройство.

Однако после беседы с ветеринаром я понял, что лечебница была семейным бизнесом. Персонал состоял из доктора, его жены, отца и десятилетнего сына. Мальчик кормил и поил животных, а также ухаживал за ними. Именно на эту работу я и хотел устроиться. Мне пришлось возвращаться обратно в Дрейкз-Лендинг. Видит Бог, я старался использовать каждую возможность.

Придя домой в двенадцать тридцать, я позвонил Энтайлу. Трубку подняла Фэй. Очевидно, Нат был на работе или что-то делал по дому.

— Решение принято, сказал я сестре.

— Бог мой! ответила она.

— Я отдам тебе свою половину дома за тысячу долларов и ежемесячные выплаты. Но ты должна позволить мне пожить здесь весь апрель. И еще разреши мне использовать мебель, еду и удобства…

— Ладно, договорились, сказала Фэй. Только слушай, ослиная задница! Даже пальцем не притрагивайся к стейкам в холодильнике. Ни к ребрышкам, ни к филе, ни к нью-йоркским вырезкам. Они, между прочим, стоят по сорок долларов за штуку.

— Хорошо. Стейки не трону. Но все остальные продукты, которые я найду, будут считаться моими. И я хочу получить тысячу долларов сейчас. Максимум через день или два. Кроме того, давай договоримся так, что я не буду платить по счетам за этот месяц.

— Хрен с тобой. Джек! Нам нужны вещи. Детские, мои миллионы вещей. Я не хочу перевозить их туда и обратно. Зачем тебе торчать там целый месяц? Может, ты уберешься куда-нибудь? Поживешь у этих чокнутых Хэмбро или уедешь в Сан-Франциско?

Ах, сестра, сестра! Даже согласившись с моими условиями, она пыталась выгнать меня из дома. Я понял, что по-хорошему нам с ней не договориться.

— Передай Натану, что я готов отдать вам свою долю. При условии, если вы разрешите мне пожить здесь в течение месяца. Детали сделки я буду обговаривать с Энтайлом. Ты слишком ненаучная особа.