Кто ты, Гертруда? - Лиза Ахси

Закат был великолепен. Эл опять вдохновенно писала море. Время от времени она заплывала, чтобы освежиться, вбирая с каждой каплей силу моря, и с нетерпением, возвращалась к картинам. Так прошла пара часов. Легкий ветерок, возникший из ниоткуда, охладил Эл и вернул в реальность. Она с упоительным чувством удовлетворения своей работой, засобиралась домой.

Дома она достала фикс для пастели, так любезно оставленный Ричардом, и уверенными движениями уже сама, закрепила образы моря, на работах.

«Нужны рамки», – подумала Эл, оглядев очередной внушительный ковер, из новых работ, – «вроде Ричард говорил, что заказал еще рамки у Алекса. Все-таки он милый. Даже не милый, нет, он странный, хотя почему странный? Человек проявляет интерес ко мне, и помогает решать мои проблемы. Человек или мужчина? Наверное, и тот, и другой. С одной стороны, его попросила бабушка “помочь мне”, с другой, ему трудно бороться со своей природой, раз уж он “местный ловелас”, как сказала о нем Зоя. Только я совсем не настроена сейчас на “новые отношения”, мне бы со старыми разобраться».

Эл взяла со стола телефон и набрала сына.

– Фасоль! – услышала она любимый голосок, на другом конце.

– Привет, фасоль, могу я услышать черепаху? – пошутила в ответ Эл.

– Черепахи нет, есть фасоль.

– Как поживаешь, моя любимая фасоль?

– Нормально, а ты как?

– Хорошо, только ужасно соскучилась по тебе.

– Я тоже. Тут папа просил, дать ему трубку, когда ты позвонишь.

Эл молчала, она не знала, что ответить сыну.

– Мам?

– Да-да, я слушаю. Он рядом?

– В том-то и дело, что нет.

– Тогда передай ему, что у меня все хорошо. Работаю. Пусть не волнуется, и ты тоже.

– Ладно.

– Ну, беги, слышу, как галдят дети вокруг.

– Да, мы тут на даче.

– Целую тебя, сынок!

– Пока, мам!

– Я сама тебе позвоню.

– Хорошо.

Сын первый прервал разговор. Какое-то время, Эл еще слушала гудки в трубке. Она думала о том, правильно ли она поступает с мужем? Может, ей надо было давно позвонить Николаю. И что? Ей по-прежнему нечего было ему сказать. Ее мысли прервал стук в дверь.

– Зоя, Гертруда!

Это был Лев. Его Эл точно сейчас не ждала. На какое-то мгновение, она подумала, что можно затаиться, и сделать вид, что никого нет дома. Она постояла несколько секунд, но потом все-таки решила открыть ему.

– Привет, – сказал Лев, когда увидел Эл.

– Привет, – ответила Эл, – проходи.

Они прошли на кухню. Эл включила свет, только сейчас она заметила, как уже было сумрачно в доме.

– Что-нибудь будешь? – любезно спросила она.

– Нет, спасибо. Я что зашел, мы завтра уезжаем.

– Как уже?

– Да, молодожены заскучали, хотят еще куда-нибудь проехать по побережью, но в Лермонтово мы уже не вернемся.

– Яснопонятно, – ответила Эл.

– Его словечко, – Лев попытался съязвить, но Эл как будто этого не заметила.

– Угу.

Они молчали.

– Может с нами?

– Что?! – Эл была неподдельно удивлена, – спасибо, нет!

Она рассмеялась, на миг, представив себе новую, совместную поездку с этой компанией. У нее остались смешанные воспоминания о их встрече, поездке и прибытии в Лермонтово. С одной стороны, ей было неловко вспоминать, при каких обстоятельствах они познакомились, и в каком «образе» они ее застали. С другой стороны, благодаря им, Эл познакомилась с бабой Гертрудой, а потом и с Ричардом. Эл не сомневалась, что встречу с Ричардом, наворожила именно Гертруда. И не появись в ее жизни Ричард, Эл даже представить себе не могла, что бы она сейчас делала, и где и в каком состоянии сейчас находилась. А так у нее появилась мечта. Теперь и Эл хотела поскорее устроить вернисаж своих работ. Ей хотелось увидеть реакцию людей. А если вернисаж даст возможность заработать, так и вовсе замечательно! Нет, если бы не Ричард, Эл терялась в догадках о своем нынешнем положении. Ей опять стало страшно. Она опять окунулась в одиночество и не востребованность. Такое чувство она испытала незадолго до поездки, когда в очередную минуту уныния и тоски, зашла на сайт программы «Жди меня», и убедилась, что никто ее не разыскивает. Никто.

– Я и не ждал, что ты согласишься, – Лев попытался изобразить улыбку на лице, – может быть, тогда телефонами обменяемся?

– Зачем?

– Ну, как-нибудь встретимся в Москве, повспоминаем нашу поездку.

– Лев, ты серьезно считаешь, что нам есть, что вспоминать? – Эл была обескуражена.

– Я тебя, Гертруда, точно не забуду. Таких людей, как ты, я раньше не встречал.

– Да ладно, перестань, что во мне такого?

– Не знаю, ты не похожа ни на кого, из тех, с кем я общаюсь, но мне с тобой очень интересно.

– Ты, хороший парень, Лев, именно поэтому, я уберегу тебя от себя. Ты ничего не знаешь, ни обо мне, не о моей жизни, ни о моих проблемах. Я допускаю, что я для тебя, как «невиданна зверушка», но в твоих же интересах держаться от меня подальше.

– Почему ты решаешь за меня?

– Потому что я старше и мудрее, ладно, опытнее.

– Я хочу попробовать.

– Что значит «попробовать»? Мы не в игрушки играем, и, Лёвушка, прояви свою настойчивость, в чем-нибудь другом, тебе же лучше будет.

– Не называй меня Лёвушка.

– Как скажешь.

– Что ты скажешь?

– А что ты хочешь услышать, кроме того, что я уже сказала?

– Мне не хочется «прощаться» с тобой, зная, что я никогда тебя больше не увижу.

– Что так?

Лев молчал.

– Нет-нет, не хочешь же ты сказать, что влюбился в меня?!

– А если так?

– Напрасно, если так. У нас нет, и не может быть будущего, понимаешь?

– Не понимаю.

– Лев, у меня такое чувство, что ты бредишь или издеваешься сейчас.

– Я не издеваюсь.

– Значит – это бред. Тогда давай, бредить вместе и вслух, чтобы ты понял, что говорим мы сейчас на тему лишнюю, и бредовую изначально. Мне тоже было с тобой не противно общаться. И плохого ты мне ничего не сделал, скорее, помог, поэтому я хочу помочь тебе. Помочь избавиться от этой навязчивой идеи, навеянной морем, солнцем, скукой, молодоженами или чем-то еще. У нас неслабая разница в возрасте, мы из разных социальных слоев, у меня куча проблем была, а теперь станет еще больше, после развода. Видишь, я уже открываю тебе «белые страницы» своей истории, только бы убедить тебя отказаться от твоей затеи.