Ящер страсти из бухты грусти - Кристофер Мур

Гейб и Вэл следили за ритуалом со своего наблюдательного поста у китайского бильярда. Вэл держалась настороже – дожидалась мига, когда можно будет подойти к стойке и спросить, не звонил ли Тео. Гейб же, как обычно, был социально неуклюж.

Мэвис вернулась на исходную позицию у кофейника, предположительно избежав лап смерти, и окликнула парочку:

– А вы двое выпить чего хотите или просто на витрину глазеете?

Гейб подвел Вэл к стойке.

– Два кофе, пожалуйста.

Он быстро взглянул на Вэл, рассчитывая на одобрение, но та не сводила глаз с Сомика, сидевшего напротив Мэвис в конце стойки. Чуть дальше устроился еще кто-то – невероятно костлявый субъект с такой бледной кожей, что та казалась полупрозрачной в дыму от сигареты Мэвис.

– Здравствуйте, э-э... мистер Сом, – сказала Вэл.

Сомик, буравивший взглядом рюмашку с бурбоном, поднял голову и натянул улыбку на лицо, в котором сквозила виноватая скорбь.

– Моя фамилия Джефферсон, – ответил он. – А зовут меня Сомиком.

– Извините.

Мэвис взяла на заметку новую парочку. Гейба она узнала, он частенько заходил с Теофилусом Кроу, а вот женщина – лицо для нее новое. Она поставила кружки перед Гейбом и Вэл.

– Мэвис Сэнд, – представилась она, но руки не протянула. Уже много лет она не здоровалась ни с кем за руку, поскольку от рукопожатий у нее разыгрывался артрит. Теперь же, с новыми титановыми суставами и тягами, она просто боялась расплющить нежные фаланги пальцев своей клиентуры.

– Прошу прощения, – отозвался Гейб. – Мэвис, это доктор Вэлери Риордан. У нее здесь в городе психиатрическая практика.

Мэвис отступила на шаг, и Вэл заметила, как фокусируется аппарат в ее глазу: когда на него попал свет от бильярдного стола, глаз вспыхнул красным огоньком.

– Польщена, – промолвила Мэвис. – Вы знакомы с Говардом Филлипсом? – И она кивнула в сторону долговязого дистрофика, сидевшего в углу.

– Это Г.Ф., – подсказал Гейб. – Из кафе “Г. Ф.”.

Говарду Филлипсу могло быть и сорок, и шестьдесят, и семьдесят: судя по живости его лица, он вообще мог бы умереть молодым. На нем был черный костюм девятнадцатого века, вплоть до башмаков с пряжками, и он сосал из стакана крепкий портер “Гиннесс”, хотя, похоже, вот уже много месяцев не потреблял вообще никаких калорий.

Вэл вымолвила:

– Мы только что из вашего ресторана. Очень славное местечко.

Не меняясь в лице, Говард произнес:

– Как психиатра вас беспокоит, что Юнг симпатизировал нацистам? – Говорил он с невыразительным британским аристократическим акцентом, и Вэл смутно показалось, что на нее плюнули.

– Просто солнечный зайчик – наш Говард, – вмешалась Мэвис. – Похож на смерть, правда?

Говард прочистил горло:

– Мэвис может смеяться над смертью, поскольку все ее смертные части уже заменены механическими.

Мэвис заговорщицки склонилась к Гейбу и Вэл, точно хотела поведать им секрет, хотя голос при этом повысила – чтобы Говарду было слышно:

– Он у нас уже десять лет так чудит – и практически не просыхает.

– Я надеялся привить себе вкус к настойке опия, в традиции Байрона и Шелли, – ответил тот. – Но доставать это вещество, мягко говоря, – непросто.

– Да, тот месяц, когда ты пил “найквил” со льдом, тебе тоже не сильно-то помог. Он, бывало, сидя падал с табурета или спал, вот так же выпрямившись, часа по четыре, а потом просыпался и допивал. Но должна сказать тебе, Говард, – ты ни разу не кашлянул. – И снова Мэвис перегнулась к ним через стойку. – Иногда он притворяется, что у него чахотка.

– Я уверен, что нашего доброго доктора не интересуют подробности моего злоупотребления наркотическими веществами, Мэвис.

– На самом деле, – встрял Гейб, – мы просто ждем звонка от Тео.

– А мне кажется, я бы предпочла кофе “кровавую Мэри”, – сказала Вэл.

– Ни за какими монстрами гоняться вы меня не уговорите, даже не пробуйте, – сказал Сомик. – На меня тут блюза напрыгнуло, и мне сейчас некогда – мне выпивать нужно.

– Не жуй сопли, Сомик, – сказала Мэвис, смешивая Вэл коктейль. – Подумаешь – монстры. У нас вон с Говардом один свой имеется, а, Говард?

– Прогулка в пресловутом парке, – ответил Говард.

Сомик, Вэл и Гейб просто таращились на Говарда и ждали продолжения.

Мэвис сказала:

– И в запой ты, конечно, ударился сразу после нее, так?

– Без остановки, – подтвердил Говард.