Деревенский бунт - Анатолий Байбородин

Но Елизар услышит заздравную русским, прожив полвека и… воистину промысел Божий… встретив батюшку из полузабытой бурсацкой юности; ныне же Елизар, скользя на камнях, падая, с горем пополам выбрался на берег, поковылял мимо поповского семейства и, минуя батюшку, глянул – и взгляды их сошлись, замерли…

* * *

Синеватые тёплые сумерки выстоялись над морем; и пареньки запалили костерок, наломав сухих ивовых сучьев. Разлили остатки-сладки, и… попала шлея под хвост… Ягор возгласил:

– Есть идея…

– Идея лебедей? – поинтересовался Тарас.

– Нет, идея без лебедей. Рождённый пить любить не может… Короче, есть идея: а не послать ли нам гонца за бутылочкой винца?

Застолье дружно возопило: «Послать!..», и тут же кинули на пальцах, гонцом вышел Баяр… на радость приятелям: не надо сбрасываться по рублю, у Баяра денег, как у вахлака махорки. Но убоявшись хулиганов, – отберут деньги у близорукого и тщедушного Баяра, – послали и Тараса – косая сажень в плечах. Когда гонцы вернулись, да не с бутылочкой винца, с двумя «Столичными», когда выпили, охмелели, Тарас неожиданно кинулся на Елизара:

– А ты, Елизар, случай, не из жидив?

– С какого боку-припёку?

– Имя еврейское, отчество еврейское – Елизар Лазаревич…

– А-а-а, вон оно что… – И тут Елизар, на диво сокурсников читавший Библию, растолмачил: – Про бедного Лазаря даже пионеры знают… Древнееврейское имя – Елеазар, значит: Бог помог… В Ветхом Завете – третий сын Аарона, получивший священство. Крякнули два старших брата, не оставили наследников, вот к Елеазару и отошло первосвященство, и утвердилось за его родом… А в Новом Завете Елиуд родил Елеазара…

– Мужик родил? – подивился Ягор.

– Темный ты, паря, как зимняя ночь… Так говорили древние евреи… Не перебивай… Елеазар родил Матфана; Матфан родил Иакова; Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос…

– Во, во, во… – со злорадным восторгом огласил Тарас, – я и бачу, что ты из жидив.

– Глянь на меня: ты видел русее?

– Ну и что?! – Ягор подоспел на помощь к Тарасу. – Исконные евреи из древних израильских родов – тоже русые. Это хазарские жиды с азиатчиной…

– Смуглые – сефарды, – неожиданно уточнил Арсалан, – выходцы из арабских, испанских, индийских земель, а европейские – ашкенази, те светлые…

– Во, во, светлые, – согласно кивал Тарас, сокрушённо и сострадательно глядя на несчастного Елизара. – Так что, Елизар… Опять же, старик, имя у тебя – Елеазар…

– Дался вам, Елеазар. Да у меня брат – Исай, сестра – Устинья, дед – Лазарь, бабка…

– Ясно море, – пожал плечами Тарас, – ты же в семье не один еврей.

– Какие евреи?! По материнской линии мы вышли из староверов, а у староверов сплошь библейские имена. Дикие вы люди… Был даже русский святой Елеазар Анзерский…

– Тоже, поди, из евреев.

– …в Соловецком монастыре основал Свято-Троицкий Анзерский скит…

– Значит, выкрест, – не унимался Тарас.

– От народец, а! – засмеялся Елизар. – Если в кране нет воды, значит, выпили жиды. Да?.. И чего вы на евреев окрысились?! Богоизбранный народ… Сам Бог в еврейском народе воплотился. Апостолы… А сколь великих из еврейства вышло?! Верно служили России, прославили Россию… Темь…

– Угробили они вашу Россию. Тьфу! – досадливо сплюнул Ягор.

– Почему «вашу»? Ты же русский.

– Я не русский, я бялорус.

– Во, во, русс… Да ты, бялый русс, может, русее великоруса. Как и малый рус… Хотя для Бога несть ни эллина, ни иудея…

– А при чём здесь Бог?!

Очнулся от хмельной дрёмы мрачный монгол:

– Чингисхана свято чтит Монголия как великого полководца, завоевавшего полмира, как создателя Великой Монгольской империи…

– …И жестоко вырезавшего полмира, залившего кровью и слезами полмира, – вставил Елизар. – Даже и монгольскую племенную элиту вырезал, не жалея детей, стариков и старух…

– Ханы веками сеяли смуту, и реками лилась монгольская кровь. Чтобы остановить кровь, сплотить монголов в Империю, нужно было вырезать племенную и родовую элиту… Что у русских сотворил Иван Грозный, и создал Царство Русское. Но в Монголии-то Чингисхана высоко чтут – национальный герой, а почему в России Ивана Грозного клянут? Герой же национальный …

– Так у москалей жиди правят, – пояснил Тарас. – А жиди ненавидят Грозного, прижал им хвост. Грозный им, что серпом по брюху… А москали… дурковатые, продажные… у жидив на побегушках. И тоже костерят Ивана Грозного. Сталин пытался вырезать жидив, так ныне – заклятый враг. А тоже, как Чингисхан, создал Великую Советскую империю…

Не вслушиваясь в Тарасовы измышления, Баяр усмехнулся:

– У бурят герой – Хитрый Будамшу, любого обманет, у цыган – Данко-вор, любого обворует, а у русских – Иванушка-дурачок… Что может быть доброго у русских, если у них национальный герой – дурак?!

– Он – святой, последнюю рубаху ближнему отдаст…

– Он – дурак…

Баяр сквозь зубы выцедил полстакана бормотухи и, воинственно глядя на Елизара, вспомнил былое…

…Теснимые монголами половцы пали на колени перед русскими, их клятыми врагами: простите, христа ради, спасите!.. А кто старое помянет, тому глаз вон. Русские князья решили подсобить половцам и встретить неведомого врага за пределами Земли русской. Ратоборцы вышли встречь монголам. Ложным отступлением монголы заманили русских и половцев к берегам реки Калки. В июне 1223 года случилась кровавая сеча на Калке. Дружины русских князей бились разрозненно: ох, уж эта удельщина, усобица!.. Увлеклись преследованием отступившей лёгкой монгольской конницы и попали под удар их главных сил. Дружины Мстислава Удалого, Даниила Галицкого и Мстислава Черниговского были разгромлены. Киевские полки Мстислава Старого не вступили в брань, но монголы окружили их и вынудили сдаться.

– Десять тысяч русских монголы побили в сражении, пленили девять князей из восемнадцати, уложили под брёвнами помоста и пировали на князьях, наслаждаясь их воплями, – поминал Баяр. – А русских баб и девок…

– Ну ты, Чингисхан, успокойся! – сурово осадил монгола Елизар, враждебно глядя в его лицо, плоское, словно пустыня Гоби, злое и жёлтое. – А то я тебе, дружище, устрою Куликово поле – костей не соберёшь…

Помянулось смешное и грешное… Вешней порой, когда коты и кошки, ватажась на чердаке, с воплями и стонами вершили свадьбы, и в студенческой общаге пахло похотью и сиренью, кою архаровцы безбожно ломали, забираясь в частные усадьбы. Даже заморённый буддийской хитромудростью Баяр, в коем, чудилось, текла ленивая степная кровь, и тот ошалел от сладострастной сирени, сплел стих, надеясь лирикой соблазнить русскую деву: «Твои глаза, как пустыня Гоби… Я пошёл танцевать с тобой танго, и ты меня раздавила, как танком…»