Жизнь, которая не стала моей - Кристин Хармель

Я могла бы взять ее. Мысль пришла сама, настолько отчетливая, что я вздрогнула. Стоп, без глупостей. Я со своей-то жизнью не справляюсь. Но вдруг справлюсь? Стану той, кто так нужен Элли? Сердце колотилось. Может, именно сюда, к Элли, вели меня сны.

– …о твоем муже… – Погрузившись в свои мысли, я расслышала только конец фразы.

– Что? – Щеки у меня вспыхнули.

– Элли говорит, ты рассказала ей о своем муже, – повторил Эндрю, озабоченно поглядывая на меня.

Мне стало очень стыдно.

– Прости, я понимаю, таких вещей детям не рассказывают. Но хотелось объяснить Элли, что идеального не существует, и, даже если чья-то жизнь выглядит сверхблагополучной, на самом деле это не так. Но я, конечно, не должна была посвящать ее в свои дела. Это совершенно непрофессионально. Больше не повторится, обещаю.

– Кейт, – мягко прервал он меня, и я заметила, что мне нравится, как он произносит мое имя. – Кейт, я вовсе не критикую тебя. Я только хотел напомнить, что если тебе вдруг понадобится с кем-то пооткровенничать, то есть я.

– С тобой? – удивилась я. И тут же поняла, как это его резануло. – Прости, не хотела обидеть.

Он пожал плечами:

– Не хочу на тебя давить, но порой легче бывает поговорить с чужим человеком, чем с тем, кто все знает с самого начала. Хоть я и не совсем чужой. Хотелось бы думать, что мы становимся друзьями. – Он глянул себе под ноги. – К тому же я твой должник: я-то тебя загрузил своей историей насчет брата.

– Ничего не загрузил, – пробормотала я. Может, рассказать ему о Дэне, о наших проблемах? Нет, это сродни предательству – подключать к нашим отношениям другого мужчину. Но как же хочется, чтобы кто-нибудь ободрил: мол, все пройдет, все уладится.

– Что такое? – участливо спросил Эндрю.

Я все еще колебалась.

– Помнишь, я говорила тебе, что вижу сны, как будто живые?

– О Патрике, – кивнул он, и меня почему-то удивило, что он запомнил имя моего мужа.

– Да. – Я глянула на него, все еще нерешительно. – Эти сны напомнили мне о том, что я чувствовала с ним. А с женихом, с Дэном, – все не так. – Что я говорю? С ума сошла, что ли? – То есть жениха я тоже люблю, – заспешила я, – безусловно. Просто все по-другому.

Эндрю снова кивнул.

– Так и должно быть, я думаю, – сказал он, помолчав. – Вопрос в другом: счастлива ли ты, чувствуешь ли, что все идет как надо.

– Понимаю, – пробормотала я, чувствуя себя дурой: ну кто меня тянул за язык?

– Послушай: смерть мужа изменила тебя навсегда, как меня изменило то, что случилось с братом, – продолжал он, и теперь я прислушалась, потому что эти слова отличались от всех прежних советов, которые мне довелось получить. – Так что нет смысла сравнивать сегодняшний день с прошлым, ведь ты сама стала другим человеком, не той, какой была, пока Патрик был жив. Нужно смотреть вперед и думать о том, чего ты хочешь, а не назад, на то, что было у тебя раньше.

В глазах защипало.

– Откуда такая мудрость?

– Пресловутый метод проб и ошибок, – рассмеялся он. – В основном ошибок.

Мы дошли до 31-й, и разговор оборвался. Эндрю поднял руку, останавливая проезжавшее такси. Оно затормозило, Эндрю неловко обнял меня, стараясь не прижимать, и я села в машину.

– Эндрю! – позвала я уже изнутри.

– Да?

– Я тоже рада, что мы становимся друзьями.