Идеальная смерть Мияко Сумиды - Кларисса Гоэнаван

— Так ты знал? Из за чего ты плакала? Фуми нэ помолчала, словно обдумывая ответ.

— Из–за нашего злополучия. Помню, гадала, чем МЫ заслужили такое горе. Почему именно мы потеряли родителей? Это могло случиться скаждым — почему же именно с нами?

Что тут скажешь? Те же самые вопросы гоами занимали мои мысли. Почему в горах занесло машину именно наших родителей? Почему это случилось именно на дороге у обрыва? Почему в тот вечер они не взяли нас собой? Мы погибли бы как одна семья и не остались бы сиротами.

— Но с тех пор я смогла с этим смириться. Силы жить дальше появились у меня благодаря тебе. — Фуми–нэ обняла меня за плечи. — Спасибо, Рю, и никогда не забывай, насколько ты мне необходим.

Я почувствовал, что краснею. Я тоже понимал, что живу ради сестры. Ради нее я смог завести друзей, поступить в колледж, встретить и полюбить Мияко Сумиду, а потом отпустить ее. Сколько себя помню, Фуми–нэ любила меня, не прося ничего взамен. «Спасибо» должен был говорить я. Я любил сестру, но сказать об этом вслух было очень трудно. Впрочем, тепло объятий Фуми–нэ подсказывало, что она в курсе.

Сестра положила мне голову на плечо:

— Ты хочешь спросить о чем–то еще?

Я замешкался, вспоминая сон, приснившийся накануне. Мне снилось, что я в студии с Мияко и Тамой.

— Рю, ты что притих? — Сестра отстранилась и посмотрела на меня.

Я склонил голову набок:

— Ну, я хотел спросить, нельзя ли Таме остаться в студии навсегда?

Сестра задумалась, наверняка сбитая с толку резким переводом стрелок.

— Конечно же можно, — наконец проговорила она. — Мы с Тамой неплохо ладим.

— Значит, решено.

Фуми кивнула.

— А ты уверен, что Мияко это понравилось бы?

— Разумеется. Думаю, хотелось ей именно этого. Я просто не сразу понял.

* * *

Мияко сияла от счастья. Смеясь, она наблюдала, как Тама катается по полу. На ней были свободный бежевый свитер и длинная шифоновая юбка в пастельной гамме — тот самый наряд, в котором она впервые встретилась с Фуми–нэ. Длинные волосы она стянула простой черной резинкой. Ветер растрепал их, отдельные пряди прилипли к лицу, но Мияко они, видимо, не мешали.

Я пошел к ней и сел рядом.

Мияко посмотрела на меня:

— А, Рюсэй, ты здесь!

В ее устах мое имя звучало нежно и ласково, хотя в голосе слышалась боль.

— Спасибо, что позаботился о Таме, — сказала она.

— Не меня нужно благодарить, — отозвался я. — Тамой в основном занимается Фуми–нэ.

— Правда? — удивилась Мияко. — Раз так, проси у Фуми–нэ, нельзя ли Таме жить у нее.

Моя сестра и Тама? Почему я сам об этом не подумал? Они же созданы друг для друга.

— Да, я обязательно спрошу у сестры.

— Спасибо! — Мияко слабо улыбнулась. — На тебя можно положиться.

— Что ты будешь делать сейчас? — спросил я, глянув на исе.

— Хороший вопрос. — Мияко взяла Таму на руки. — Если можно, я хотела бы недельку побыть с этой юной леди, а потом… — Она не договорила.

— А потом?

— Мне придется уйти, — ответила Мияко. — Не знаю, что со мной будет, но перемен жду.

— Вот и хорошо, — сказал я.

Мы долго молчали, потом Мияко спросила:

— Ты ненавидишь меня за то, что я сделала?

— Конечно, нет, — проговорил я. — Но порой злюсь.

Она убила самого дорогого мне человека.

— Ты простишь меня? — спросила Мияко, Наклонив голову набок.

— Не знаю, но постараюсь, если тебе от этого станет легче, — проговорил я. — Достаточно этого?

— Достаточно, — кивнула она.

Мы сиова замолчали, и на этот раз тишину нарушил я:

— Мияко!

Она подняла голову:

— Что? Глядя ей в глаза, я растерял все слова. — Ничего, — я покачал головой, — ничего.

На миг мие страшио захотелось рассказать Мияко Сумиде, что я до сих пор ее люблю. Но я не смог. Не захотел обременять ее своими чувствами.

Вместо признания я постарался запомнить малейшую ее черточку. Лучистые глаза за очками в черной оправе, прямые шелковистые волосы цвета воронова крыла, длинную шею, ключицу, пальчики без маникюра и ее улыбку, неизменно убеждавшую меня, что наш мир идеален.