Три коротких слова - Эшли Родс-Кортер

Дружный смех разрядил напряжение, нависшее над залом. Никогда прежде я не была так уверена в себе: люди внимательно слушали меня, четырнадцатилетнюю, и верили каждому слову! Надеюсь, после моего выступления они будут внимательнее выслушивать своих подопечных.

В заключение я добавила: «Я и представить себе не могла, как сложно будет выудить меня из системы, но бесконечно рада, что Мэри Миллер это удалось. Ваша самоотверженность преображает жизнь детей, и мне бы хотелось поблагодарить вас от имени всех ваших подопечных».

Я прослезилась. «Спасибо, Мэри Миллер. И спасибо вам. Пожалуйста, найдите крепкую и дружную семью для каждого ребенка!»

Все, как один, вскочили со своих мест и зааплодировали.

Вскоре на меня со всех сторон посыпались предложения выступить с речью. На съезде опекунов-представителей штата Флорида, где я выступала, среди присутствующих была и сама Мэри Миллер. Сойдя со сцены, я вручила ей букет. Мы обнялись и не смогли сдержать слез при мысли о том, сколько пережили вместе.

Еще в «Доме для детей» Мэри Миллер как-то спросила меня: «Чего бы тебе хотелось больше всего на свете?»

Какое счастье, что она не пристает с расспросами о моих чувствах, подумала я и выпалила: «Мне бы хотелось объездить весь мир». И, глядя на огражденную забором территорию, добавила про себя: «Если удастся вырваться из Тампы». За несколько лет жизни с Кортерами я исколесила всю страну и даже ездила в круиз. А когда Джош закончил колледж, Кортеры сняли дом в Кембридже, и мы всей семьей отправились в Англию.

Сафрон, невеста Джоша, подарила мне книгу с продолжением романа о Гарри Поттере, только что вышедшую из печати.

– Ты знакома с Джоан Роулинг? – в шутку спросила я у Гэй.

– Я же не могу знать всех и каждого! – рассмеялась она.

– Вот если бы ты договорилась встретиться с ней, пока мы в Англии, – размечталась я.

– Боюсь, не получится, детка.

Из Англии мы отправились в Париж. В последний вечер сели на один из прогулочных теплоходов, курсирующих по Сене, и любовались торжественной иллюминацией на Эйфелевой башне. Я направилась к скамейке, где, держась за руки, сидели Гэй и Фил, и протиснулась между ними.

– Представляете, три года назад для меня не было ничего увлекательнее, чем встречать в приюте гостей!.. И вот я в Париже! – театрально вздохнула я. – С родителями!

Когда мы вернулись домой, Гэй попалось на глаза любопытное объявление.

– Смотри-ка, – подозвала она меня, – в «США сегодня» объявили конкурс на лучшее сочинение. Тема – «Как книги о Гарри Поттере изменили мою жизнь». Угадай, что ждет победителя.

– Что же? – не глядя в ее сторону, спросила я, и виду не подав, что заинтригована.

– Завтрак в Нью-Йорке в компании Джоан Роулинг!

– Помнишь, однажды мы говорили, как Хогвартс похож на «Дом для детей»? – начала я. – У них тоже четыре корпуса, только называются по-другому – «факультеты», и еще им ежегодно присуждают кубок Хогвартса, как в «Доме для детей» – кубок Мерфи. А Гарри – тоже сирота, которого унижали родственники. Об этом я и напишу.

И я чуть не запрыгала от возбуждения.

На следующий день я прочла Гэй черновик сочинения.

– Ничего себе, – восторженно воскликнула Гэй. – Да у тебя талант!

– Ты правда так считаешь?

Но я понимала, что она просто подбадривает меня, как сделал бы любой родитель. Поэтому в день, когда объявляли победителей конкурса, я притворилась, что забыла о нем. Честно говоря, я даже не надеялась на победу. А на следующий день узнала, что оказалась в десятке финалистов!

В аэропорт за нами прислали лимузин. Длинный и неповоротливый, он медленно катил по запруженным автомобилями улицам. Гэй без умолку перечисляла, что нам необходимо повидать в Нью-Йорке, но я ушла в себя и смаковала каждую минуту. Вопреки моим опасениям, миссис Роулинг оказалась открытым и приветливым человеком. Она поговорила со мной о моем прошлом и будущем, а на прощанье обняла. «Для меня честь встретиться с тобой». Улыбка не сходила с моего лица, даже щеки заболели. И снова меня пронзило головокружительное чувство, которое приходит, когда сбываются мечты.

После того, как мое сочинение опубликовали в газете, мне позвонили из пресс-центра благотворительного фонда «Кейси фэмили сервисез» и предложили выступить на их конференции, посвященной вопросам усыновления, а также прочесть речь на одном из торжественных приемов в сенате.

В просторном зале здания сената на Капитолийском холме толпились сотни гостей. Под приглушенные разговоры и звяканье бокалов организаторы обратились со вступительной речью к присутствующим. Меня так и вовсе не заметят, подумала я, однако стоило мне подняться на сцену, как все затихли. Многие из присутствующих были облечены законодательной властью, и я предложила каждому из них за полгода найти семью хотя бы для одного ребенка, оставшегося без родителей. Выступление я закончила цитатой из Мольера: «Мы в ответе не только за то, что делаем, но и за то, чего не делаем».

Воцарилось молчание, и я оробела, решив, что последние слова были не к месту. Но тут зал шумно зааплодировал. Возможно, некоторые чиновники запомнят мое выступление, с надеждой подумала я, и сделают все от них зависящее, чтобы помочь детям.

Осенью, когда я пошла в девятый класс, меня ждали два громких события – встреча с Джоан Роулинг и выступление в сенате. В остальное время я разрывалась между школьной программой для одаренных учеников, любительским театром и тренировками по баскетболу. Тренер выжимал из нас все соки, и после нескольких недель ежедневных пробежек на длинные дистанции и на скорость мне, кроме прочего, пришлось еще и посещать массажиста. Больше всего я любила тусоваться с Тессой и девчонками из нашей команды. И хотя развлечений в нашем городке было немного, мы с удовольствием бродили по торговому центру, делали друг другу маникюр, ходили на футбол и сплетничали о мальчиках.

Однажды в начале декабря, когда я вернулась домой после очередной тренировки, Гэй встретила меня словами:

– Проверь автоответчик.

Включив запись, я услышала голос одного из ассистентов Хилари Клинтон: меня приглашали в Белый дом на рождественский прием! После того, как мое сочинение напечатали в «США сегодня», первая леди, которая, как известно, вплотную занимается вопросами опеки и усыновления, упомянула о нем во время одного из интервью. Я отправила ей коротенькое письмо с благодарностью, но вовсе не ожидала ответа, не говоря уже о приглашении.

В назначенный день Фил и Гэй были заняты, однако меня вызвалась сопровождать Робин, сестра Гэй, которая жила в Мэриленде. На Хануку дедушка Кортер подарил мне билет до Вашингтона. Я снова оказалась в Белом доме. На этот раз сам президент пожал мне руку – и у меня есть фотография!

Я с удовольствием развешивала знакомые елочные игрушки, встречая третье Рождество с Кортерами, с нетерпением ожидая, когда приедут Джош с Блейком, предвкушая веселые каникулы в кругу друзей и семьи. Впервые я не чувствовала себя лишней.