Из морга в дурдом и обратно - Андрей Шляхов

Справедливости ради надо заметить, что платить из своего кармана за недостающие простыни и наволочки (так же, как за подушки и одеяла) сотрудники не любят.

Куда проще на следующем дежурстве стащить простыню у зазевавшейся бригады «скорой помощи». Ну, а те у другой бригады позаимствуют или же в приемном отделении разживутся недостающим. Иногда — в том же самом.

Круговорот материальных ценностей — увлекательнейший процесс, который пока еще только ждет своего исследователя.

У двери кабинета Тарабарина всех возвращающихся с пятиминутки ждал сюрприз. Даже не один, а сразу два сюрприза — интерны Абгарян и Майоров. Живые, невредимые и даже в хорошем настроении.

— Эй, клоуны, что за цирк вы вчера устроили? — заорал на весь коридор Коростылев.

— Цирк устраиваете вы, Игорь! — тут же одернул его Тарабарин. — У меня в отделении не принято так… кричать. Давайте зайдем в кабинет и там уж первым делом узнаем, какая нечистая сила…

Майоров с Абгаряном переглянулись и заржали.

— Вы мне собьете всех с рабочего ритма, — проворчал строгий руководитель, поворачивая в замке ключ. — Заходите и здесь уже смейтесь. Только в меру, чтобы потом плакать не пришлось…

Рассказ Абгаряна был коротким, но краткость компенсировалась эмоциональностью.

— Отвезли мы, значит, больного…

— Куда отвезли — помните? — перебил Тарабарин.

— Честно скажу — сейчас и не вспомню, — виновато улыбнулся Абгарян. — Помню одно — в палату завезли, на койку усадили, все честь по чести, не в коридоре бросили. Так вот, выходим мы, и этот вот юморист, — Абгарян указал пальцем на Тормоза, — предлагает мне покататься на кресле по двору. Вроде как проветриться. Настроение у меня было приподнятое — день рождения как-никак, вот я и согласился…

— Да ты просто визжал от радости! — вставил Тормоз.

— Не было такого! — отмахнулся Абгарян. — Я вообще визжать не умею! Вышли мы во двор…

— А охранник мне сказал, что не видел никого с каталкой, — прокомментировал Данилов.

— Хватит меня перебивать! — вспылил Абгарян. — Расскажу до конца — тогда и перебивай сколько вздумается! Охранник твой, если хочешь знать, газету читал! Очень увлеченно! Потому нас и не видел. Вышли мы, значит, покатали друг дружку вокруг корпуса, один раз просто так, другой — на время, типа — соревнование, а потом этот провокатор…

— Сам ты провокатор! — обиделся Тормоз.

— Я — жертва провокации! — поправил Абгарян. — Так вот, этот гражданин сказал, что за три минуты сможет прокатить меня вокруг всей больницы. Я произвел в уме несложные расчеты и сказал, что меньше чем в шесть минут он не уложится. Мы поспорили на двести долларов…

— Ставочки у вас, однако. — Тарабарин покачал головой.

— Я был уверен, что уложусь в три минуты…

— А я был уверен в обратном. Мы выкатили наше кресло на улицу, охрана на нас не обратила никакого внимания — мы же в халатах были, значит — все нормально, я сел, засек время, и мы поехали. Ну, конечно, нам было весело и мы издавали всякие веселые крики…

— Которые очень не понравились милицейскому патрулю, — вздохнул Тормоз.

— А поскольку мы были без документов, то нас вместе с этим несчастным креслом, будь оно проклято, забрали в отделение! Мало того что забрали, так еще попытались шить нам угон коляски…

— И вы до утра сидели в милиции! — ахнула Бурчакова. — А мы все так волновались! Владимир всю ночь бегал по больнице, искал вас…

— Ну, ночью я, положим, спал, а вечером — да, пришлось побегать, — уточнил Данилов. — А вас как отпустили — с концами или под подписку о невыезде?

— С концами, разумеется, — ответил Тормоз. — Это ж даже на мелкое хулиганство не тянет. Если бы мы еще матерные слова орали, а то так…

— Каталку мы уже вернули, — добавил Абгарян. — В первую очередь. Народ так обрадовался, что пообещали когда потребуется дать нам ее на полчасика.

— Это еще зачем? — удивился Тарабарин.

— Как «зачем», Виталий Мартынович? Нас же на полпути забрали! Должны же мы решить спор! Двести долларов на дороге не валяются, и потом дела надо доводить до конца.

— Я вот отосплюсь, колеса смажу и в две с половиной минуты уложусь! — пообещал Тормоз.