Пропавшие девушки Парижа - Пэм Дженофф

Париж, 1944 г.

Пять дней. Уже пять дней Мари пряталась в подвале борделя. Она обвела взглядом крошечное темное помещение, напомнившее ей сарай, где Джулиан запер ее в ту первую ночь. Мари положила голову на грязную, провонявшую духами подушку. Она до того устала, что ей было все равно, кто до нее лежал на скрипучем тюфяке. Одежда на ней запачкалась, засалилась; она ощущала несвежий запах собственного немытого тела. У стены напротив стояла корзина с ворохом нестираного белья, который венчало бюстье с небрежно срезанными сосками. Господи, думала Мари, как она очутилась здесь?

Попрощавшись с Уиллом у «Лисандра», Мари нырнула в лес. Спустя несколько минут до нее донеслось тихое гулкое громыхание. Мост. Она обернулась, рискнув замедлить шаг всего лишь на секунду, чтобы посмотреть на зарево от взрыва на ночном небе. Значит, детонатор все-таки сработал. Мари гордилась собой. Но в следующее мгновение ее охватила паника. Немцы быстро найдут тех, кого они считают виновными в ликвидации моста. Нужно немедленно уходить отсюда как можно дальше.

Несмотря на данное Уиллу обещание, Мари не сразу отправилась в парижский бордель. Сочла, что прежде нужно удостовериться, не объявлялся ли где-нибудь Джулиан. Ей отчаянно хотелось вернуться в свою квартиру и снова попытать счастья с рацией, но, памятуя о предостережении Уилла, туда она не пошла. Вместо этого Мари наведалась на явочную квартиру, куда привел ее Джулиан наутро после прибытия во Францию. Она надеялась найти Джулиана в особняке, но там никого не оказалось. Видимо, агенты в спешке покинули старую библиотеку: столы были заставлены грязной посудой и остатками протухшей еды. В камине Мари увидела горку золы: вероятно, кто-то уничтожал документы. Она потрогала золу, надеясь, что та еще теплая. Но нет, огонь здесь давно не разжигали. Стулья были перевернуты; видимо, сюда с обыском нагрянули немцы. Сами агенты словно сквозь землю провалились.

И тогда Мари поехала в Париж. С поезда сошла на окраине города. Пока не начало светать, пряталась в одной из глухих улочек, чтобы ее не арестовали за нарушение комендантского часа. Утром следующего дня она остановила грузовик и попросила беззубого водителя подвезти ее в город. Тот не докучал пассажирке расспросами, его больше интересовали ее ноги.

Наконец Мари добралась до Левобережья – лабиринт узких запруженных народом улиц и кренящихся высоких домов, которые сами по себе могли служить идеальным убежищем. Будь у нее достаточно денег, Мари поселилась бы где-нибудь в городе, а не шла бы в незнакомый бордель, как наказал ей Уилл.

И вот она у публичного дома на улице Малебранш. На нижнем этаже находилось бистро. Мари поднялась по черной лестнице. Дверь ей открыла женщина примерно ее возраста, только косметики на ней было столько, что настоящего лица не разглядеть.

– Я – Рене Демар, – представилась Мари, назвав свой псевдоним. – Я от Уилла. – Она надеялась, что его имя послужит паролем, так как никакого другого она все равно не знала. Взгляд женщины вспыхнул: видимо, она была с ним хорошо знакома.

– А сам он где?

– Улетел в Лондон.

– И тебе надо было с ним лететь. Здесь теперь очень опасно, – прошипела женщина. – За минувший день у меня побывали двое агентов.

– Кто? – спросила Мари.

– Агенты из Монтрёя. Искали убежища. Мне пришлось им отказать. – Мари ждала, что ей тоже откажут. – Меня зовут Лизетта, – добавила женщина.

– Мне нужно где-то пересидеть шесть дней, пока Уилл за мной не вернется. – Мари видела, что Лизетта оценивает риск, пытается решить, сопоставима ли опасность с ее долгом перед Уиллом.

– Шесть дней, – наконец кивнула она. – Не больше.

Лизетта отвела ее в подвал.

– Вот еще что, – сказала Мари. Лизетта повернулась к ней, сложив на груди руки. – Веспер не возвратился, как ожидалось. Но мы думаем, что он где-то в стране. Я должна его найти.