Шаги по стеклу - Иэн Бэнкс

В лечебнице Стивен подружился с мистером Уильямсом. Тот любил, чтобы его называли просто Майк, а доктор Шоукросс получил у него прозвище «доктор Шок», и вот почему: кто плохо себя вел и не слушался, тому назначали электрический шок. С мистером Уильямсом скучать не приходилось. Он Стивена смешил, да еще как! Правда, иногда поступал жестоко — вот, например, набрал целую банку пауков да и высыпал их прямо на колени Гарри, а у того, между прочим, паукобоязнь (мистер Уильяме как-то по-ученому называл паукобоязнь, но Стивен не смог упомнить). Это жестокий поступок, тем более что дело было за обедом, но зато получилось ужасно смешно.

А попало за это Стивену, и он понес наказание, только теперь не мог вспомнить, какое именно. Вороны окликали его по имени-фамилии.

Сидя у себя в кабинете, доктор Шоукросс задумчиво глядел в окно на унылый кентский пейзаж. С голых сучьев высокого дерева лениво планировали на землю вороны. На столе перед ним лежала открытая история болезни Стивена Граута. Доктору Шоукроссу предстояло написать заключение о состоянии здоровья этого пациента — страховая компания, которая выдала полис на одно из транспортных средств, попавших в аварию, прислала запрос в психоневрологический интернат «Даргейт», куда определили Стивена в результате того случая.

На календаре было 16 февраля 1984 года (доктор Шоукросс уже поставил дату на чистом листе бумаги). Наступили холода. Утром еле-еле удалось завести машину. Доктор Шоукросс, перевирая мотив, бубнил какую-то песенку; он наклонился, чтобы поднять с пола свой кейс. Не отрываясь от прежних записей, на ощупь извлек кисет, а следом трубку и принялся набивать ее табаком.

Увидев дату, когда произошла авария, — 28 июня минувшего года — он невольно отвлекся и вздохнул. До лета еще далеко, а ему уже давно не дает покоя доклад, с которым в июне предстоит выступать на конференции в Скарборо. Глазом моргнуть не успеешь, а лето уже тут как тут; как пить дать, придется кропать в последнюю минуту.

Стивен Граут (среднее имя отсутствует) пострадал в результате дорожно-транспортного происшествия 28 июня 1983 года. Получил удар по голове бочкой с пивом, упавшей с грузовика. Граут рухнул на мостовую и оказался под колесами автомобиля. Не считая скальпированной раны, у него были зафиксированы следующие повреждения: перелом черепа, переломы обеих ключиц и левой лопатки, а также множественные переломы ребер.

У доктора Шоукросса возникло странное ощущение «дежа вю», но тут он вспомнил, что не далее как вчера (ну, может быть, третьего дня) наткнулся в газете на какую-то заметку о судебном процессе, который состоялся вследствие этой аварии. Вроде бы дело коснулось какой-то известной личности? Или родственников известной личности? Кажется, упоминался кто-то из политиков и даже всплыла какая-то скандальная история. Совершенно вылетело из головы. Возможно, эта газета еще валяется где-нибудь дома, если, конечно, Лиз не отправила ее в мусорное ведро. Если память не подведет, надо будет после работы проверить.

Набивая трубку, доктор Шоукросс просмотрел кое-какие записи, потом сунул трубку в рот и похлопал себя по карманам в поисках спичек. Он пытался освежить в памяти анамнез, но его взгляд просто скользил по строчкам, выхватывая отдельные слова и фразы: ци-анозное... компрессионные повреждения грудной клетки... интубация... повышенное внутричерепное давление... дексаметазон и маннитол... пульс замедленный... повышение кровяного давления... реакция на болевые раздражители крайне слабая... взгляд не фиксирован... предположительно, ушиб лобной доли... произведена трахеостомия под кадык...