Уроки итальянского - Мейв Бинчи

— Кэти Кларк, даже под угрозой расстрела я не поверила бы, что в твоей жизни могут происходить какие-либо приключения!

— Вот и замечательно, на том и договоримся, — радостно ответила Кэти.

— Личный звонок мисс Кларк по третьей линии, — раздался голос из громкоговорителя.

Фрэн подняла удивленный взгляд кверху. Кто бы это мог быть? Она прошла в комнату службы безопасности, куда на несколько мониторов транслировалась картинка с телекамер, установленных в различных уголках универмага. Отсюда велось скрытое наблюдение за покупателями, среди которых чаще, чем хотелось бы, попадались воришки. Фрэн нажала на кнопку под номером три и сняла трубку.

— Менеджер Кларк. Слушаю вас.

— Это Пол Мэлоун, — прозвучал голос в трубке. — Да?

— Мне хотелось поговорить с тобой, вот я и позвонил. Ведь, насколько я понимаю, встречаться со мной ты не хочешь?

— Совершенно верно, Пол. Не то чтобы я держала на тебя зло, просто не вижу в этом смысла.

— Фрэн, но хотя бы по телефону мы можем поговорить?

— Вообще-то, сейчас не самое подходящее время. Разгар рабочего дня.

— У деловых людей всегда много работы.

— Ну вот, видишь!

— Но разве есть что-то важнее, чем Кэти?

— Для меня — нет.

— И для меня тоже, но…

— Но ты не хочешь чрезмерно сближаться с ней, чтобы не почувствовать себя зависимым.

— Ты глубоко заблуждаешься. Я бы хотел стать ей как можно ближе, но ты вырастила ее, ты сделала такой, какая она есть, для тебя она важнее всего на свете. Я хочу, чтобы именно ты сказала мне, что будет для нее лучше.

— Думаешь, я знаю? Откуда? Да, я действительно хочу для нее всего, что только можно, но, к сожалению, мне это недоступно. Если ты можешь дать ей больше, действуй.

— Она боготворит тебя, Фрэн.

— К тебе она тоже неплохо относится.

— Мы с ней знакомы всего-то неделю или две, а тебя она знает всю жизнь.

— Не разбивай ей сердце, Пол. Она чудесная девочка, но известие о том, что я ее мать, а ты — отец, стало для нее огромным потрясением. Я почему-то думала, что она все знает или, по крайней мере, догадывается, ведь в нашем городе такое встречается на каждом шагу. Но оказалось, что это не так.

— Кэти справилась с этим. Она такая же сильная, как ты, и в состоянии одолеть любую ситуацию, даже самую тяжелую.

— Куда уж тяжелее!

— Так как мы поступим, Фрэн?

— Пусть Кэти сама решает.

— Она может располагать мной по своему усмотрению, но я обещаю, что не буду пытаться завоевать ее сердце за счет ваших отношений.

— Я это знаю.

В трубке воцарилось молчание.

— А как у вас вообще дела? Все в порядке?

— Да, у нас все хорошо.

— Она говорит, что вы с ней вместе учите итальянский язык. Сегодня в ресторане она продемонстрировала свои знания.

— Она молодец. — В голосе Фрэн прозвучали нотки гордости.

— Хорошо, что она у нас есть. А, Фрэн?

— Да, хорошо, — ответила она и повесила трубку, прежде чем расплакаться.

— Скажите, Синьора, а что такое carciofi? — спросила Кэти на очередном занятии.

— Так по-итальянски называются артишоки. А почему ты спрашиваешь, Кэти?

— Я недавно ходила в ресторан, и это блюдо было в меню.

— Ты была в «Квентине»? Это я перевела меню для Бренды Бреннан. Она моя подруга, — с гордостью сообщила Синьора.

— Я знаю! Только не говорите мистеру Данну. Там работает администратором его жена. А помните, вы подумали, что Фрэн — моя мама, а я вам сказала, что она моя сестра?

— Да-да…

— Так вот, вы были совершенно правы, а я как раз ошибалась! — проговорила Кэти таким тоном, будто любой человек может ошибаться, принимая собственную мать за сестру.

— Что ж, хорошо, что ты во всем разобралась.

— Я тоже думаю, что это очень, очень хорошо, — сказала Кэти.

— Ты совершенно права. — Синьора была очень серьезна. — Франческа еще очень молода и красива, она будет рядом с тобой много-много лет, гораздо больше, чем если бы ты родилась позже.

— Знаете, мне бы хотелось, чтобы она вышла замуж, тогда я не чувствовала бы такую ответственность за нее.

— Возможно, в свое время это случится.

— Но мне кажется, она упустила свой шанс. Он уехал в Америку, а она осталась здесь, и как я подозреваю, из-за меня.

— Ты могла бы написать ему письмо, — сказала Синьора.

Бренда Бреннан с волнением слушала, как успешно работают вечерние курсы итальянского.

— Кстати, на днях у меня в ресторане была одна из твоих учениц. На ней был форменный жакет Маунтенвью, и она сказала, что учит итальянский.

— Она заказала артишоки?

— Да, а откуда тебе это известно? Ты что, ясновидящая?

— Это Кэти Кларк. Она — самая младшая в группе, все остальные — взрослые. Она сказала, что в вашем ресторане работает жена Эйдана Данна, это правда?

— Что-то ты подозрительно часто говоришь об этом Эйдане. Да, Нелл работает у нас администратором. Странная женщина, честно говоря, до сих пор не могу ее раскусить.

— Что ты имеешь в виду?

— Работник она прекрасный: честная, расторопная. Всегда наготове вежливая улыбка, всех клиентов знает по именам. И при этом, сидя за кассой, она будто находится за сотни миль отсюда. Мне кажется, у нее роман на стороне, — сказала Бренда, чуть подумав.

— Не может быть! С кем?

— Не знаю. Она очень скрытная, но после окончания рабочего дня часто с кем-то встречается.

— Ну и ну!

Бренда пожала плечами.

— Так что, если ты хочешь завести интрижку с ее мужем, действуй смело — она не сможет бросить в тебя камень.

— Господи, Бренда, что ты такое говоришь! В моем-то возрасте? Но скажи мне, с кем приходила в шикарный ресторан Кэти Кларк?

— Это забавно, но она была с Полом Мэлоуном. Ты, должно быть, слышала о нем, а впрочем, может, и нет. Он — так называемый финансовый консультант. Бездна очарования. Женат на денежном мешке по имени Марианна Хэйес.

— И Кэти была с ним?

— Я понимаю, по возрасту она годится ему в дочери, — сказала Бренда, — но, честно говоря, чем дольше я работаю здесь, тем сложнее меня удивить.

— Пол?

— Кэти, ты не звонила целую вечность!

— Не могли бы мы вместе пообедать? Я угощаю. Но только не в «Квентине»!