Андерманир штук - Евгений Клюев

Посещения «доверенных» всегда происходили только под надзором Льва: незадолго до их прихода Лев пытался, и чаще всего удачно, запустить тему фокусов – и на этой теме, как на саночках, дед Антонио благополучно скользил по заснеженным дорожкам памяти, да так умело, что никому и в голову не приходило считать его полоумным. Правда, произносилась им время от времени то одна, то другая странная вещь, но… человек-же-после-инсульта!

Больше всех на свете Лев сейчас был благодарен Леночке. Даже не столько Леночке, сколько ее рольмопсу – это рольмопса осенила идея просто-таки невероятной замечательности: пристроить Льва в какую-то научную библиотеку, которой заведовал его старый приятель. В отдел каталогов. Услышав об этом, Леночка тогда настолько обрадовалась, что даже купила себе новое платье – с блестками, на случай чего. А то очень уж она заволновалась накануне, когда, спросив Льва о том, чем он намерен теперь, после окончания школы заняться, услышала беспечный ответ… что-то вроде: пойду поработаю где-нибудь от дома недалеко, с дедом-то иначе – как?

Леночка тоже не знала как, но тут появился рольмопс с букетом калл и развел руками чужую для него беду. Научная библиотека находилась от дома ближе не придумаешь: на 1-й улице Усиевича.

– Это совсем рядом с дедом где-то, – опознала адрес счастливая Леночка и захлопала в ладошки.

– Ну, приблизительно, – согласился рольмопс. – Только найти трудно, там объект специального назначения один… или что-то вроде. Но Льва встретят.

Леночка с пониманием закивала: рольмопса постоянно окутывали какие-то – страшные, хотелось бы ей думать, – тайны, придававшие его ухаживаниям за ней особую обреченность. Словно в любую минуту он мог исчезнуть навсегда… – и Леночке начинало казаться, что она уже ждет этого момента или, во всяком случае, не имеет ничего против: трагическая для нее, но красивая развязка…

– Библиотека – это на время, – серьезно и печально сказала она Льву, словно отдавая его против воли в руки спецслужб, – то есть до армии.

– Не возьмут меня в армию, Леночка, – сообщил ей Лев.

– Ты болен? – с материнским ужасом спросила та.

– Да нет, – заверил он ее, – не волнуйся.

И Леночка тут же успокоилась – попыталась спросить только насчет учиться-куда-нибудь… но вопроса не получилось, да и отшутился Лев:

– Чему ж мне учиться, когда у меня способностей – никаких? Вообще ведь ни к чему способностей нет, ты разве не в курсе?

Леночка только ручкой махнула: да ну его… как же это может быть, чтобы никаких способностей не было, – такой красивый мальчик! Ну, ладно, пусть поработает, пока не определится.

Место работы настолько не интересовало Льва, что ему и в голову не пришло пойти взглянуть на него. Начинать надо было через неделю, в пятницу обещали позвонить: договориться, во сколько точно в понедельник утром забрать Льва около его подъезда, потому как с первого раза, дескать, не всегда библиотеку эту и найдешь.

Однако найти библиотеку оказалось проще простого, она располагалась минутах в десяти ходьбы от дома, что обрадовало Льва безмерно: дед Антонио был, значит, совсем под боком. Лев даже не понял, зачем ему нужен провожатый. В одном только месте – там, где, по мнению Льва, глухая кирпичная стена вплотную смыкалась с жилым домом, – обнаружился с правой стороны проходик – узенький, но достаточный для того, чтобы сквозь него можно было протиснуться.

– Это единственный путь сюда? – с изумлением спросил Лев у попутчика, средних лет человека, представившегося как Александр Алексеевич… нет, как Алексей Александрович, Лев точно не запомнил.

– Почему же единственный! – рассмеялся попутчик. – Просто все остальные… обходить далеко. Я Вам как раз и хотел кратчайший показать.

– Спасибо, – сразу все понял Лев и даже растрогался.

Адрес новой работы был 1-я улица Усиевича, дом 2.

Прежде Лев и не догадывался, что, кроме улицы Усиевича как таковой – улицы, на которой он жил вот уже тринадцать лет, – существуют еще и другие улицы других Усиевичей… или того же самого Усиевича? Знать бы еще, кто он такой.

В библиотеке знали. Лия Вольфовна, заведующая отделом каталогов, прищурившись, некоторое время смотрела на него, потом отчетливо произнесла:

– Григорий Александрович Усиевич – это, чтоб Вам было известно, видный партийный деятель и красный командир, убитый белогвардейцами в Западной Сибири. Между прочим, 2-я улица Усиевича с 1922 года существует!

– А 1-я?

– Нрав, я вижу, веселый у Вас, – ни к селу, ни к городу произнесла Лия Вольфовна. – Пройдите, пожалуйста, на свое рабочее место.

Рабочим местом Льва оказалась половина стола, вторая половина которого была в несколько этажей заставлена каталожными ящичками.

– Ваша обязанность – перенести всю информацию со старых карточек на новые. Печатать умеете?

Лев помотал головой.

Лия Вольфовна вздохнула и бесстыдно произнесла: – Как же мне надоели эти протеже! – Потом добавила: – Ну, что… от руки тогда переписывать будете. Писать-то умеете хоть?

– Писать умею, – заверил ее Лев.

– Пишите, – распорядилась Лия Вольфовна и ушла, оставив Льва один на один с ящиками. Других сотрудников в каталожном отделе не оказалось, так что у Лии Вольфовны в подчинении был только он.

Так вот безрадостно и началась его работа – первая в жизни.

– Деда, – сказал он, придя домой на обеденный перерыв, – библиотека-то, оказывается, совсем близко.

– Молодец, – похвалил дед Антонио. – А где Лев?

Теперь Антон Петрович знает, что Лев работает в библиотеке на 1-й улице Усиевича: Лев даже пару раз брал деда Антонио с собой на работу. Тот смирно сидел в каталожном отделе, поглядывая в окно и считая людей на улице.

– Ты чего людей считаешь? – спрашивал Лев.

– Потому что это важно! А потом… мне надо тебе одну вещь сказать. Дело, видишь ли, не в том, чтобы этой картой не пользоваться, – дело в том, чтобы карты этой вообще не имелось, не существовало в природе… Спросите-скрипочку-мою! Ты слушай внимательно, львенок, пока я не сбился, – начал было дед и – сбился.

Лев подошел к нему сзади, обнял деда Антонио за плечи: они вместе смотрели на улицу.

– Деда, деда… – вздохнул Лев, – ты прямо как старая графиня, про карты: тройка, семерка, туз…

– При чем тут графиня! – раздраженно махнул рукой дел Антонио. – Она про какие карты – про игральные. А я тебе про какую? Про точную карту Москвы!

«Лучше бы уж про тройку-семерку-туза, – про себя вздыхал Лев. – На них бы денег выиграть – и на работу не ходить…»

Но дед Антонио уже блуждал где-то, совершенно не интересуясь больше Львом. Со скрипочкой, происхождения которой в воспоминаниях деда так никогда и не удавалось установить. А то вдруг замирал и начинал хватать воздух ртом… Лев пугался, но оно быстро проходило.