Город за изгородью - Эли Фрей

На том месте, где раньше были Лоскутки, теперь строят отели. Жителей переселили немного севернее и восточнее – ближе к граничному забору, на холмы, по которым Кит всегда шел к забору, чтобы встретиться со мной. Грустно видеть вместо привычных наставленных тесно друг к другу расписных бараков новенькие корпуса отелей, какие-то уже достроены, какие-то еще нет.

Четырехэтажные блочные новостройки – вот где теперь обитают жители Лоскутков. Ни бараков и серых узких переулков, ни наваленных бочек и вагонеток, приспособленных под разные нужды, ни злачных кабаков в подвалах. Прямые дороги и ровные дома, деревья, растущие стройными рядами. Это место превратилось в обычные окраины и растеряло всю свою изюминку. Лоскутки умерли, все, что осталось в память о них, – несколько рисунков, которыми жители украсили стены своих новых домов. Они восстановили самые удачные и запоминающиеся картины, я вижу нарисованный балкон с дамой в пышном платье, башенные часы, поле с цветами, Лондон и Париж.

Я вхожу в нужный подъезд, поднимаюсь на второй этаж и еще некоторое время стою перед дверью, не в силах позвонить в звонок. В это время я вспоминаю, как после нашего первого поцелуя с Китом я бежала по узким вонючим переулкам Лоскутков, и думаю о том, что тот день был переломным в моей жизни. В тот день я сделала выбор. Я выбрала Кита. Какой была бы моя жизнь, если бы я пошла по другой дороге? Я вспоминаю Диди и Лулу, нашу уютную квартирку на чердаке, учебу и безбашенную жизнь в Берлине. Наверное, моя жизнь осталась бы там, в Берлине. Рядом с Джердом. Жалею ли я, что не осталась там? Я не могу ответить на этот вопрос. И никто не может. Я уверенно жму на кнопку звонка.

– Хоня! – возмужавший и покрупневший Кирилл сгребает меня в охапку, заслоняя обзор. Мне хочется заплакать – я снова дома, с родными мне людьми!

– Кир! Как же я соскучилась!

После Кира приходит очередь объятий с Верой.

– Здравствуй, Ханна! Ты совсем не изменилась, все такая же красотка!

– Я очень рада вас видеть!

Вера и Кирилл расходятся в сторону. Взгляд падает на Архипа, на его светлую шевелюру и глаза-льдинки. В горле пересыхает, а ладони от страха покрываются потом. Вражда кончилась давно, мы оба повзрослели, но от прошлого не убежать.

Я не знаю, что он чувствует, снова увидев меня. Я помню слова записки, которую я получила от него в день моего отъезда. Эти слова абсолютно не вяжутся с его поступками. Глаза не выдают его. Он стоит с прямой спиной, не выражая никаких явных эмоций. Вежливо кивает мне.

– Здравствуй, Ханна.

– Здравствуй, Архип, – я коротко киваю ему в ответ… И перевожу взгляд на человека, который стоит рядом.

На глаза наворачиваются слезы – он совсем не изменился! Это нечестно! Я ожидала увидеть совсем другого человека. Но передо мной стоит мой Кит-Wal. В голове рождается наивная мысль, в которую мне очень хотелось бы поверить, – это чья-то злая шутка, на самом деле с Китом ничего не произошло! Вот он стоит передо мной, совсем такой, как раньше! Вот сейчас он улыбнется и скажет: «Здравствуй, Пряничная девочка!». И все будет как в моих мечтах. Мы будем вместе и однажды на холме построим свой маленький домик, где будем счастливы.

Он смотрит на меня, улыбаясь. Архип пихает его в бок. Кит подпрыгивает от неожиданности, подходит ко мне. Смотрит с легким испугом, быстро тараторит заученную фразу: «Здравствуйте-меня-зовут-Кит-рад-с-вами-познакомиться-вы-очень-красивая!», протягивает букет цветов, так быстро, будто пытается избавиться от бомбы, и убегает обратно на свое место, где прячет руки за спиной и, уткнув глаза в пол, сосредоточенно выводит мыском на полу невидимые кружочки и полосочки.

Я прячу слезы в букете из красных роз, желтых астр и ромашек. Это не мой Кит. Мой Кит знает, что цветы должны расти в земле. Он никогда не подарил бы мне сорванные цветы. Все вокруг смотрят на меня и Кита. Они ждут моей реакции. Больше всего на свете мне хочется бросить на пол этот дурацкий букет и убежать прочь. Забраться на холм, привалиться спиной к вагонетке и дать волю слезам. Но вместо этого я улыбаюсь и восторженно говорю:

– Очень красивые цветы! Спасибо! Я тоже очень рада познакомиться с тобой, Кит.

Эти слова и улыбка даются мне с огромным трудом. Но после того как я выговариваю эту фразу, все выдыхают с облегчением. Первый барьер преодолен, внешне все выглядит прекрасно.

Мы идем в комнату, где я вижу стол, заставленный праздничными блюдами. Я сажусь на один конец углового дивана. Кит с мамой – на другой. Кирилл садится на мою сторону между мной и Китом. Свободное место остается только рядом со мной с другой стороны, и я вижу, что Архип не очень хочет его занимать, но деваться некуда. Мне тоже не особо хочется сидеть с ним рядом.

Мы уминаем за обе щеки необыкновенно вкусные блюда, которые Кирилл с Верой готовили вместе, отмечаем новоселье жильцов и мое возвращение. Мне задают вопросы о жизни в Германии, я с увлечением рассказываю об учебе, университете, местах, где я побывала, искоса смотрю на Кита – Кирилл дал ему пазл, и он, не слушая меня, увлеченно раскладывает на столе фрагменты картинки.

– Пришло время подарков! – говорю я и встаю из-за стола, чтобы забрать свой рюкзак и принесенные пакеты.

Я вижу, что Кит оживляется: непонятные разговоры о непонятной стране ему слушать скучно, а вот слова о подарках его очень взбодрили.

Я достаю привезенные футболки – для мальчиков, косметику – для матери семейства, для всех – деликатесы, магнитики, всякую мелочевку для дома, огромную коробку мармелада и лично для Кита – большую картонную коробку с разборной моделью самолета.

Я видела, что многие в Германии носятся с такими самолетами – пилотажная модель оснащена двигателем и быстро летает по кругу на тонких тросах-кордах. Это не игрушка, а настоящий спортивный снаряд, по ним проводятся массовые соревнования. Летают они очень быстро, почти молниеносно, полет такого самолета – это эффектное и яркое зрелище. Под руководством Кирилла и Архипа, я уверена, Кит сможет управлять этой моделью, и думаю, что его взрослые «братья» сами с удовольствием попробуют себя в пилотировании. Здесь подобное увлечение может встречаться только в крупных городах, до Чертоги такие пилотажки еще не добрались и вряд ли доберутся в ближайшие годы.

– Это тебе, Кит. – Я протягиваю ему легкую коробку, он радостно выхватывает ее у меня из рук.

– Что нужно сказать? – укоряет его мама.

– Спасибо, Ханна, – смущается он и утыкает нос в коробку.

Все головы склоняются над коробкой, всем ужасно интересно, что же там внутри. Я красочно и в подробностях объясняю, что это такое, показываю всем видео на телефоне.

– Вау! – Кит с любопытством смотрит видео. – И у нас он тоже сможет так летать?

– И даже лучше! – улыбаюсь я.

Мы с мальчишками располагаемся на полу и увлеченно собираем модель, Вера убирает со стола.