Согретые солнцем - Светлана Талан

– Ты? – Она поднялась с места и растерянно смотрела на мужчину. – Не может быть!

– Ромашечка?! – произнес он.

Это был его голос! Она запомнила его на всю жизнь, он снился ей ночами, и пусть годы изменили внешность, но так произнести это слово, «Ромашечка», мог только он, Ростик – взрослый, возмужавший, в очках, но с такой же милой и доброй улыбкой.

– Росточек! – невольно вырвалось у нее. – Как ты здесь оказался? Или это сон?

– Это не сон, это судьба, – сказал он дрогнувшим от волнения голосом.

Его притяжение действовало на Романию сильнее земного. Она не стала раздумывать, женат ли он, помнит ли он все, что между ними было, – ее охватило непреодолимое желание оказаться хоть на миг в его теплых объятиях, прижаться к его груди, закрыть глаза и слушать, как бьется его сердце, а потом будь что будет! Она сделала шаг навстречу и мгновенно оказалась в его руках.

– Ромашка! Моя милая Ромашечка! – повторял Ростик, прижимая к себе вздрагивающее от рыданий худенькое тело. – Моя девочка, моя славная, все хорошо, все хорошо, только не плачь.

– Это я… от радости, что встретила тебя, – всхлипывая, произнесла она.

– Пойдем отсюда, здесь так холодно, а нам нужно поговорить, – сказал он, утирая росинки слез с ее лица.

– Там моя машина, – указала она.

– И моя рядом, – улыбнулся Ростик.

– Поедем ко мне домой, – предложила Романия. – Я включила отопление, наверное, в доме уже тепло.

Они зашли в дом, где воздух уже немного прогрелся. Романия вскипятила чайник, заварила чай.

– Извини, но тут нет никаких продуктов, – сказала Романия. – Я приехала сюда на один день. А как ты оказался в поселке?

– Вернулся в страну из Лондона, потянуло в родные края. И, как я вижу, не напрасно! Даже не надеялся встретить тебя здесь, просто хотелось вспомнить, как все было.

– Не надеялась и я, но мы встретились случайно.

– Все в этой жизни не случайно, и эта встреча – не исключение. Расскажи, как ты жила все это время, – попросил Ростик.

– Расскажи ты мне, почему так со мной поступил, – потребовала Романия. – Я ведь тебя так любила!

– Как я поступил? – удивился Ростик.

– На вечеринке в честь Восьмого марта ты пошел с моей сестрой в наш домик. Зачем? Почему ты с ней тогда переспал? Объясни мне хоть сейчас, когда это уже не имеет никакого значения.

Романия смотрела ему прямо в глаза и увидела, что Ростислава действительно очень удивило услышанное.

– С сестрой? С какой?

– С Ангелиной. Она утром мне все рассказала.

– Это ложь! Наглая ложь! Я никогда не позволил бы себе такое!

– Геля рассказала, какое одеяло было в нашем домике. Откуда она могла это знать?

– Это нетрудно узнать, заглянув днем в окно домика. Рома, я клянусь тебе, что у меня даже в мыслях не было с ней встречаться! Я был влюблен в тебя так, что вообще никого в этом мире не видел, кроме тебя одной. Я не знаю, зачем Геля все это сочинила, но теперь догадываюсь, почему ты меня тогда начала избегать.

– Да, именно после того, как…

– Если ты мне не веришь, дай мне номер Гели, я при тебе ей позвоню и попрошу объясниться.

– Не надо. Это унизительно.

– Прости. Я не хотел тебя обидеть. Ты мне веришь, Ромашечка?

– Выходит, что мы расстались из-за моей глупости? – Романия печально улыбнулась.

– И из-за моей тоже, – вздохнул Ростислав. – Я не был достаточно настойчив, не смог добиться от тебя объяснений. Просто рано сдался, уехал учиться. Мы сами растеряли то, что не всем дано, – любовь.

– Что теперь кусать локти? Росточек, расскажи о себе, – попросила Романия.

Он рассказал, как после окончания школы уехал учиться за границу, там и остался работать.

– Отец нашел себе женщину, у них родился сын, теперь у меня есть брат, – сказал Ростислав.

– А у тебя есть семья?

– Не сложилось как-то. Да и не могло быть иначе.

– Почему? – удивилась Рома.

– Я, оказывается, однолюб. Пытался тебя забыть – не вышло. Всех девушек сравнивал с тобой, но они были не такие, как ты. Тогда я понял, что другой такой мне не найти, вспомнил все наши встречи до мельчайших деталей и вынужден был поднять руки вверх и сознаться самому себе, что люблю тебя, Ромашечка, так же сильно, как и тогда. Я понимал, что прошлого не вернуть, но чтобы от него оторваться, нужно было на миг вернуться к нему. Вот я и приехал сюда, пошел на мостик и встретил тебя.

Он смотрел на Романию так ласково, с такой любовью, как и тогда, когда они были совсем юными. У Ромы сердце наполнилось нежностью и теплом, так что защипало в глазах, словно в них насыпали песка. Она понимала, что теперь ее очередь говорить о себе, но не знала, с чего начать. Она рассказала о разрыве с сестрами, о смерти родителей, о том, как не пошла учиться в институт и осталась без высшего образования.

– В отличие от тебя, я делала ошибки, – призналась Романия.

– Все люди ошибаются, главное – это вовремя понять и остановиться, – сказал он. – Признать свои ошибки может только достойный человек, попросить прощения – мужественный, восстановить отношения – сильный.

– Мне казалось, что я смогла тебя забыть, вычеркнуть из своей жизни, оставив только воспоминания, но и те я спрятала на самое дно души, чтобы в холодные будни доставать оттуда и ими согреваться, – тихо говорила Романия. – Это было моей маленькой тайной, к которой не было хода посторонним, и только я одна могла жить этими воспоминаниями о наших встречах. Затем я поехала в Польшу на заработки, где встретила одного мужчину. Тогда мне показалось, что он действительно меня любит, он многое обещал, и мы даже строили планы на совместное будущее.

– Если тебе неприятно вспоминать, то не надо, – сказал Ростислав, заметив волнение Ромы.

– Нет, все нормально, – ответила она и продолжила: – Тогда я решила, что наша связь сможет стать той основой, которая поможет навсегда зацементировать воспоминания о тебе, но так случилось, что мой избранник просто использовал меня. Он был женат, имел двоих детей, и мне пришлось заливать бетоном неприятные воспоминания уже о нем.

Романия поднялась и поставила чайник на плиту.

– Что-то меня знобит, – сказала она.

– Ты не простыла?

– Нет. Это, наверное, нервное. – Она виновато улыбнулась. – Я должна рассказать о том, что было дальше.

– Ты ничего не должна, – сказал он. – Если не хочешь, не говори, расскажешь потом, у нас ведь вся жизнь впереди.

Ростислав заметил, как тень грусти мелькнула на ее лице, но Романия умело переключила его внимание на рассказ о своей жизни. Она поведала о том, как узнала о своей беременности и поехала с подругой к отцу ребенка, как он ее унизил и она осталась в одиночестве.