Провальное дело мальчика-детектива - Джо Мино

Мальчик-детектив едет в такси и смотрит на темный осенний лес, мелькающий за окном. У него на лице лежат тени, похожие на тонкие руки мертвых. Таксист, полный дяденька с рыжей бородой и сверкающими глазам, обращается к Билли:

— Как-то оно подозрительно: ехать в лес посреди ночи. Да, весьма подозрительно, я бы сказал.

Билли молчит, не отвечает.

Опять пошел дождь. Мальчик-детектив выбирается из машины. Не говоря больше ни слова, таксист срывается с места и уезжает. Красные габаритные огни растворяются в темноте. Билли стоит, обмирая от страха. Его очки затуманились. Рука, сжимающая фонарик, побелела от напряжения. Билли перебирается через дощатую баррикаду, проходит мимо щитов, на которых написано «Мельничья пещера» и «Проход запрещен», и входит в пещеру.

Странные звуки, крики животных, стук капель о камни, непонятные стоны разносятся эхом в кромешной тьме. Билли поскуливает от страха, но все равно упрямо идет вперед. Крики становятся громче, они приближаются. Билли испуганно замирает на месте, потом разворачивается и хочет бежать, но поскальзывается на влажной земле, падает и видит, как над ним пролетает сова. Он и не знал, что совы умеют кричать — он всегда думал, что совы ухают. Мальчик-детектив тихонько смеется и качает головой. «Все в порядке, Билли, — уговаривает он себя. — Все хорошо». Он встает и идет дальше. Проход — узкий и низкий. Билли приходится пригибаться, чтобы не задевать головой потолок, влажный и склизкий. Под ногами течет вода. Билли выходит в небольшую пещеру, останавливается, растирает онемевшие пальцы, смотрит вверх — и там, наверху, сотни и сотни летучих мышей. Только они совсем мелкие. Наверное, детеныши. Они разом срываются с потолка и проносятся черным взвихренным потоком прямо над головой Билли, который кричит дурным голосом. Потом, слегка успокоившись, идет дальше. В следующем тоннеле он набредает на целый выводок тонущих слепых крысят, которые пищат и визжат, сражаясь с потоком воды. Билли хватает какую-то размокшую прогнившую деревяшку, перетаскивает на нее крысят и пускает «плот» по воде. Тоннель кончается очень быстро. Это последняя, самая дальняя пещера. Билли вжимает ладонь в мокрый камень. Он не может поверить, что это — конец. Дальше дороги нет. Только — тьма. Только — ничто.

— Ничего, — шепчет он. — Ничего. Никакого ответа.

Он уже собирается уходить и тут замечает, что поток воды у него под ногами слегка отклоняется в сторону и течет дальше. Светя фонариком себе под ноги, Билли идет вдоль подземного ручья и видит, что тот утекает в какое-то маленькое отверстие в стене пещеры — в дыру, заваленную камнями. Билли яростно разгребает завал. Из отверстия пробивается свет. Какой-то странный, нездешний, серебристо-синий свет. Билли продолжает ворочать камни и наконец освобождает проход. Тоннель очень узкий, но пролезть можно. Билли ползет на четвереньках сквозь сумрак, подсвеченный странным серебристым сиянием, и все равно светит себе фонариком. Потому что серебряный свет очень тусклый и его не хватает. Билли ползет вперед — и вдруг замирает на месте и ошеломленно глядит наверх. Там, на плоском участке гладкой скалы — маленький отпечаток руки. Билли направляет туда луч фонарика. Рядом с отпечатком руки явственно проступает слово, написанное грязью: «Абракадабра».

Билли смотрит по сторонам и видит, что здесь не один отпечаток. Они здесь — повсюду. Сотни маленьких черных ладошек. Очередная загадка.

Билли кричит:

— Кэролайн?

Он прикасается к надписи на потоке.

— Кэролайн?

Тоннель сужается. Теперь Билли приходится ползти по-пластунски. Еще несколько ярдов — и надо снять куртку, чтобы протиснуться дальше. Еще пару ярдов — и надо снять свитер. Билли бросает куртку и свитер в тоннеле — он их заберет на обратном пути — и ползет дальше. Теперь проход расширяется. Уже можно встать на четвереньки, уже можно выбраться из ручья на узенькую каменную дорожку. Вся дорожка завалена женской одеждой: туфли на высоких каблуках, изящные сумочки, ленты, чулки, платья, белье, свитера. Билли берет одну сумочку, открывает. Сумка набита деньгами. Он ползет дальше — по следу из разноцветной одежды. Ослепительно-белый свитер выделяется ярким пятном в полумраке. На свитере вышита монограмма: ДХ. Билли берет свитер в руки, рассматривает. Он такой мягкий и легкий и рассыпается пылью в его руках. Тут же, рядом, лежит серебряная заколка. Рубин в заколке мерцает под лучом фонарика, словно алое сердце, которое бьется искрящимся светом. Билли рассматривает заколку. Сзади, на серебряной скобочке, выгравирована надпись: «Дейзи от папы».

— Дейзи Холлиз… все-таки, это был не Убивец Ковальцевич. — Билли светит фонариком на серебряную заколку. — Он бы точно снес ее в ломбард.

Билли кладет заколку на камень и ползет дальше. Серебристо-синий свет становится все ярче и ярче, и наконец мальчик-детектив выходит к большому подземному озеру с маленькими водопадами среди сверкающих серебристых и темно-коричневых камней. Билли светит фонариком на воду и видит обнаженное тело молоденькой девушки. Ее длинные волосы колышутся, словно водоросли. На глазах лежат серебристые монетки по десять центов. Вся усыпанная мелочью — по двадцать пять, десять и пять центов, — она лежит на искрящемся ложе из тех же мелких монеток. Билли кричит и зажимает себе рот ладонью.

— О, нет… нет.

Билли отводит фонарик от мертвой девочки… и видит еще одно тело — еще одну девочку, тоже полностью обнаженную. Она тоже усыпана серебряными монетками, сверкающими в ярком свете фонарика. Билли склоняется над водой. Ему страшно, он весь дрожит. Он закрывает глаза рукой, но все равно смотрит сквозь пальцы и видит… Это действительно страшно: на дне потаенного озера, скрытого в глубинах Мельничьей пещеры, лежит несколько дюжин тел. Все — молодые девчонки. Все — обнажены, как русалки. Их длинные волосы колышутся под водой. Их распахнутые глаза — неживые, как будто стеклянные. И повсюду — искрящиеся монетки. На телах, под телами — везде.

Билли направляет луч фонарика вверх и видит отверстие в потолке тайной пещеры, на высоте в сотню футов над озером. Билли смотрит туда, в темноту.