Провальное дело мальчика-детектива - Джо Мино

В начале серебряной линии, в конце другой линии, замкнутой кругом, найдешь старые меха — и обрящешь сокровища.

Пенни, вся в радостном предвкушении, хлопает в ладоши.

Билли глядит на нее и не может сдержать улыбки.

— С чего начнем? — спрашивает она.

— Может, с серебряной линии? Серебро сразу наводит на мысли о драгоценных металлах, ювелирных изделиях…

— Или о каких-то машинах…

— Или о географической точке типа месторождения серебра. «В начале серебряной линии». Может быть, это какие-то горы? — говорит Билли задумчиво.

Пенни смотрит на автобусную остановку — чуть дальше по улице, на углу.

— Или… или маршрут автобуса.

— Маршрут автобуса? — улыбается Билли.

— Маршрут серебряной линии.

На стенке автобусной остановки висит расписание, и там написано: «СЕРЕБРЯНАЯ ЛИНИЯ: будние дни, выходные дни, ночное время».

Билли смотрит на расписание, раскрыв рот. Пенни победно кивает.

— В начале серебряной линии, — говорит Билли и уважительно смотрит на Пенни, пораженный ее наблюдательностью и догадливостью.

Возбужденные и взволнованные, Билли и Пенни садятся в автобус. Они сидят рядом и пытаются разгадать следующую часть загадки. Билли не может сосредоточиться. Он считает веснушки на носу Пенни. Моргает и пересчитывает еще раз. Их там четырнадцать — четырнадцать мелких янтарных капелек.

— «В конце другой линии, замкнутой кругом», — шепчет Билли. — Круг, круг… где у круга конец? Ладно, приедем на место, посмотрим.

— Да, — тихо вздыхает Билли, не сводя с Пенни глаз.

Город за окнами автобуса проносится мимо. Билли вдруг замечает, что держит Пенни за руку, и краснеет, смутившись.

— А что там за сокровища? — спрашивает она.

— Не знаю. Может, и нет никаких сокровищ, — отвечает он очень серьезно.

— Нет, мы обязательно что-то найдем. Старинную шкатулку. А внутри будет огромный бриллиант. Или несколько сотен рубинов. Или старинный золотой медальон с портретом красивой женщины.

Водитель автобуса кричит через плечо:

— Так, ребята. Конечная остановка. Конец и начало маршрута. Все дружно выходим.

Билли и Пенни выходят и смотрят по сторонам. Здание автобусной станции — старое полуразрушенное серебристое строение, — лес, железнодорожные рельсы, какое-то поле. Билли и Пенни стоят и смотрят. Сердца у обоих бьются в бешеном ритме. От волнения и счастья.

— И что теперь? «В конце другой линии, замкнутой кругом». Линия, замкнутая в круг. Что это может быть? — спрашивает Пенни. Потом видит что-то, хватает Билли за руку и тянет его за собой.

Внимание Пенни привлекла старая ржавая крышка канализационного люка в конце заброшенных железнодорожных путей. Собственно, это даже не люк и не крышка, а круглый колодец, закрытый решеткой. Билли и Пенни смотрят сквозь прутья решетки — в мутную темную глубину. Билли с сомнением качает головой.

— Оно там, внизу. Я уверена, — говорит Пенни.

— Правда? — уточняет Билли.

— Да. Я бы спрятала сокровища именно здесь… ну, если бы мне пришлось прятать сокровища. Тут совсем рядом — автобусная остановка. Можно что-нибудь спрятать по-быстрому и тут же вернуться. И никто ничего не заметит.

— Просто мне как-то не хочется туда лезть, — говорит Билли.

Пенни снимает очки и отдает их Билли. Потом наклоняется, одним рывком приподнимает решетку, сдвигает ее и кладет к ногам Билли.

— Смотри. Здесь есть веревка.

И точно: там есть веревка, привязанная к черной трубе, покрытой ржавчиной и жирной грязью. Не говоря больше ни слова, Пенни лезет в колодец.

Билли кричит ей сверху:

— Подожди! Подожди!

Но Пенни уже спустилась до самого низа.

— Он неглубокий! Но здесь очень пыльно!

— Ты там осторожнее!

— Как там дальше в загадке?

— «Найдешь старые меха…»

— Может быть, он имел в виду пыль? Пыль похожа на старый мех. Пушистый и пыльный. И от него кашляешь.

— А там еще что-нибудь есть, кроме пыли?

— Монетки валяются. Какая-то фуражка. Наверное, машиниста. И еще — старый аккордеон. Очень старый и сломанный.

— Вот оно! — кричит Билли и хлопает в ладоши.

— Ага!

— Давай, я тебя вытащу!

Билли вытаскивает Пенни наружу. Она отдает ему сломанный аккордеон — золотой с красным, весь сморщенный и побитый. Билли пытается извлечь хоть какой-то звук, жмет на пыльные белые клавиши. Но инструмент безнадежно умер.

— Да, похоже, и вправду сломанный, — говорит Билли.

Пенни берет аккордеон, легонько встряхивает его и улыбается.

— Кажется, там внутри что-то есть.

Билли с Пенни внимательно осматривают мехи, отсоединяют пружинки, которыми они крепятся к корпусу, где клавиши — и там, внутри, лежит записка, которая блокировала клапаны и не давала проходить воздуху. Билли с Пенни читают записку:

Мальчику или девочке, которые это найдут:

Мистер Говард Лант, девяти лет от роду, спрятал здесь эту записку 24 апреля 1902 года. Я вас поздравляю! А теперь положите записку на место, чтобы ее смог найти кто-то еще.

Подписано собственноручно

мистером Говардом Лантом, президентом лиги

любителей детективов.

Билли и Пенни смотрят друг на друга и улыбаются. Мальчик-детектив кивает, радостный и довольный. Потом кладет записку на место, прикрепляет мехи к корпусу и осторожно опускает аккордеон обратно в колодец. Потом они с Пенни возвращаются к автобусной остановке. Тучи расходятся, светит солнце.