Граница вечности - Кен Фоллетт

Ребекка вскрикнула.

Веревка порвалась, и Бернд камнем полетел вниз.

Толпа бросилась врассыпную.

Бернд упал на тротуар с отвратительно глухим ударом и затих.

* * *

Тремя днями позже Бернд открыл глаза, посмотрел на Ребекку и произнес:

— Привет.

Ребекка проговорила:

— Слава богу.

Все это время она ужасно волновалась. Врачи говорили ей, что он придет в сознание, но она не могла поверить в это, пока сама не увидела. Он перенес несколько операций, а в перерыве между ними ему давали в большом количестве лекарственные средства. Сейчас она впервые увидела на его лице осознанное выражение.

Сдерживая слезы, она наклонилась над больничной койкой и поцеловала его в губы.

— Ты вернулся, — произнесла она. — Я так рада.

— Что случилось? — спросил он.

— Ты упал.

Он кивнул:

— Крыша. Я помню. А дальше?

— Полицейский перебил веревку.

Он посмотрел вдоль своего тела.

— Я в гипсе?

Она с нетерпением ждала, когда он придет в себя, но в то же время ей было страшно представить, как это произойдет.

— Ниже поясницы.

— Я… Мои ноги не двигаются. Я не чувствую их. — В его голосе звучали нотки отчаяния. — Мне ампутировали ноги?

— Нет. — Ребекка глубоко вздохнула. — У тебя сломаны кости ног, и ты их не чувствуешь, потому что спинной мозг частично разорван.

Бернд на некоторое время задумался и потом спросил:

— Он заживет?

— Врачи говорят, что нервы могут срастить, но это будет нескоро.

— Так что…

— Так что некоторые функции ниже пояса со временем восстановятся. Но больницу тебе придется покинуть в кресле-каталке.

— Они не говорят, сколько времени это займет?

— Они говорят… — Она старалась не заплакать. — Ты должен быть готов к тому, что так останется навсегда.

Он отвернулся.

— Я калека.

— Но мы свободны. Ты в Западном Берлине. Нам удалось бежать.

— Бежать и оказаться в инвалидном кресле.

— Не надо так думать.

— Что я буду делать?

— Я все решила. — Ее голос звучал уверенно, более уверенно, чем она это чувствовала. — Мы поженимся, и ты будешь преподавать, как раньше.

— Сомнительно.

— Я уже звонила Ансельму Веберу. Ты помнишь, он директор школы в Гамбурге. У него есть места для нас обоих, с сентября.

— Учитель в кресле-каталке?

— Какое это имеет значение? Ты можешь объяснять физику так, что будет понятно самому тупому ученику в классе. Для этого ноги не нужны.

— Тебе хочется выйти замуж за калеку?

— Нет, — сказала она. — Но я хочу выйти замуж за тебя. И я это сделаю.

Он заговорил резким тоном:

— Ты не можешь выйти замуж за человека, у которого отсутствуют функции ниже пояса.

— Послушай меня. — Она выговаривала слова твердо и решительно. — Три месяца назад я не знала, что такое любовь. Я только сейчас нашла тебя и не собираюсь терять. Мы бежали из ада, мы уцелели, и мы будем жить. Мы поженимся, будем преподавать в школе и любить друг друга.

— Я не знаю.

— Я хочу от тебя только одного, — добавила она. — Ты не должен терять надежды. Вместе мы справимся со всеми трудностями и решим все проблемы. Я смогу вынести все невзгоды, до тех пор пока ты со мной. Обещай мне, Бернд, что ты никогда не сдашься. Никогда.

Наступила длинная пауза.

— Обещай, — повторила она.

Он улыбнулся:

Ты тигрица, — сказал он.