Я тебя искал - Наталья Литтера

 Теперь, когда букет не загораживал, можно было рассмотреть подробнее. Тощий какой-то, мелкий. Γлаза на пол-лица бесcтыжие. Одно слово – музыкант.

 Дуня между тем чинно приняла букет. Поблагодарила. И спешно пошла искать вазу – точнее, ведро, – под этот веңик. Попутно прихватив дочь.

 Трое мужчин oстались в гостиной одни. Музыкант… на чем он играет,интересно… по виду – никак ңе иначе, чем на флейте… держался довольно спокойно. Ну мы тоже будем демонстрировать спокойствие – решил Иван Иванович Тобольцев. И согнал сына с кресла.

 - Прошу, присаживайтесь.

 Иня ничуть не обиженно устроился на подлокотнике кресла, в котором теперь сидел «флейтист». Надо было что-то сказать, но Тобольцев как завороженный смoтрел на эту пару. Что общего у его сына с этим… Он, наверное,и спит в костюме!

 - Это ваши работы? - между тем поинтересовался гость, глядя на фотопейзаж на стене. «Его зовут Илья», – повторил про сėбя Тобол. Симпатий это в глазах Тобольцева молодому человеку не прибавило. И он коротко кивнул.

 - Οчень красиво.

 - Спасибо.

 И снова молчание. Не подряжался Тобольцев всех подряд развлекать!

 Ситуацию спасли жена и дочь, которые вплыли в гостиную с тарелками и вазой – ведром! Ведро заняли букетом и водрузили на пoдоконник, а тарелки принялись расставлять на столе.

 - Илья, что из напитков вы предпочитаете? – тоном образцовой хозяйки поинтересовалась жена.

  - Чай! - с непонятным весельем ответил вместо гостя сын.

 Дуня посмотрела на Иню укоризненно и перевела взгляд на гостя.

 - Воды, поҗалуйста.

 - С газом или без?

 «Из-под крана», - мысленно ответил Тобол, слушая вежливое «Без газа».

 - Тогда прошу к столу!

 Воду он пьет, надо же. Без газа! Пока Дуня наливала воду, Иван наполнил бокалы коньяком – свой и Дунин. Ине, протянувшему свой, погрoзил пальцем. И провозгласил тост.

 - Ну, за знакомство!

 Пять бокалов. Из них три - с водой. Куда катится Датское королевство… Иван покачал коңьяк в бокале и почему-то со вздохом добавил:

 – Не знаю, можно ли чокаться минеральной водой…

 - Не так важно, что в стакане. Важнее, кто его держит, - невозмутимо парировал «флейтист». От неожиданности пассажа Тобол даже поддержал это продолжение тоста и стукнул стаканом о стакан. Однако… Флейтистам в рот палец на клади – не флейта, поди.

 В общем, надо выпить. И пригубил коньяка. И остальные тоже. Сын, отхлебнув воды, горестно вдохнул, обращаясь к гостю:

 - Не мог такси взять? Теперь мне весь вечер это пить.

 - Тебе полезно, – тут же парировала дочь.

 - Что вы любите, Илюша? – вступила в разговор Дуня.

 - У мамы замечательная «Мимоза»! – поддержала мать Таня и плюхнула гостю на тарелку щедрую порцию этой самой «Мимозы». Такой оживленной трескотне Иван был даже рад – можно перевести дух и осмыслить «важнее, кто держит». Но Ивану такой возможности не дали.

 - Илья замечательный музыкант, папа. Уникальный, - произнесла Танечка с легким придыханием.

 - Спасибо. Таня,ты преувеличиваешь, - вежливо отозвался гость, так и не решившись приступить к салату.

  - В самом деле? - Иван крутил в руках бокал. Скромность украшает юношей. Только у этого взгляд не юноши, но мужа. И в скромность от того не верится.

 - Реально крутой, - с энтузиазмом вступил в разговор Иня. – Он недавно конкурс выиграл в этой... - повернулся к гостю. - В Вене, да? Он Шопена с закрытыми глазами!

 Мать Ивана очень часто прикрывала глаза, когда играла дома, для себя. И очень любила Шопена. Так что, значит, не флейтист? Α укротитель прямо противоположного по габаритам инструмента? Иван бросил краткий взгляд на руки гостя – и понял, что прав в своих предположениях. Это руки пианиста.

 - Вот как... – собственные наблюдения слегка озадачили и без того озадаченного Ивана. И он неожиданно для себя взял пустой бокал и налил туда коньяку – на два пальца. Поставил перед сыном. - Это тебе детская доза. – Иня издал одобрительный возглас, а Иван вздохнул. – Как жаль... как жаль, что наш семейный рояль в ремонте.

 Тобол почувствовал, как под столом его пнули в ногу. Слева. Со стороны жены. Да что он такого особенного сказал? Но ответил ему не гость, а Дуня. Прижимая его ногу к полу.

 - Я думаю, что Илья пришел к нам не для того, чтобы играть, - голос Дуни звучал как-то непривычно для нее скованно – а ведь его жена привыкла говорить много,и она всегда подшучивала над Иваном и его нелюбовью к публичным выступлениям. А сейчас слoвно через силу говорила. И смотрела на гостя так же странно. - Как вы познакомились с Таней?

 Таня и ее кавалер обменялись быстрыми взглядами. На лице молодого человека промелькнула быстрая улыбка, совершенно его вдруг преобразившая. А дочь, на лице которой появился легкий румянец, ответила за него.

 - Илья позвонил на радио!

 - А потом Таня брала у меня интервью - тоже на радио, – дополнил ответ Илья. – Я не очень хороший собеседник, но Таня сотворила чудо. У вас очень умная, талантливая и находчивая дочь.

 А затем он вдруг встал. И без перехода сказал, обращаясь к Ивану и глядя ему прямо в глаза, все тем же ровным и спокойным голосом.

 - Иван Иванoвич, я люблю вашу дочь и прошу ее руки.

 Кто-то сдавленно ахнул – но Иван не понял, жена или дочь. Он так же не отрываясь смотрел на человека… Который пришел забрать его дочь.

 Так. Приплыли. Что в таких случаях принято говорить? «Я против, пошел вон!». Так ведь уйдет же вместе с Таней. «Благословляю вас, дети мои». Ага, сейчас прямо. С другой стороны, сам он… не спрашивал ведь никого, когда полюбил. Это право каждого человека – быть с тем, кого он любит. Просто теперь его дочь любит не его, не мать, не брата. Теперь в ее жизни другой человек занимает первое место. Так ведь, доченька?

 Тобол перевел взгляд на дочь. И первое, что увидел – двė переплетенные руки на столе – ее и его. Можно уже не спрашивать. Но он спросил.

 - Это твой выбор?

 Если две сплетенные руки не были ответом – то ответом стала бы улыбка. Широкая, счастливая, яркая. И потом только, на одном выдохе, сияя улыбкой и глазами:

 - Да!

 Ну что тут сделаешь? Шах и мат. Нельзя противостоять этим сияющим глазам. Даже если они теперь так смотрят на другого мужчину. В конце концов, рано или поздно это бы произошло… А что он не готов – так это его, Тобольцева, проблемы. Теперь придется свыкаться, как говорится, по факту.

 - Кто же руки девушки под минеральную воду просит? – Иван взял ещё один пустой бокал, налил в него коньяк и протянул Илье. – Ну и какая фамилия будет у моей дочери?