Серафима прекрасная - Каринэ Фолиянц

Сима поцеловала Валю.

– Ты у меня умница, все понимаешь. А все же, если бы он с Людочкой прогуляться поехал, мне было бы спокойнее!

Не предполагала Сима, что про Люду Ваня начисто забыл. И про нее, про мать, тоже забыл. Забыл все на свете!

Шумная компания во главе с Ларисой уже собиралась уходить.

– Мне счет, пожалуйста!

Ваня все смотрел на Ларису.

Она тоже постреливала глазками, но так, что и не поймешь: интересен он ей или нет? В неведении держала его Лариса. Хоть и все поняла прекрасно! Хитрая!

Ваня не глядя отдал деньги официантке и выскочил из ресторана вслед за компанией. Ребята на улице рассаживали девчонок по машинам.

– Ларик, на выход! Твоя карета уже у подъезда.

– Иду! Иду! – крикнула Лариса. На прощание она еще раз обернулась на Ивана. И таким взглядом обожгла его.

– Народ, едем в клуб «Калипсо». Там дискач! – крикнул кто-то из ее друзей.

– Нет, меня до дому подкиньте. Мне утром на работу, – громко возразила Лариса.

– Скучная ты, Ларка! – захохотали друзья.

Ваня подошел к пустому такси:

– Мне за той тачкой. Только не отставая. Заплачу – не пожалеешь.

– Это можно! – Таксист открыл дверцу.

У дома Ларисы была настоящая засада! В кустах сидели охранник Витя и Ольга, которых уволили из магазина.

– Думаешь, она из кабака домой вернется? – спросил Виктор.

– Знаю. Она такая. Если утром на работу, стопудово вернется.

– Оль, ну… мы ж не бандиты, бить ей морду.

– А кто сказал, что мы ее бить будем? – изумленно возмутилась Оля. – Просто поговорим. Ты, Витя, странный. Она нам такую подлянку устроила, а тебе ее жалко!

– Да не жалко, просто я с бабами разборки не устраиваю. – Вите явно не нравилась эта идея, но Ольгу одну не бросишь…

– Ты не устраиваешь, а я устраиваю, – завелась Ольга. – За подлости наказывают. Ты только поприсутствуй, понял!

Машина, в которой ехала Лариса, остановилась во дворе. Девушка выпорхнула из нее, помахала рукой:

– До завтра… – и пошла по дорожке к дому.

– Ну, я же говорила, вернется! Пошли! – скомандовала Оля.

Они бесшумно двинулись за Ларисой. В это время к углу дома подъехало такси Вани. Он вышел из машины и, спрятавшись за деревом, стал наблюдать за происходящим.

Лариса увидела бывших коллег:

– Что нужно?

– Угадай с трех раз!

– Да мы это… поговорить! – смутился Витя.

– Да мне с вами и говорить-то не о чем. Кто вы такие? Я вас знать не знаю и ведать не ведаю.

– Скажите, какая у нас короткая память! Это он с тобой поговорить хочет, а я… – Оля отвесила бывшей подруге пощечину. – Вот тебе, стерва! Предательница, стукачка!

– Э, ты чего, мы так не договаривались! – закричал Витя.

Но поздно. Ольга кинулась бить Ларису.

– На, получи, гадина! Прилипала! Вот тебе, за твою дорогую Ирину Александровну!

Увидев, что Ларису бьют, Ваня мгновенно оказался возле дерущихся. Ольгу он просто оттолкнул, да так, что она отлетела и села на землю, а на Витю кинулся с кулаками.

– Ты чё? Я ее трогал? – не понял Витя. – Э-э-э… Остановись, парень!

Но Ваню было не остановить!

Лариса не без удовольствия наблюдала за этим поединком сильного Вити и ловкого Вани.

Схватил охранник Ваню, а тот вырвался, да и повалил противника. Колено на грудь ему поставил, как победитель.

– Тронете ее хоть пальцем, в порошок сотру, ясно? – крикнул Иван.

– Витька, брось, бежим! Он бешеный! У нее все хахали такие – быки натуральные, – испугалась Оля.

Они бежали с поля брани… Лариса подошла к Ивану, тот, тяжело дыша, смотрел на девушку с восхищением.

– Ну спасибо. Спасли! Как вас зовут, богатырь?

– Иван.

– Иван-царевич, значит! – засмеялась Лариса.

– А вы…

– Я Лариса!

– Извините, я в ресторане на вас так пялился. Даже самому неудобно.

– Нормально! Ну пойдем, Иван-царевич, я тебя чаем угощу. Правда, надолго ко мне нельзя – квартира съемная. Да и что люди подумают. Но на часок пущу!

И плавной походкой она пошла к подъезду. А он поспешил за ней…

Симе не спалось. Приоткрылась дверь, заглянула Валечка в ночной сорочке.

– Мам, ты не спишь? К тебе можно?

– Чего спрашиваешь? Иди сюда, доченька!

Валя забралась на материнскую кровать.

– О чем думаешь?

– В соседнем районе Власова померла, Елена Алексеевна. Ну, помнишь, у ней тоже ферма и кони.

– Так это полгода назад случилось!

– А наследники за лошадками и не смотрят. Конюхам полгода не платили… Вот три жеребца ахалтекинских породистых с голоду померли. Я им звоню, говорю: продайте лошадок. А они смеются: мол, не до этого нам, пусть подыхают! Им животное – что пустое место! Держат скотину в недостроенном телятнике, на холодном цементном полу.

– Вот гады! – воскликнула девочка.

– Ничего, Ванька вернется, поедем вместе, побеседуем да и поторгуемся. Забрать их надо, Валюш. Никаких денег не пожалею. Как думаешь, поутру-то он вернется?

Лариса поила Ваню душистым чаем.

– Бедненький, значит, ты кроме своих лошадей ничего в жизни больше не видел?

– Ну… Я еще в армии был.

– И там служил в кавалерийском полку?

– Не, не удалось. Я целый год по коням скучал.

Девушка улыбнулась как роковая женщина.

– Ох, какие мы сентиментальные!

Ваня смотрел на нее внимательно.

– Ты… ты очень красивая. Я не вру. Я никогда не вру!

Лариса перестала улыбаться:

– Я знаю!

– Ты… извини, что я спрошу: а ты в кого-нибудь влюблена?

– Нет. А ты?

– А я, кажется, да! – вдруг сказал он. – Честно-честно.

– Ну и как же ее зовут? – Лариса сама придвинулась к нему поближе…

А Валюшка все сидела у мамы на кровати.

– Мам, а что ты все про ферму. Вот ты скажи, вот ты, когда такая, как я, была, ты в кого-нибудь влюблена была?

– Да, дочь. В отца твоего. Я его с первого класса любила, как нас посадили за одну парту. И такая это любовь была, что я сама себе завидую. Все на свете он был для меня. И есть…