Первый матч - Екатерина Неволина

– Здравствуйте, Сергей Петрович, – сказал он бодро (я отметил, что пиджак у незваного гостя слегка помятый, видно, он сразу с поезда). – Можно войти?.. Надо поговорить…

– Входите, раз надо, – я посторонился, пропуская его в квартиру.

Вскоре мы уже сидели на кухне. На столе стоял пакет с привезенными Беловым пряниками, а в чашках стыл зеленый чай, мой любимый.

– Мы расстались окончательно и за семнадцать лет ни разу не пересекались, – рассказывал гость, машинально помешивая в своей чашке. – И про Антона я ничего не знал… И вот теперь он позвонил мне, попросил приехать и поговорить с тобой… Поверь, Юля очень тебя любит.

– Почему же она сразу мне ничего не объяснила?..

Я встал и, отвернувшись от Белова, принялся смотреть в окно. Во дворе уже вовсю шла обычная жизнь: люди спешили на работу, выезжала с парковки машина… ничего особенного и все же…

– Ты знаешь женщин, они всегда хотят как лучше…

Я кивнул. За это время, пока я жил без Юли, я так и не научился не думать о ней. Скверно…

– Ну, в общем, вы сами во всем разберетесь. – Скрипнул стул – Белов тоже встал. – Мне пора на обратный поезд, а ты еще подумай. Она – твоя женщина, таких, как она, встречаешь раз в жизни.

Он ушел, а я еще долго смотрел в окно, а потом взял мобильный и набрал знакомый номер.

Она ответила почти сразу, и по сбившемуся дыханию в трубке я понял: Юля взволнована. Я и сам был взволнован, словно пятнадцатилетний пацан, впервые решивший пригласить на свидание соседскую девчонку.

– Юля, здравствуй, – сказал я тихо. – Мы… мы могли бы встретиться.

И она ответила: «да».

Однако встретиться в этот вечер нам оказалась не судьба.

Я подвозил домой ВасГена, уже высадил его и собирался уехать, как заметил, что к врачу подошла толпа молодых парней, настроенных агрессивно. Они задирались и явно искали, с кем бы подраться. Пришлось вылезать из машины и идти разбираться.

– Какие-то проблемы? – спросил я, становясь рядом с ВасГеном. На всякий случай.

– Это у тебя, дядя, проблемы! – зло прищурился высоченный лысый парень. – Больно, смотрю, умный.

И тут же один из парней ударил ногой, обутой в тяжелый ботинок, мне прямо в больное колено. Нога подломилась, я рухнул на землю, а на меня обрушился град ударов. Из-за невероятной боли я видел происходящее вспышками. Чья-то перекошенная злобой рожа… Испуганное лицо склонившейся надо мной женщины и ее голос: «Вот подонки! Среди белого дня…» Потом я, кажется, отключился и пришел в себя, когда мной занялся ВасГен – он, к счастью, почти не пострадал.

ВасГен вызвал «Скорую», и меня опять отправили в больницу. Как раз накануне финала. Это просто проклятье какое-то, что перед самыми важными матчами у меня что-нибудь да случается.

– Я помню, вы отказывались от госпитализации, но только не на этот раз! – заявил знакомый уже врач, взглянув на снимок.

Но нет, на этот раз сдаваться я не собирался!

* * *

– Сергей Петрович, а кого вы на финал в рамку поставите? Меня или Диму? – Семен просительно заглянул в глаза тренеру.

– Отличный вопрос… – Макеев почесал затылок. – А давай доверимся фортуне. Выбирай, Сеня, орел или решка, – он достал из кармана тусклую медную монету.

– Решка… Нет, орел! Пусть будет орел! – крикнул Бакин, покосившись на спокойного Димку Щукина.

– Тогда лови!

Монета взлетела в воздух и, со звоном упав на пол, закатилась под шкафчик.

– Мазила! – засмеялся Егор Щукин. – Ну если ты и шайбу так ловить будешь…

– Я случайно!.. Сейчас…

Семен включил фонарик, лег на пол и принялся искать монету. Так вот же она! В самом углу…

– Ну что там? – поторопил Макеев.

– Орел! – ответил Семен, в ужасе глядя на монету.

– Точно? А давай посмотрим! – тренер собирался заглянуть под шкафчик, но Бакин, вскочив на ноги, преградил ему дорогу.

– Пожалуйста, не надо! – умолял он.

– Что не надо? – переспросил Димка Щукин, и лицо его исказила кривая усмешка.

Это был провал! Вот сейчас…

– Не надо! – снова взмолился Семен.

– Что не надо? – теперь вопрос был задан совсем другим голосом… очень знакомым голосом…

– Пап? – Семен осторожно открыл один глаз.

Уф! Слава богу, это был только сон.

– Просыпайся, Сеня! Рота, подъем! – скомандовал Бакин-старший. – Ты на финал вообще собираешься?

И Семен буквально подскочил в кровати.