Хейтеры - Джесси Эндрюс

Но, как я уже сказал, она не из тех, кто любит переписываться. Поэтому мы каждый день надеемся получить от нее весточку, но ответа пока не получали.

До вчерашнего вечера. Она прислала нам письмо примерно в 22.00. Во Франции, по нашим подсчетам, было около четырех утра. Тема и само тело письма оказались пустыми. Но во вложении мы нашли один из наших треков с наложенной гитарой. А еще она добавила свой трек, с акустической гитарой и голосом. Простую песенку в стиле фолк, что-то типа Хэнка Уильямса. Ничего подобного она раньше не играла.

В обоих треках она звучала просто офигенно. Впрочем, как и всегда. Поэтому неудивительно, что в данный момент мы просто летаем от счастья. Что, если это лишь начало? Что, если она будет посылать нам новые треки каждый день, и вскоре мы выложим их в Интернет, и вы сможете их послушать? А потом однажды Эш вернется в Штаты, и мы займемся музыкой уже всерьез.

Но не знаю. Наверное, не надо забегать вперед. Ведь у нас может ничего не получиться; мало ли что помешает? Очень сложно не представлять, что может случиться в будущем, но надо, наверное, думать о том, что уже произошло. Если этим все и ограничится, пусть так; этого вполне достаточно, и я должен быть рад.

То есть нет. Конечно же, этого недостаточно. Но я все равно рад.

А в конце хочу рассказать, чем закончилось наше турне.

Мои предки сказали: попрощайся со своей подругой. Полицейские говорят, что пора уезжать. И я подошел к столику, за которым была Эш.

Та по-прежнему сидела, обмякнув, подперев голову рукой и запустив пальцы в волосы, а взгляд метался от меня к моим предкам.

На улице забарабанил ливень, и я сразу почувствовал, как в воздухе что-то изменилось; одна тяжесть сменилась другой.

Но тут я увидел, что Эш тихонько улыбается, и понял, что тоже улыбаюсь.

– Запилы – огонь, – произнесла она, и лишь в самолете на пути домой я вспомнил, что это значит.