Только слушай - Елена Филон

В номере никого не было. Скорее всего, участников ещё только везут в отель после соревнований. Видимо, Калеб покинул поле одним из первых. Или самым первым.

Спокойно собрала вещи в рюкзак, приняла душ, высушила волосы и уставилась в своё отражение в зеркале.

Губы казались краснее, чем обычно. До сих пор… До сих пор я чувствую, как они горят. Горит всё тело. Будто меня лихорадит.

Медленно выдохнула и, оперевшись руками о раковину, опустила голову.

«Зачем?»

«Зачем? Хотел бы я и сам это знать»…

Провела подушечками пальцев по губам… И резко одёрнула от лица руку.

Что же я делаю?.. Почему думаю об этом? Думаю о том, кто разбил мою гитару… О том, кто унижал меня на протяжении всех туров. О том, кто опозорил меня перед половиной мира.

Он и Дани. Это всё их рук дело.

Но почему я больше не чувствую злости?..

Его глаза… смесь чувств. Я никогда в них такого не видела. Будто это был не Шейн. Его двойник, да кто угодно, только не Шейн.

Опять притворялся? Но как можно развлекаться с такими глазами?.. Как можно изображать такое отчаянье и безысходность?.. Что вообще это было? Что с ним происходит?

И что ещё более важно – почему меня это волнует?!

Я схожу с ума. Не понимаю своей реакции. Разве я не ненавидела его в тот момент, когда поцеловала? Разве не желала его уничтожения?..

Я жаждала его уничтожения!

А сейчас всё прошло. Просто… ничего не осталось.

Раздавленной оказалась я. Во всех смыслах.

Николь вернулась через полчаса. Впервые я увидела, как она рыдает. Кажется, мы сблизились даже больше, чем того обеим хотелось. Она переживала за меня, грозилась перерезать горло каждому, кто ещё посмеет меня обидеть. Терпеливо выслушала все, что я услышала от обоих директоров, и снова взорвалась рыданиями, сидя на моей кровати и пытаясь задушить в объятьях огромную подушку.

– Прости, у меня уже два месяца не было месячных, но чувствую себя так, будто они только что начались, – выдавила она горький смешок.

– Что? – я вскинула брови, перестав натягивать любимые джинсы. – Два месяца? Думаешь, это нормально? Тест делала?

– Тест? – сквозь слёзы рассмеялась Николь. – С ума сошла, девочка?! Я не беременна!

Взглянула на подругу предостерегающе:

– Твои эмоциональные всплески говорят об обратном.

– Ладно-ладно! Я сделаю тест! Давай сейчас о главном! – Поскорее сменила тему. – Ты… ты серьёзно собралась уйти?

– Да, – вздохнула я, застегнула брюки, взяла со стола крем, что Николь не забыла забрать для меня из раздевалки, подвернула штанину и принялась густо намазывать лодыжку.

– Тейт…

– Я уже всё решила, – грустно усмехнулась я, взглянув на Николь. – Какой смысл? Я не собираюсь прыгать по сцене, тряся полуголой задницей. Я хотела играть, хотела петь, хотела доносить до людей свою музыку. Хотела, чтобы они каждое мгновение проживали со мной, чувствуя каждый звук… Но… – с досадой пожала плечами. – Мне здесь больше нечего делать.

– А Шейн?

Я сузила глаза:

– Почему ты о нём спрашиваешь?

Николь слегка смутилась и уткнула взгляд в стену.

Я резко выдохнула, вернула крем на столик и упёрла руки в бока:

– Ты смотрела его.

– Да, я смотрела видео! – громко заявила Николь, отшвырнула подушку в сторону, громко хлопнула себя по коленям и резко стихла. – Прости.

– Да ладно, было бы за что извиняться, – равнодушно бросила я и принялась прятать волосы под чёрную вязаную шапочку.

– Вы… вы… – Николь всё не решалась сказать, с задумчивым видом накручивая на палец длинный чёрный локон, – вы выглядели так…

– Как так?

– Ох, чёрт! – Николь спрыгнула с кровати и яростно всплеснула руками. – Да я чуть не разрыдалась, Тейт!!!

Я терпеливо вздохнула и снисходительно склонила голову набок:

– Говорю тебе: сделай тест.

– Это было так по-настоящему, Тейт!

– Это была чистая ложь. От и до!

Николь шумно и недовольно вздохнула, ещё какое-то время прожигала меня взглядом, затем пожала плечами и вернулась на мою кровать, поджав под себя ноги и печально вздохнула:

– Вы так хорошо смотрелись…

Я оторвалась от проверки содержимого рюкзака и строго поглядела на подругу:

– Эй, позволь напомнить, ты сейчас о Шейне говоришь! Об убийце моей гитары!