Полночь в кафе «Черный дрозд» - Хэзер Уэббер

– Запал-запал! И не спорь, милочка. Правда же, Лук?

– Втрескался по уши, – подмигнул Лук, насыпая сахар в тесто для вафель.

– Потому и старается лишний раз с тобой не встречаться. – Джина отправила бисквиты в духовку. – Именно так, мэм!

Повязав фартук, я подняла глаза и заметила на скамейке у двери мистера Лейзенби.

– С чего вы взяли, что он в меня втрескался? – поинтересовалась я и, запрокинув голову, простонала: – Как же глупо звучит!

– По двум причинам. – Темные глаза Джины весело блеснули.

– По каким?

Джина начала загибать пальцы.

– Во-первых, ты скоро уедешь, так что привязаться к тебе было бы с его стороны верхом глупости.

Что ж, это мне знакомо.

– А во-вторых?

Джина загнула второй палец.

– Может, Гидеон решил, что ваши отношения неуместны, раз он был юристом Зи.

Я отнюдь не считала, что они неуместны, но решила не спорить.

– И в-третьих, сдается мне, он что-то от тебя скрывает. Какой-то секрет.

– Уверен, ты права, – подтвердил Лук.

Джина улыбнулась.

– Я всегда права.

– Знаю. – Лук тоже расплылся в улыбке. – И футболка с такой надписью у тебя уже есть.

– Точно! – расхохоталась Джина.

Похоже, сегодня у обоих прекрасное настроение.

– Секрет? – вмешалась я, желая вернуться к теме разговора. – Какой?

Надеюсь, не окажется, что Гидеон женат и «случайно» забыл мне об этом рассказать.

– Понятия не имею, лапонька. Просто вижу: он что-то недоговаривает. Я так долго тут живу, что начала чувствовать такие вещи, – своим мелодичным голосом откликнулась Джина и вздохнула. – Признаюсь, я буду скучать по Уиклоу, хотя с нетерпением жду новых приключений.

– Скучать? Ты уезжаешь?

Джина кивнула.

– Да, мы планируем после продажи кафе отправиться в путешествие. Ну-ну, не надо так на меня смотреть! Не грусти, мы уже давно хотели повидать мир. Мы и в Уиклоу-то оказались проездом. Думали, что не останемся надолго, а в итоге задержались на двадцать с лишним лет. – Джина засмеялась.

Конечно, эти двое имеют полное право поступать так, как считают нужным. И все-таки даже мысль об их отъезде была невыносима.

– По мнению Гидеона, Уиклоу затягивает и не отпускает.

– Угу, вот так прилетишь сюда, и все: попалась птичка, – согласился Лук.

Он подошел к шкафу и, забравшись по невысокой стремянке, достал с верхней полки бумажное полотенце. Сегодня, вопреки обыкновению, Лук надел шорты, открывающие его тощие ножки-палочки, как он сам их называл. Мое внимание привлек неровный шрам на его левой голени. Отчего-то этот шрам показался мне знакомым, хотя раньше я никак не могла его заметить: Лук всегда носил длинные брюки.

– А где вы жили до этого? – полюбопытствовала я.

Лук и Джина были самыми добрыми, чуткими людьми, которых я когда-либо встречала, но о своей жизни они не распространялись.

– То тут, то там, – отозвался Лук. – В душе мы бродяги.

– И все же больше двух десятков лет прожили в одном городке. Почему?

Внезапно засуетившись, Джина начала сосредоточенно тереть влажным полотенцем форму для выпекания кексов.

У Лука дернулась щека.

– Чтобы исправить ошибки, Анна-Кейт. Чтобы исправить ошибки.

– Исправили?

– Пока нет, но мы над этим работаем. – Лук схватил нож и принялся с преувеличенным усердием резать картошку.

– Двадцать с лишним лет?

– Расхлебывать кашу, которую заварил, можно сколько угодно. Никто не торопит. – Джина обошла стол-остров, протирая его поверхность полотенцем. – Видишь ли, солнышко, иногда, прежде чем ворошить прошлое, приходится ждать, пока страсти улягутся. Со временем люди начинают на многое смотреть совсем по-другому.

– Значит, вы сейчас ворошите прошлое?

– Не покладая рук, – заверила меня Джина.

– А потом уедете? Куда? Что будете делать?

И что я буду делать без них?..

Вот дурочка! Я ведь тоже уезжаю.

– Куда глаза глядят. – Джина загремела кофейниками.

Я смахнула крошки с кухонной столешницы.

– Если честно, я надеялась, что вы останетесь и поможете мне управлять кафе.

– Ты раздумала поступать в медицинский?

– Нет. Я уже подписала договор с колледжем и должна приехать в Массачусетс первого августа, за пару недель до начала занятий, чтобы успеть освоиться. – Я рассеянно уставилась на горб Лука, стараясь подавить дурноту.

– Хм-м. – Джина выразительно подняла тонкие брови.

Я нахмурилась.

– Что?

– Что «что»? – эхом повторила она.

– Давай, Джина, договаривай. Ты же не любишь ходить вокруг да около.

Лук засмеялся.

– Нет, ходить она не любит, предпочитает летать и петь.

– Цыц! – Джина шлепнула мужа по руке. – Просто мне кажется, милая, что твое место здесь. Совершенно очевидно, этот город стал для тебя родным. Сама посуди: ты ввела в меню кафе блюда дня и с радостью их готовишь, составляешь рецепты чая, заботишься о кабачках и даже разговариваешь с ними. По-доброму относишься к мистеру Лейзенби, помогаешь Саммер и успела привязаться к Натали и Олли.

Я закусила губу. Хотела возразить, что это вообще ничего не доказывает, но язык не повернулся.

– Я обещала маме, что выучусь на врача, а Кэллоу обещаний не нарушают. Хорошо бы найти способ не закрывать кафе на время моего отсутствия. В полной мере я, конечно, не смогу вести дела, но буду контролировать ситуацию на расстоянии.

– А как же пироги? – резонно спросила Джина, словно прекрасно знала, что произойдет, если я перестану их печь.

Интересно, насколько она посвящена в тайну черных дроздов и шелковиц? Я вдруг заподозрила, что целиком и полностью.

– Пока не решила. Может, готовить пироги в Массачусетсе и за ночь переправлять в Уиклоу?

Упаковать заготовленные баночки с шелковицами и увезти с собой не составит труда.

Джина цокнула языком.

– Ты же умница и сама догадываешься: ничего не выйдет. За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь. Придется выбирать: либо университет, либо кафе.

– Это не так-то просто.

– Милочка, жизнь вообще штука непростая. – Джина отобрала у меня тряпку. – Ты бы впустила Отиса, пока он не выломал дверь.

Взглянув на часы, я спохватилась, что уже больше восьми, и бросилась открывать.