Здесь курят - Кристофер Бакли

На следующий вечер Ник, катя с Махмудом в его Белом ките из аэропорта в «Энко-миум» и глядя в окно на небоскребы Лос-Анджелеса, увидел большой рекламный щит, такой же наглый, как его собственное вранье. На щите был изображен огромный череп со скрещенными костями. Надпись под ним гласила; «НЕ КУРИТЕ „СМЕРТЕЛЬНЫЕ“. Об этих сигаретах Ник знал все. Хотя бы по одной пачке „Смертельных“ имелось у каждого работника Академии, при том что официально индустрия относилась к ним с прохладцей. Самые подходящие сигареты для нашего циничного века. Картинка на пачке говорила – да нет, вопила: „ЭТА ШТУКА ТЕБЯ УГРОБИТ!“ Вот она, честная реклама – честнее некуда. Предупреждения Главного врача на другой стороне пачки выглядели просто смехотворно. И шли эти сигареты нарасхват, хотя предназначались преимущественно для совсем юных горожан, тех, что считают харканье кровью признаком мужественности. В Миннеаполисе стояла поздняя ночь, однако рекламному агенту, получающему от вас тридцать миллионов долларов в год, надлежит отвечать на ваши звонки во всякое время. Ник поведал сонному Свену об осенившей его идее, и Свен сказал, что прямо сейчас переговорит с разработчиками, а в пятницу сам прилетит в Вашингтон. Ранним утром следующего дня Ник уже сидел в приемной Джеффа Мегалла бок о бок с Кевином Костнером. Он только-только начал рассказывать, до чего ему понравились „Танцы с волками“, как его уже повели в кабинет Джеффа.

Вокруг малахитового стола для совещаний расположилось несколько человек.

– Ник, – тепло произнес Джефф. Джек Бейн знаком показал Нику, что он просто-таки обязан обрадоваться столь теплому Приему.

– Ник, это Джерри Горник и Болтан Зейг, ты о них уже слышал. А это Харви Гра-Сон. Харви занимается окончательной доводкой «Сектора шесть». Поскольку договоренности, выработанные нашими юристами, касаются содержания дополнительных сцен, имеет смысл обсудить их совместно. Давай, Харви.

– Значит, так, – сказал Харви, почти совершенно лысый, грузноватый, усталый человек лет тридцати с лишним. – У нас запланировано десять эпизодов с курением. Они там занимаются своими делами – управляют кораблем, едят, переодеваются и так далее – и при этом курят. Кроме того, мы думаем добавить еще несколько. Пока что готовы два, оба посткоитальные, примерно по минуте каждый.

– Это где он проделывает тот фокус с кольцами? – спросил Джефф.

– Нет. Это где она проделывает тот фокус. Учит его выпускать табачный дым колечками. Эпизодик получился зажигательный. У моего компьютера чуть экран не оплавился.

– Вы позволите? – спросил Ник, потянувшись к сценарию. Крупный план через плечо Слейда.

С л ей д. Прямое попадание. Где ты этому научилась? Зина. Мой программист увлекался метанием подков.

– То есть это что же? – спросил Ник, – Она нанизывает кольца на его…

– Ну, а я о чем? Эпизодик – с пылу с жару.

– Жаль, нельзя оставить его в местном варианте, – сказал Джефф. – Отличный эпизод.

– Так нам же требуется Пи-Джей-13, – пожал плечами Волтан.

– А кого играет Фиона, робота? – спросил Ник.

– Не робота. Гинорга седьмого формата. Мозг Эйнштейна и тело Джейми Ли Кертис.

– Девушка моей мечты, – сказал Джерри.

– Но не моей, – сообщил Волтан и загоготал.

– Что еще ты для нас приготовил? – спросил Джефф у Харви.

– Мы переделали эпизод, в котором Мейс бежит из тюрьмы на Аларе. В местной версии он выкалывает охраннику глаз сосулькой. А в этой – выжигает сигаретой. У алариан всего по одному глазу, так что созерцание красот родной природы охраннику больше не светит.

– Не уверен, что выжигание глаз производимым нами продуктом… Да нет, уверен – это не то, что нам нужно.

Харви повернулся к продюсерам.

– Мне было сказано, что сигареты должны стать органичной частью фильма. Чего ж вам еще органичнее? Мейс с помощью сигареты обретает свободу. По-моему, очень сильный образ.

– Возможно, – сказал Джефф, – но Нику он не по душе.

– Ладно, – сказал Волтан, – глаз побоку. Харви пожал плечами.

– Кстати, – спросил Ник, – как вы объясняете, что кислород в их корабле не взрывается каждый раз, когда они закуривают?

– Так ведь двадцать шестой век, – сказал Волтан. – К тому времени чего-нибудь да придумают.

– Можно вскользь упомянуть, что они примешивают к кислороду фреон, – сказал Харви.

– Неплохо, – сказал Джек. – А язык у них от фреона заплетаться не будет?

– Как у педиков, – сказал Волтан.

– Нет, – сказал Джерри, – те все больше по гелию ударяют. Капитан настиг Ника в Белом ките по дороге в аэропорт. Голос у него был слабый, к тому же в трубке все время трещало.

– Я звоню с моей рыбачьей посудины, – Капитан закашлялся. – Уехал на несколько дней на озеро над Ревущим ущельем. Решил подышать свежим воздухом и доказать этим идиотам-докторам, что у меня нет со здоровьем никаких проблем, которые не могла бы разрешить консультация у знающего врача. Я начинаю подозревать, что все они получили свои дипломы в Гренаде. Им, видишь ли, угодно вскрыть меня и вшить еще одно свинячье сердце. А в нем только то и хорошо, что донора ждать не приходится. Выходишь на заднее крыльцо с топором – и готово. Хопа, клюет! Сейчас перезвоню.

Телефон зазвонил несколько минут спустя, как раз, когда Махмуд сворачивал с бульвара Сенчури в сторону аэропорта.

– Вот зараза, обмотала лесу о корягу. Похоже, фунтов на шесть тянула. Да, так вот, сынок, БР сказал мне, что ФБР, э-э, роет под тебя, задает разные вопросы. Ты бы не мог слегка просветить меня на этот счет?

Тон, которым это было произнесено, насторожил Ника. Он рассказал Капитану все, опустив лишь историю с печеньями.

– Ха! – хмыкнул Капитан. – Скорее всего, они просто удят рыбку в мутной воде, совсем как я сейчас. Но мне это не нравится. Мало нам Финистера, так еще эта история. Пауза.

– Ты рассказал все, о чем мне следует знать, а?

– Что вы имеете в виду?

– Да ничего, просто голос у БР был какой-то странный.