Отблеск Венеры - Алексей Вилков

– Ты встречаешься с кем-то! – утверждал он. – Я догадываюсь!

– С чего ты взял? – вопрошала Светлана.

– Просто, как дважды два! – злобно усмехался Карлов. – Ты стала слишком броско одеваться. Это твое глубокое декольте, вульгарные бусики, пошлые чулки, яркая косметика. Ты красишься часами у зеркала. И эта вызывающая помада! Для кого ты прихорашиваешься?

– Я всегда так одевалась и выглядела, – сопротивлялась Светлана, – я же общаюсь с людьми. Не ходить же мне по улицам в парандже и халате!

– Тебе постоянно кто-то звонит! Ты не берешь при мне трубку!

– Не понимаю, о чем ты!

– А ночью ты с кем-то переписываешься! Я слышал вибрацию твоего телефона. Думаешь, если ты отключила звук, я ничего не услышу? К тебе приходят смс, и ты сразу же их стираешь.

– Ты копался в моем телефоне? – вспыхивала Светлана. – Как тебе не стыдно? Я же не проверяю твой!

– Мне нужно было убедиться!

– И ты убедился?

– Да!

– В чем? Телефон пуст!

– Ты что-то скрываешь! – настаивал Карлов. – Иначе не волновалась бы так яростно.

– По-моему, как раз яростно волнуешься именно ты!

– Есть чему!

– У тебя крыша поехала! – восклицала с негодованием Света. – Обратись к психиатру!

Карлова невозможно пробить.

– Я смотрел твою записную книжку. Кто такие Пигудев, Славик Волков, Андрей Сайков и какой-то там Павел? Ты за дурака меня держишь? Учти, я выведу вас на чистую воду.

– Влад, это всего лишь коллеги, – крутила пальцем у виска Света. – Ты же с некоторыми сам знаком.

– Им нельзя доверять. Они похотливые кобели и холостяки.

– Я этим не интересовалась, – говорила Туманова. Когда же он оставит ее в покое? Терпение на пределе. Чаша переполнится, и она правда что-нибудь натворит!

– Кто из них пристает к тебе? – спрашивал Карлов. Он любую муху выдавал за слона. И принимал желаемое за действительное.

– Никто! Это же смешно.

– Но как они могут не обращать внимания на мою красавицу-жену? Для кого все наряды? Для кого дорогие духи, которые, кстати, я тебе подарил.

– Вспомни, когда последний раз ты мне что-то дарил, – восклицала Света.

Это был не пустой упрек. Карлов позабыл, что значит дарить подарки и даже цветы. Он не обращался к ней, кроме ревнивых нападок с бесконечными расспросами, превращавшимися в настоящую пытку. Одержимый ревностью, он не чувствовал грани между призраками греха и реальностью, и слепо тараторил одно и тоже. Влад словно заключил сделку с дьяволом и проиграл. Дьявол продал чертям его душу.

– Я начинаю жалеть, что связался с тобой, – сетовал Карлов. – Предупреждали меня друзья – не спеши, Владик, не расставайся с холостяцкой жизнью, жена из тебя все соки выжмет и обведет вокруг пальца. Ты еще пожалеешь и помянешь наши слова, а я не верил. Зря! Так и вышло. Ты меня обманула, Светка! Ты уже не испытываешь ко мне ни любви, не желания. Ты стала мне чужой. Но что я делаю не так?

«Противно слышать! – думала Света. – Он реально сошел с ума! Ему не помочь. Нужно бежать. И как можно скорее. Бежать некуда? Нет! Всегда есть, где скрыться. Как бы набраться духу и сделать шаг в неизвестность?! Я слаба, я пока слаба. Он отнял у меня все…»

– Ты специально не беременеешь! – снова кричал он. – Ты не отдаешься мне полностью!

– Пошел ты! – не выдерживала Светлана. – Ты больше не человек. Ты демон!

– Кто у тебя есть? Я видел в окно, как тебя провожал незнакомый тип? Он имеет тебя?

– Да я-то рада, что не могу зачать от тебя, – навзрыд вскричала Света. – Ты ничтожество! Ты не достоин иметь моего ребенка!

– Замолчи! – крикнул Карлов и влепил ей пощечину. – Сучка! Призналась, наконец! Вешала мне лапшу!

Света схватилась за горячие щеки и разрыдалась.

– Мало я тебя! Найду вас обоих – убью!

– Уйди! – простонала Света, закрывая лицо ладонями. – Уйди, я не могу тебя видеть. Ты убил всю мою жизнь. Уйди… пожалуйста, уйди…

На этот раз Карлов сам схватился за дверную ручку.

– Вы еще попляшете! Вы все еще попляшите! – выкрикивал он, надевая ботинки.

Света сидела на полу и протяжно рыдала.

Карлов выбежал вон…

Поздно ночью он вернулся: грязный, в стельку пьяный, еле держась на ногах. Бормоча что-то несуразное под нос, он проковылял, не разуваясь, в спальню и плюхнулся плашмя на кровать, ударившись головой об косяк. Покрывало покрылось каплями крови. Он не чувствовал боли. Уткнувшись в подушку, он обрывисто захрапел и не двигался, проспав до самого утра.

Войдя в спальню, Света посмотрела на него с жалостью. В тот момент она не испытывала ненависти и неприязни. Ей всего лишь жаль его. До чего он себя довел! Острый запах перегара ударил ей в нос. Света прижала нос двумя пальцами и развернулась обратно.

В семь утра она проснулась, наспех приняла душ и отправилась вон из пропахшей перегаром квартиры. Карлов все еще бездыханно валялся в постели и не собирался вставать, а Света не собиралась его будить. Чувствуя себя скверно и одиноко, она с трудом добралась до работы. Ей хотелось поддержки, внимания, крепкого мужского плеча. Что таить – ей просто хотелось мужчину!

Застыв в сгорбленной позе, она просидела весь день, почти не двигаясь с места. Перед тем, как уйти, Света случайно наткнулась на молодого приятеля Андрея Сайкова, стоявшего у кофейного автомата и ждавшего свой двойной каппучино со сливками.

– Ты уже уходишь? – спросил он, бросая монетки в щель.

– Мне нездоровится, – хрипло ответила Света.

– Простудилась?

– Не то чтобы! Дело в другом.

– Проблемы? – спросил Андрей. – Могу тебе чем-то помочь?

– Можешь, – с надломом произнесла она.

– Как? Ты только скажи, я сделаю все, что в моих силах, – признался Андрей.

Он питал симпатию к ней, зная, что она замужем. Сайков делал лишь робкие попытки оказать ей внимание. Эти попытки были невинны и не заслуживали упреков. Сайков видел ее мужа и по советам сослуживцев держался от него подальше и не особенно ухлестывал за Светой.

Он снимал однокомнатную квартирку в Алтуфьево и кое-как мог себя прокормить. Временами ему удавалось пригласить к себе гости случайную незнакомку. Обычно на одну ночь. Девушки у него не задерживались, считая его неудачником и глупцом. Он был для них лишь временной пристанью, куда можно было пристать, чтоб пережить непогоду. Выглядывало солнце, и корабли покидали гавань, уплывая в далекие моря. Андрей смирился уготованной ролью, но мечтал о другом.

Заметив, что Света не в себе, он рискнул попытать удачу. Раньше он никогда не видел ее такой удрученной, а Света гигантскими усилиями сдерживала слезы. Ей очень плохо, а он всегда готов подставить жилетку, чтоб она выплакалась и вздохнула с облегчением, став безмерно ему благодарной. Боязнь мести мужа ушла на второй план. Сайков намерен добиться ее, чтобы это ему ни стоило. Он полагал, это сложно и придется попотеть, поэтому готовился к трудностям. Отныне Света не Брестская крепость – она готова на все, готова отдаться первому встречному, чтоб заглушить душевную боль и охладить кипящие муки.