Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

– И куда она так торопится, – недоуменно сказал Юан, когда они с Аресом ушли. – Будто Кристиан ее убьет, если она опоздает.

– А вдруг, – затеплилась надежда у Балиана.

– Балиан!

– Ну ладно, ладно, – проворчал он.

Самочувствие у него после последнего исцеления Рейты значительно улучшилось, поэтому он не стал углубляться в сложности положения, в которое Кристиан попал из-за нее. Вместо этого он попросил Юана рассказать о том, «какого черта» он здесь делает – при этом, к удовольствию младшего брата, Балиан спросил это с почти счастливым лицом. Он успел порядком приуныть. Присутствие в Градероне вообще давалось ему нелегко.

Юан подробно рассказал ему о своей беседе с Гволкхмэем и Тристаном (и, как истинный друг, не забыл упомянуть о Лейан), а затем поведал о просьбе Ареса и посещении злосчастной пещеры. Балиан отреагировал на рассказ со всей серьезностью и, когда Юан закончил, проговорил:

– Я тут много думал. Я это не люблю, но тут больше нечего делать. Только не говори никому, не хочу себя идиотом чувствовать.

– Если люди думают, они наоборот не идиоты, – резонно заметил Юан.

– Тут другое, – нахмурился Балиан и поудобнее устроился на подушке. – Этот твой Арес сказал, что эта штука…

– Солфордж?

– Хоть один нормальный человек, – растрогался Балиан. – Да, именно он.

Юан смущенно улыбнулся и почесал затылок.

– Не совсем тебя понимаю, – сказал он. – Что ты имеешь в виду?

– В общем, Арес сказал, что эта штука меняет мысли людей. И ты пока единственный, кто говорит о ней нормально. Когда я спросил у Кристиана, – он начал закипать, – он посмотрел на меня так, будто я заявил, что хочу остаться здесь! Или что хочу Врата снести… Или…

– Я понял, – засмеялся Юан.

– Я говорю, – продолжал Балиан, – они обсуждают, но стоит им сказать что-нибудь о Сал… Сол… Об этой штуке напрямую, ведут себя, как полные идиоты! Подмечают какие-то дурацкие мелочи, а как что очевидное, так…

– Ты думаешь, на них влияют Солфорджем? – догадался Юан и тут же усомнился: – Ну, не знаю. На Кристиана и Ареса так просто не повлияешь.

– Ладно они, – хмыкнул Балиан. – Может я, конечно, чего-то не понимаю. Но что за десять лет никому не пришло в голову проверить, где эта дурацкая штука, из-за которой весь сыр-бор развели…

– Это странно, да, – согласился Юан. – И такое в горах происходит, а о нем почему-то никто не думает. Только вот Арес вспомнил. И стал выяснять.

– С чем его и поздравляю, – фыркнул Балиан. – А раньше никак? А то, знаешь ли, получается так, что я зазря потерял десять лет, раз всем плевать на эту штуку.

Юан задумался. Слова Балиана вовсе не показались ему глупыми. Действительно, Кристиан тогда, десять лет назад, не раз говорил, что Руэдейрхи встревожен пропажей Солфорджа. Поэтому он уведомил о происшествии Гволкхмэя и наотрез отказался до поры до времени освобождать Балиана. А потом постепенно эта тема сошла на нет. Можно было, конечно, предположить, что Солфордж нашли и снова надежно спрятали. Но тогда едва ли бы Танкред так повел себя в разговоре с Аресом – будто и не знал о пропаже сокровища.

– Ты прав, – сказал он. – Надо выяснить поподробнее, как это вообще работает… Но если так, у кого он?

– Я отдал его Розетте, – коротко ответил Балиан. – Дальше думай сам.

Юан закусил губу. На ум приходило только одно – Таранос. Розетта умерла сразу после того, как спустилась с горы. Когда Арес нашел ее тело, рядом был Таранос. Что и говорить, подозрительное совпадение, особенно если учитывать то, что изначально целью рогатого градеронца был именно Солфордж. Именно из-за него он заставил Розетту обмануть Балиана.

– Хорошо, – сказал Юан. – Предположим, Солфордж все-таки у Тараноса. Но чего он добивается? Зачем ему убивать Демиана? Я еще могу понять, что он хочет достать новые сокровища. Но Демиан? К тому же, Балиан, Арес рассказывал, что Таранос уже десять лет сидит в тюрьме. Откуда он вообще может знать о существовании Демиана? Не говоря уже о его проклятии.

– А что ему мешает внушить кому-нибудь прийти и рассказать? – пожал плечами Балиан. – Да и Кристиан рассказывал, что Радаерхи этот его не желает говорить на эту тему. Может, просто не может, – добавил он с некоторым сожалением – ему куда приятнее было думать, что Руэдейрхи главный злодей (после ненавистного Тараноса, разумеется) и водит всех за нос.

– Тогда почему мы можем? – полюбопытствовал Юан. – И Арес тоже в порядке! Ведь взялся все проверять!

– Не знаю, что с твоим Аресом, – поморщился Балиан. – Но меня тут как бы и нет уже давно, а ты не из Градерона. С чего бы ему тебя опасаться? Да и не факт, что он тебя помнит, – поддел он его. – Ты ведь был тогда безобидным ребенком.

– Ну тебя, – засмеялся Юан. – Но мне твоя мысль кажется дельной. Нужно рассказать Кристиану и Аресу.

– Нужно не рассказывать, а действовать, – пробурчал Балиан, поуютнее закутываясь в одеяло. – А то пока вы будете думать, он внушит Кристиану невесть что. А то и опять убить мелкого попытаются.

– Может, это случайность? – осторожно спросил Юан. – Если в этом замешан Таранос, я все равно не понимаю, зачем ему убивать Демиана. Ведь чтобы получить из этого выгоду, надо сделать это самому, а не посредством приказов.

– Непонятно, – вынужден был признать Балиан. – Но все равно лучше поторопиться.

– Конечно, – согласился Юан. – Как только вернется Кристиан, все-все ему расскажем и решим, что делать.

Балиан кивнул. На душе его стало спокойнее, но он и представить себе не мог, насколько верной окажется его догадка и насколько важным – призыв поторопиться.

– Я удивлена, что ты провел Юана в Градерон, – сказала Рейта Аресу – они уже достигли замка и поднимались по лестнице.

– Я тоже, – мрачно ответил Арес.

Рейта улыбнулась, но ничего не сказала. Хоть его действия и были незаконными, она не собиралась сообщать о них Руэдейрхи. Все-таки вреда приход Юана причинить не мог, да и тревожить больного брата такими пустяками не хотелось. Рейта не совсем поняла, что имел в виду Юан, когда сбивчиво рассказал о какой-то просьбе Ареса, но углубляться в это не стала – слишком торопилась. Просто поверила, что у обоих были веские причины так поступить.

Они вошли в замок, ответили на приветствия нескольких знакомых и, ускорив шаг, направились к покоям Руэдейрхи. Рейта волновалась – она отсутствовала гораздо дольше, чем планировала, и переживала за всех сразу: за больного брата, за Кристиана, которому пришлось столько присматривать за ним, и за Демиана, который, должно быть, успел проголодаться.

Но все оказалось в порядке. Когда Рейта извинилась перед Кристианом за долгое отсутствие, он спокойно ответил, что ничего страшного не случилось и, хотя Руэдейрхи так и не проснулся, ему стало заметно лучше. Что касалось Демиана, он сидел за столом и что-то писал, явно ни в чем не нуждаясь.