Розовый костюм - Николь Келби

В День святого Патрика^[59] – это была суббота – Первая леди плыла на местном судне по озеру, окруженному каменными изваяниями тигров. Фотография была цветной, и Кейт сразу узнала коктейльное платье без рукавов из шелка абрикосового цвета, собранное на талии и украшенное бантом. Это платье Кассини создал специально для цветных фотографий. Плотный шелк так блестел на солнце, что от Супруги П. просто глаз было не оторвать. Все в огромной толпе, собравшейся на берегу, понимали, что это Первая леди Америки сходит на берег и направляется к Белому дворцу махараджи Удайпура, где в ее честь устроен роскошный пир. Люди радостно приветствовали ее и бросали вслед бархатцы и цветы лотоса, хотя многие выглядели так, словно не ели уже много дней.

– Для чего все это устроено? – спросила Кейт.

– Во имя красоты, – сказал Патрик. – Разве красота сама по себе этого не достойна?

Всю жизнь Кейт думала именно так, но сейчас уже не испытывала особой уверенности в этом. Среди толпы голодных было слишком много детей. Заметив растерянность Кейт, Патрик перегнулся через столик и поцеловал ее.

А на следующий вечер он принес в паб не очередной номер «Таймс», а вывалил на стол целую кипу старых газет, которые нашел у себя в подвале.

– Возможно, эта твоя девушка – вовсе не такой уж ядовитый падуб, – сказал он.

Газеты от старости пожелтели и стали хрупкими. На первой полосе одной из них Кейт обнаружила фотографию Супруги П., сделанную задолго до ее нынешнего положения, во времена, когда Президент был всего лишь сенатором. Его везли в инвалидном кресле, и через семь месяцев ему предстояла вторая операция на позвоночнике. Он казался почти умирающим. А по лицу его жены было видно, что она с огромным трудом скрывает страх.

– Нужно смотреть глубже, не только на одежду, – сказал Патрик. – Это же совершенно ясно: она очень его любит. Нельзя, чтобы одежда мешала тебе правильно воспринимать людей. Одежда – это же, в конце концов, просто бездушные вещи.

Он в тот же день собрал все вещи Пег и сложил их в коробки, чтобы передать на нужды благотворителей.

– Вещи – это не люди, – только и сказал Патрик.

И после этих слов Кейт еще больше его полюбила.

А розовый костюм Супруга П. все-таки надела – возвращаясь из Индии домой. К большому удовольствию Кейт, фотографии в газетах были цветными. Правда, на них розовый костюм казался не таким ярким, как ей помнилось, и не таким ярким, как ее собственный жакет, но, похоже, индийским женщинам никогда прежде не доводилось видеть такой оттенок розового; в газетах даже процитировали высказывание одной из тамошних журналисток: «Как бы мне хотелось иметь сари такого цвета!»

Костюм Супруга П. надела с одной-единственной ниткой жемчуга и жемчужными сережками, и Кейт показалось, что это его простит. Зато Первая леди в кои-то веки надела шляпку, очень к костюму подходившую. В отличие от предложенного Шуинном варианта, эта шляпа имела тонкую синюю окантовку, что сразу выделяло ее на фотографии и приковывало взгляд к прекрасному лицу хозяйки. Когда Кейт объяснила это Патрику, он рассмеялся и сказал:

– Те, кто ее одевает, действительно очень умные ребята! В этой шляпке она выглядит очаровательной игривой юной девушкой.

Это действительно так и было, но Кейт уже не была уверена, что главное именно в этом.

– Она бы выглядела еще лучше, если бы делала что-то полезное, – сказала она.