Комната бабочек - Люсинда Райли

– Неужели?

– Да. Своему сыну, Сэму.

– Ясно. И что он будет с ним делать?

– Перестраивать в роскошные апартаменты. Я курирую эту сделку, – добавила Мари. – Тем не менее мне сердечно жаль его бедную жену. Очевидно, что у них нет никаких денег, но…

– Тогда как же в таком случае Сэм сможет купить Адмирал-хаус?

– Сэм говорил, что у него есть пассивный компаньон, парень по имени Кен Ноакс. Насколько я поняла, он безумно богат.

– Поузи, должно быть, страдает из-за того, что приходится продавать любимый дом, – задумчиво произнесла Эви.

– Ну, надеюсь, что за ближайшие недели я сумею подыскать ей симпатичный коттедж. Я уже послала ей несколько вариантов. Знаешь, Эви, она, кажется, очень любит тебя. Почему бы тебе не зайти к ней в гости?

– Возможно, зайду, когда мне станет лучше.

– Не представляешь, кстати, кого я тут недавно видела выезжающим из города на винтажном «остин-хили»…

– И кого же?

– Ника Монтегю, брата Сэма.

– Мари, я же знаю, кто он такой. Забыла, что я работала у него? – сухо заметила Эви.

– Ой, ну конечно, извини. В любом случае, он, должно быть, неплохо устроился, раз может позволить себе такую крутую тачку.

Клемми принесла чайный поднос, а Эви вдруг осознала, что встречи с Мари до боли напоминают перекусы в «Макдоналдсе»; можно с нетерпением ждать фастфуда, но достаточно пару раз откусить гамбургер, чтобы пресытиться его тошнотворным вкусом.

– Спасибо, Клемми, – сказала Мари. – Иди собирайся, минут через десять поедем.

– Хорошо. – Клемми вышла из комнаты.

– Ты когда-нибудь скучаешь по общению с мужчинами?

– Никогда, – уверенно ответила Эви. – Я люблю уединенную жизнь.

– Да, в этом мы с тобой всегда расходились. Мне просто необходима компания, нужно постоянно с кем-то болтать, – призналась Мари. – Оставаясь одна, я начинаю сходить с ума.

– Иногда и мне бывает одиноко, но лишь изредка.

– А ты уверена, что у тебя ничего серьезного? – спросила Мари, пристально посмотрев на Эви. – Ты выглядишь ужасно бледной и что-то уж совсем исхудала.

– Неужели? Да нет, все более-менее нормально, – заверила ее Эви.

– И вообще, ты какая-то… напряженная.

– Да нормально все со мной, правда.

– Ладно, ладно, намек поняла. Что бы то ни было, говорить ты об этом не хочешь. Я ведь просто беспокоюсь о тебе, только и всего. Зная тебя с детства, я вижу, что у тебя что-то неладно.

– Черт, Мари, прекрати обращаться со мной, как со своим малолетним ребенком! Я же взрослая женщина и вполне способна сама позаботиться о себе!

– Извини. – Мари встала. – Я привезу Клемми обратно часам к пяти.

– Спасибо. Понимаешь, я не хотела обидеть тебя… да, ты права. – Она вздохнула. – Я попала в… сложное положение, и меня мучает бессонница, но как только я разберусь с проблемой, то все опять будет в порядке.

– Ладно, ты знаешь, надеюсь, что, если захочешь поделиться, я всегда готова тебя выслушать.

– Да, спасибо. И мне очень стыдно, что я вышла из себя.

– Не переживай. У каждого бывают неудачные дни. А теперь постарайся хорошенько отдохнуть, увидимся позже.

Едва Мари и Клемми ушли, в доме зазвонил телефон. Эви, с трудом поднявшись с кровати, взяла трубку.

– Алло.

– Это я, просто проверяю. Как ты? – спросил он.

– Нормально.

– По голосу не скажешь.

– Все у меня нормально, – повторила она.

– Что, день не задался?

– Немного, да.

– Прости, Эви, жаль, что я не могу бывать рядом с тобой почаще. Наш договор на выходные остается в силе?

– Да.

– Боже, я чертовски волнуюсь…

– Все будет хорошо, успокойся, – заверила она его.

– Сделаю, что смогу.

– Я знаю… пожалуйста, не волнуйся.

– Стараюсь… Если тебе что-то понадобится, звякни мне на мобильный. А так я просто заеду к вам завтра днем.

– Да, до завтра.

Эви положила трубку, откинулась на подушки и глубоко вздохнула. Она не представляла, как ей лучше сообщить дочери столь важную новость… мысль о том, что она причинит девочке боль, терзала ее, словно острый нож в сердце, но у нее не оставалось иного выбора.

Закрыв глаза, она с отвращением думала о том, какую путаницу устроила из своей жизни и как это повлияет на Клемми.

Кое-что ей уже не подвластно, но сейчас она должна сделать все возможное, чтобы как можно лучше устроить будущее своей дочери.

* * *

– Добрый день, Эми, какой приятный сюрприз. – Поузи подняла взгляд от бумаг на письменном столе в галерее. – Как ты себя чувствуешь сегодня?

– О, гораздо лучше, спасибо, – ответила Эми и, подойдя к Поузи, положила на ее стол букет лилий. – Я принесла цветы в качестве благодарности, вы были так добры, позаботившись и обо мне, и о детях.

– Именно для этого, Эми, и нужна семья, – заметила Поузи, взяв букет и вдохнув аромат лилий. – Удалось ли тебе хоть выспаться?

– Да, спала беспробудно до самого утра, – призналась Эми. – Проспала все на свете, но проснулась совершенно здоровой. И настроение стало более позитивным. Еще хотела поблагодарить вас за чек. Сэм сказал, что вы дали ему чек, и вы, право, слишком щедры к нам. Он сходил с ним в банк и уже оплатил некоторые счета.

– Ну, уж такой-то суммой я могла себе позволить поделиться, ведь формально через какие-то пару месяцев я стану миллионершей.

– Как вы понимаете, Сэм просто в восторге от шанса покупки Адмирал-хауса. В сущности, – добавила Эми, – он стал другим человеком. Не знаю, Поузи, как и благодарить вас за предоставленную ему возможность.

– Вообще-то, раз уж ты зашла, у меня есть кое-что для тебя.

Поузи взяла свою сумочку и вытащила оттуда конверт.

– Вот, держи.

– Что это?

– Приглашение на открытие бутика Тэмми. Она прислала мне благодарность за обед и вложила туда приглашение для вас. Она предложила, чтобы вы с Сэмом остановились на ночь в ее лондонском доме.

– Ах, как это мило с ее стороны, но, увы, я не смогу поехать, – уныло произнесла Эми, открыв конверт и взглянув на изящно оформленное приглашение.

– Вот еще, конечно, сможешь. Я заберу к себе детей, и вы с Сэмом поедете вместе, проведете прекрасный вечерок.

– Поузи, вы бесконечно добры, но мне же надо работать.

– Уверена, Эми, что ты сможешь договориться и поменяться сменами с одной из ваших девушек. Тебе, милая, безусловно, пойдет на пользу такая передышка.