Тайный орден - Тимур Лукьянов

доходов Шампани. Чума, засуха и неурожаи опустошили нашу казну. А, как вы

знаете, мы с моим братом Стефаном заключили недавно с графом Фландрии и с

герцогом Нижней Лотарингии тайный союз, и приняли решение начинать готовить

выступление войск в Святую землю. Это потребует огромных расходов. Мой

покойный родитель, земля ему пухом, мечтал о таком походе все свои последние

годы. Он не смог осуществить эту мечту, ибо смерть помешала ему. Но он был мудр и

заботился обо всем заранее. И вот теперь, благодаря моему покойному родителю у нас

есть гарантийные обязательства самого богатого еврейского банкира Европы, и

настала пора взять под них ссуду. Единственное, что потребуется, это найти того, чьей

подписью и печатью скреплен документ, получить заем и доставить золото по

назначению. И именно вам, шевалье, как одному из немногих посвященных в тайну

сей сделки, мы поручаем заняться всем этим, и, в итоге, доставить золото сюда, в

Труа.

— Но, монсеньер, где же я смогу найти этого человека, еврея? С момента

написания гарантии прошло уже без малого десять лет! Да я даже и не помню его в

лицо! — Воскликнул рыцарь.

— По нашим сведениям, Эфраим Бен Кохав находится в плену у

контрабандистов в небольшом горном селении поблизости от южной границы

Арагона. Так вот, вы, сударь, должны найти способ освободить из плена этого

человека. Вы служили где-то там, не так ли? Тем лучше. Следовательно, местность

вам должна быть хорошо знакома. Полномочия, проводник, необходимые бумаги,

инструкции, верные люди и средства для экспедиции вам будут даны. Предлогом к

походу послужит давнишний договор арагонского короля Санчо Рамиреса с моим

покойным родителем, по которому Шампань обязуется, в случае опасности со

стороны мавров, посылать в помощь Арагону рыцарей для охраны границы. Вот и вы

прибудете туда с отрядом подкрепления, якобы для того, чтобы служить арагонской

короне и поступите в распоряжение нашего шампанского гарнизона,

присутствующего в тех местах, дабы усилить его. Так что, если вас спросят, что вы

там делаете, у вас будет, что ответить. Заметьте, я не прошу вас лгать, а всего лишь

промолчать об остальном, тем более, что принимать участие в боевых действиях

против мавров вам, скорее всего, придется. Думаю, лишние два десятка хорошо

вооруженных рыцарей арагонскому королю будут на самом деле весьма кстати. А

посему, отныне вы назначаетесь командиром особого отряда. От вас потребуется

строгое сохранение тайны истинной цели миссии. Наши южные соседи не ладят друг с

другом, в южных землях Франции неспокойно, и вряд ли кто-нибудь из владетельных

сеньоров юга беспрепятственно пропустит через свои земли вооруженный отряд из

Шампани. Поэтому, отправитесь вы на юг не прямым путем и пойдете, по

возможности, малонаселенными местами. И никому ни слова об истинных целях

экспедиции. Помните, что стоит сделать лишь один неосторожный намек, и смерть

пустится за вами в погоню, поскольку до золота всегда найдутся охотники. Тем более,

когда речь идет о ста тысячах полновесных безантов.

— Но, монсеньер, как же сможет этот человек, этот еврей Эфраим одолжить

вам такие большие деньги, где он возьмет их, если он сам сейчас находится в плену в

каком-то забытом всеми месте? — Поинтересовался Гуго де Пейн.

Вместо ответа граф только усмехнулся, и аббат Мори ответил вместо него:

— Евреи весьма умны, друг мой. Изгнание и постоянные опасности сделали

этот народ очень осторожным. Они никогда не держат свои сбережения при себе. Они

не держат их и в одном месте. Их любимая поговорка: «никогда не клади все яйца в

одну корзину». Так вот, этот человек, банкир Эфраим, важен для графа тем, что

сокровища его незыблемы, поскольку сокрыты малыми частями по всей Европе.

Десятки казначеев в разных городах тайно хранят золото Бен Кохава. И стоит ему

только поставить свои подписи на письмах и указать пароли, как деньги будут выданы

предъявителям.

— А что, если его уже нет в живых? Если его замучили в плену, и он умер?

Что тогда? — спросил рыцарь.

— Во всяком случае, нам известно, что два месяца назад Эфраим был жив. Те,

кто удерживает его, сообщили об этом его родственникам из еврейской общины

города Толедо и потребовали выкуп, а из Толедо письмо было привезено в Шампань.

В плену Эфраим назвался не купцом, а раввином, иудейским священнослужителем.

Поэтому похитители требуют за него не так много: две тысячи золотых. — Сказал

аббат Мори.

— Тогда почему же он до сих пор в плену? — Спросил де Пейн.

— Дело в том, что у еврейской общины в Толедо нет нужной суммы, и потому

они переслали сюда, в Труа, родственникам Эфраима, требования его похитителей. —

Ответил аббат.

— Да, история весьма запутанная. — Протянул Гуго.

— Вот мы и хотим, чтобы вы, молодой человек, и помогли нам с графом ее

распутать. Кстати, тот самый, требуемый похитителями, выкуп вы же и повезете, и,

дай-то Бог, если нам удастся так легко заполучить этого бесценного еврея. — Сказал

аббат.