Тайный дневник девушки по вызову. Часть 2. Любовь и профессия - Бель де Жур

Я кликаю по фотографиям на сайте Этого Парня. Воскресная прогулка в деревне и обед в пабе, в который он однажды, давным-давно, возил меня, еще когда старался произвести на меня впечатление. Ягнята, каменный коттедж, национальный парк. Фазаны и сад, обнесенный стеной. И она.

Так, значит, вот она какая – Джорджи? Ничего такого, чего бы я не предвидела. Коротенькие ножки, круглое личико. Солнечные очки, удерживающие ее каштановые волосы на затылке в манере, естественной для таких, как она, и смотрящейся дико на ком угодно другом. Одета в одну из рубашек Этого Парня, которая обвивается вокруг нее на ветру, как плащ.

Неужели мне действительно так необходимо было это видеть? Видеть, что все именно так, как я и ожидала, – сплошной парад стереотипов?

Их можно встретить повсюду, от закрытых вечеринок в Эскоте[132]до армейских полковых обедов. Аристократические девицы с мышиными волосенками, тяжелыми грудями, провисшими под косо скроенными шелковыми платьями. Каждая виснет на локте мускулистого богоподобного мужчины, который при правильной общественной системе не стал бы приносить брачные обеты такой гусыне – тупой, похожей на лошадь дочери банкира.

Мне подобные здесь не вне конкуренции – и не в смысле превосходства. Я училась в школе вместе несколькими сотнями таких девиц и хорошо усвоила урок: неважно, как я одеваюсь, что я делаю – все очевидно. Строить оборонительный рубеж из учебных достижений – вот все, что я могла противопоставить им, только им, в общем, было наплевать. Эти девушки носят свой дорогостоящий образ жизни так, как его следует носить: небрежно. Я так не могу. Я засовываю распорки в свои лодочки и знаю работников химчистки по именам.

Я – трудяга. Ничто в моей жизни никогда не делалось небрежно.

Но чего они не знают – чего они на самом деле не знают, – это что я могу казаться ручной, но в действительности я – дикарка.

Вот почему мы становимся содержанками. Девушками по вызову. Мужчины платят по часам своему прекрасно ухоженному эскорту, а потом возвращаются домой, к леди, которая стрижет ногти при помощи зубов. И я скорее предпочту продаваться за три сотни в час (и оставлять свое свободное время при себе), чем за статусное фамильное кольцо.

Ну, и почему он так делает? Почему держит меня за дуру и развлекается с ней? Я – женщина, принадлежащая мужчине. Умеющая опрокидывать джин полупинтами и достойно разбить пирамиду в снукере. Девушка, с которой обычно крутят любовь, а не на которой женятся. По всем законам жанра он должен надевать кольцо на пальчик кому-то вроде нее – и проскальзывать в «колечко» к кому-то вроде меня. А не наоборот.

Я его, блин, ненавижу!

Я – девушка, с которой обычно крутят любовь, а не на которой женятся.

Если не считать того, что – и это портит все дело… что все еще люблю его. Так больно бывает не просто из-за уязвленной гордости. Это вязкое, болезненное желание быть с ним рядом. Я понимаю, что могла бы найти себе кого получше, найти настоящего мужчину, найти равного себе. Дело не в этом. Именно его я хочу!