Игра в Иную Реальность. Хранитель - Александра Крючкова

В аэропорту мне на глаза дважды попадается серебряное православное кольцо с надписью: «ХРАНИТЕЛЬ», отлитое в необычной форме разворота книги. Вначале я думала поставить на лицо обложки именно такое изображение Хранителя, как на кольце, а потом всё-таки разместила свою картинку с зодиакальными часами. Я покупаю кольцо.

В Нижнекамске нас встречает директор мемориального комплекса. Она вдруг произносит: «В этом году мы приняли решение, что открывать чтения и зажигать костёр будет один из вас, и это… Алиса… Вы не возражаете?»

Все хлопают в ладоши. Я лишаюсь дара речи.

Во время ужина в гостинице я отправляю знакомым sms-ку про оказанную мне честь. Один из поэтов, прочитавший ночью моё последнее стихотворение, отвечает: «Вот она – материализация вчерашнего стиха».

Я достаю распечатку из сумки и показываю сидящей рядом за столиком Нине Поповой. Она прочитывает и восклицает:

– Прямо мурашки по коже…

После ужина я веду группу к Вечному огню. Рассказываю про Чёртову гору, виднеющуюся вдалеке, – одно из Мест Силы, куда мы поедем на экскурсию завтра. Предлагаю сказать «спасибо» нашему прошлому, виртуально сжечь в огне всё плохое и направиться прямиком к Дереву Желаний – запрограммировать светлое будущее.

Мы выходим на маленькую освещённую улочку – местный «Старый Арбат». Бредём вдаль. И вот они – мостик и Дерево. Дерево Желаний расположено на очень «правильном» месте – коридор реки соединяет его с Церковью, чьи купола видны здесь даже ночью.

Никого вокруг, кроме нас, нет, будто городок необитаем. Мы – группа взрослых – как дети залезаем на скамейку, вешаем свои талисманы, шумим, радуемся, фотографируемся по много-много раз то одни, то с кем-то, то так, то сяк. Все счастливы до поросячьего визга.

Я мысленно прошу Марину материализовать Воланда. Присаживаюсь на скамейку. Откуда ни возьмись материализуется Кот. Он начинает урчать в моих объятьях.

Ко мне подходит Нина:

– Обернись! Прямо в кадре – ты с котом на скамейке и огромный замок за твоей спиной, смотри, что на нём написано!!!

«Алиса + Марина», – читаю я, уже ничему не удивляясь.

Мы с Ниной уходим от Дерева последними. Она предлагает мне посмотреть мужское имя, которое первым бросится в глаза. Ей лично всё время попадается «Максим». Я сдаюсь первой: нет здесь такого имени…

Ранним утром нас забирают на экскурсию по цветаевским местам. После обеда мы заезжаем на Петропавловское кладбище, возлагаем цветы к памятнику и отправляемся на «костёр».

Во дворике – столпотворение, ко мне подбегает директор, говорит, что ТВ уже давно ждёт меня на интервью, но тут же просит интервью отложить, чтобы мы смогли открыть фестиваль.

Директор представляет меня, я рассказываю про то, как оказалась в Елабуге в апреле, про «Хранителя». Читаю стих, написанный Марине полгода назад.

Мне передают огромную спичку, которую я зажигаю от свечи, и я обхожу костёр по часовой стрелке, поджигая бумагу. Магическое действо совершено… Костёр горит, и его пламя неистово пляшет неизвестный мне танец.

Выходит девочка четырёх лет, читает стихи Цветаевой. ТВ забирает меня на интервью в кусты рябины. Нина тихонько следует за мной и фотографирует.

Я отвечаю на вопросы, а сама параллельно думаю о незримой нити, которая связывает меня с Мариной. Её мама умерла в детстве, как и моя. Я могла бы эмигрировать в Прагу, где она жила некоторое время. Мы не раз говорили с ней в Библиотеке Вселенной во время медитаций на семинарах Мансуровой. Издатель в названии моей первой книги перечислил её, Ахматову и меня через запятую. Я победила в «Короле Поэтов», читая стихотворение, которое до этого принесло мне победу в конкурсе имени Цветаевой в номинации «Женский Космос». Чтобы я смогла пережить это лето, астролог направила меня встречать день рождения сюда, к ней, после чего я написала «Хранителя», где и в прологе, и в эпилоге, не говоря уже о содержании, неоднократно фигурирует Елабуга. Гороскоп самоубийцы. Афонская икона Святой Марины, которая держит Дьявола в одной руке, а топорик – в другой…

В заключение интервью я читаю стихотворение, которое пришло ко мне накануне вылета, когда я ещё не знала, кто будет зажигать XI «Цветаевский костёр».

Вечером мы сидим с соседкой по номеру в кафе, рассказываем друг другу мистические истории из жизни. Я говорю ей про Воланда. Про «венецианский сон». Про Святого Георгия. Она смеётся.

– Карма… Но мне кажется, он хоронил тебя там в прошлой жизни… Чтобы он появился снова, можешь попробовать, когда вернёшься домой, одну очень простую вещь. Элементарно до безобразия. Но лично у меня всегда работает. И никак не связано с магией.

На завтраке Нина сообщает, что вчера вечером на Дереве Желаний моего кольца уже не было. Впрочем, как и амулета ещё одной нашей коллеги по перу. Кто-то из присутствующих радостно восклицает:

– Заказ принят к исполнению… Ура! Растворилось кольцо в коридоре пространств… Перешло в иное измерение…

После очередных экскурсий мы обедаем в трактире Музея истории города. Экскурсовод – автор книги рассказов – подписывает всем свою книжку. Я прошу Наташу Осипову погадать мне по ней: сто одиннадцатая страница, одиннадцатая строчка сверху.

– Алис, а это – название рассказа: «Прямая линия».

Мне становится страшно. Почему-то сразу же приходит очень плохая ассоциация – остановка сердца. Когда на мониторе уже нет никаких колебаний… Спрашиваю остальных, но у них мысли исключительно светлые…

Вечером перед выездом в аэропорт я уединяюсь в кафе, чтобы написать письмо Марине. Я знаю, что она меня слышит.

Самолёт задерживают, но прилетаем практически без опоздания. У меня раскалывается голова.

Я захожу в квартиру, включаю свет, прохожу на кухню и… Нет, этого не может быть! На кухонном столе прямо по центру рядом с ноутбуком стоит икона Святого Георгия… Та самая, которую я купила когда-то в Греции, чтобы подарить Ему, и которую я тщетно искала накануне отъезда в Елабугу.

Я сплю… Да, я просто сплю…

Я сажусь за кухонный стол и включаю ноутбук, чтобы посмотреть почту, постоянно поглядывая на икону Святого Георгия, стоящую справана столе. В почти невменяемом состоянии листаю пришедшие за эти три дня письма. И внезапно обнаруживаю автоматическое уведомление от одной из соцсетей, где я когда-то зарегистрировалась, но меня там нет: «Такой-то такой-то хочет добавить вас в друзья»…

Я смотрю на письмо. На Его лицо на фотографии…

Почему всего лишь это ровным счётом ничего не значащее письмо, отправленное даже не Им, а автоматической системой сайта, вызывает во мне приступ дикого страха и необъяснимого ужаса? И… одновременно притягивает, магически завораживает, гипнотизирует, настолько, что я не могу оторваться от его фотографии, от этого письма, от его имени и фамилии…

Мне кажется, всё это уже происходило со мной когда-то… Дежавю…